Звуки Шофара - Франсин Риверс

Что‑то было не так. Пол понял это по тому, как отец, засунув руку в карман, звенел ключами в ожидании начала банкета, который организовали по случаю его ухода. Лоис сидела на кожаном диване между Юнис и Тимми, она выглядела замечательно, но будто постарела с их последней встречи семь месяцев тому назад. Уж не из‑за ее ли здоровья отец решил уйти в отставку?

— Садись, Дейвид. — Она разгладила юбку своего шелкового костюма цвета персика.

— Не хочется сидеть.

— Ты ведь не на расстрел идешь.

Дейвид сердито глянул на нее и отошел к своему кожаному креслу с высокой спинкой, стоявшему возле встроенных полок из красного дерева. Недавно кабинет был заново отделан. Все в нем было самого высокого качества. «Если хочешь, чтобы в радах твоих прихожан были преуспевающие бизнесмены, ты должен выглядеть как они и твой кабинет должен быть как у них, — сказал Полу отец в тот вечер чуть раньше. — Нельзя привести серьезного человека в обшарпанную дыру, а потом уверять его, будто христианство — это путь к лучшей жизни». Панели из вишневого дерева, изготовленные на заказ драпировки, медные лампы, роскошное зеленое ковровое покрытие на полу — интерьер отцовского кабинета стоил, видимо, больше, чем Пол зарабатывал за год. И это еще не считая письменного стола и жертвенника.

Отец постукивал пальцами по кожаному подлокотнику.

Надо что‑нибудь сказать, чтобы разрядить обстановку.

— Едва ли у меня когда‑нибудь будет такой кабинет, — сказал Пол, надеясь, что отец не услышит в его голосе зависть.

Отец снова встал и принялся ходить по комнате.

— Будет, если станешь много работать.

— Пол очень много работает, — вступилась за мужа Юнис.

— А я разве сказал, что нет?

Пол нахмурился, показывая Юнис, что ей не стоит вмешиваться. Она все поняла. Меньше всего Полу хотелось услышать от отца замечание о муже, который нуждается в том, чтобы его защищала жена.

— Церковь, у которой только пятьсот прихожан, не может сравниться с церковью, где прихожан шесть тысяч, Юнис.

— Иисус начинал с двенадцати. — Лоис погладила руку Юнис. — Некоторые люди забывают, что их деятельность ничего не значит, если их не вдохновляет Святой Дух.

Отец повернулся к ним спиной и принялся смотреть в окно.

— И кому ты оставляешь кафедру, папа?

— Джозефу Уиллеру.

— Он был помощником Дейвида в течение пяти лет, — пояснила Лоис. — Можно сказать, Джозеф — муж по сердцу Божьему[43].

Пол его не помнил.

— Я не слышал его проповедей. Он профессионал?

— Старейшины считают, что профессионал, — фыркнул отец.

— Джозеф — прекрасный учитель, великолепно знает Библию, — улыбнулась мать. — Люди могут ему доверять.

Отец отошел от окна и посмотрел на свои дорогие часы.

— Почему они задерживаются?

— Постарайся не волноваться, папа. Ты нас всех нервируешь.

— Не я придумал этот банкет. — Дейвид вытащил носовой платок с монограммой из внутреннего кармана пиджака от Армани и стер капельки пота, выступившие на лбу. — Мне не нравится, когда что‑то делается специально для меня. — Он аккуратно сложил платок и убрал обратно в карман.

— Во всяком случае, это не вечеринка–сюрприз, — заметил Пол, чтобы немного разрядить обстановку.

— Это я хотел бы преподнести им сюрприз. — Глаза отца потемнели.

— Не советую этого делать, — возразила мать с легкой улыбкой на губах.

— Меня попросили сказать несколько слов о том, каково быть твоим сыном.

— И чья это была идея? — Дейвид посмотрел на жену. — Твоя, Лоис?

— Ты можешь не сомневаться, Пол будет добр к тебе. — Она скрестила ноги и снова расправила юбку. — Я подумала, будет неплохо, если твой сын скажет о тебе пару слов.

Пол никогда не признается, что сочинял свое пятиминутное выступление целых три дня и много часов вспоминал все нанесенные ему отцом обиды. Но разве будет благородно с его стороны сказать голую правду?

— Я скажу, что рос, видя, как глубоко ты предан делу строительства новой церкви, как ревностно ты служишь своей пастве. Все, кто знал тебя, согласятся со мной. Я надеюсь идти по твоим стопам. — Дейвид Хадсон посвятил всю свою жизнь церкви — вот что Пол намеревался сказать аудитории, которая соберется, чтобы сердечно попрощаться со своим пастором.

— Что ж, будем надеяться, что у тебя получится лучше, чем у меня.

Пол оцепенел.

— Я считаю, что ты все делал правильно, папа.

Мать рассмеялась:

— Действительно, он все делал правильно. И Дейвид первым расскажет тебе, как Господь его благословил.

Дверь распахнулась.

— Мы ждем вас, Дейвид.

— Спасибо. — Отец направился к дверям, но вдруг остановился, оглянувшись на жену. — Лоис, — почтительно произнес Дейвид и отступил в сторону. — Пора, Лоис.

— Да, пора. Давно пора. — Она загадочно смотрела на мужа. Юнис вспыхнула и смущенно бросила взгляд на Пола.

— Папа? — Полу никогда не доводилось видеть отца уязвленным или неуверенным в себе. Пол был потрясен. — Что здесь происходит?

— Ничего, что могло бы обеспокоить тебя. — Дейвид протянул жене руку: — Лоис…

— Последние несколько лет я наблюдала за игрой со стороны, Дейвид. А теперь ты вдруг захотел, чтобы я встала рядом. — Она плотно сжала губы. — Это твой вечер. Они собрались посмотреть на тебя. Отправляйся к ним, получи от них заслуженную награду. — В ее темных глазах блестели слезы. Она тряхнула головой.