Лепестки на воде - Кэтлин Вудивисс

Гейдж тяжело вздохнул:

— Я не могу всю жизнь избегать Роксанну, Мэри-Маргарет.

— Верно. На это я и не рассчитывала. Вы были вправе прийти сюда, как и Роксанна.

Гейдж не ответил, отыскивая взглядом Шимейн. Она танцевала контрданс с юношей и казалась веселой и оживленной, позабыв про свои опасения. Гейдж заметил, как пристально наблюдают за ней несколько холостяков, и понял, что должен подоспеть прежде, чем кто-нибудь из них успеет заговорить с Шимейн.

— Вы не сводите глаз со своей служанки, — с улыбкой заметила Мэри-Маргарет.

— И с нетерпением жду своей очереди потанцевать с нею. А вы хотели услышать что-нибудь другое?

Мэри-Маргарет удовлетворенно кивнула, отмечая приятную перемену в Гейдже. Когда Роксанна помогала ему по хозяйству, он держался напряженно, а теперь стал раскованным и повеселел.

— Для начала сойдет.

Едва кончился танец, Шимейн увидела, как Гейдж пробирается к ней через толпу. Хозяин подал Шимейн руку и повел ее танцевать рил[1]. Шимейн не могла подавить трепет волнения, хотя и убеждала себя: Гейдж — самый обычный мужчина, такой, как все.

Стоя в шеренге женщин лицом к мужчинам, Шимейн опустилась перед ним в глубоком реверансе, и Гейдж поклонился в ответ. Пары по очереди брались за руки и вдвоем проходили вдоль шеренг, пока остальные танцоры хлопали в ладоши. Наконец пришла очередь Шимейн и Гейджа. Мечты девушки стали явью: ее красавец партнер не сводил с нее глаз.

— На нас смотрят, — прошептала Шимейн. И вправду, многие зрители, стоящие у стен зала, уставились на них в упор — в том числе и Роксанна, которая пренебрегла своими обязанностями.

— И не без причины, — ответил Гейдж, склоняясь к ней. — Вы несравненны!

— Но смотрят на нас обоих, — поправила Шимейн. — Неужели от нас ждут какой-нибудь выходки?

— Не следует разочаровывать их, — заметил Гейдж, пряча усмешку. — Пожалуй, поцелуя будет достаточно.

— Ни в коем случае, сэр! — шепотом воскликнула Шимейн.

В его глазах вспыхнули лукавые огоньки.

— Думаете, не стоит?

Не сомневаясь, что Гейдж Торнтон способен на все, Шимейн попыталась отвернуться, но Гейдж успел обхватить ее за талию, на миг крепко прижав к себе. Ропот, послышавшийся в толпе, подтвердил неусыпное внимание зрителей.

— Не смейте убегать, иначе поцелую вас немедленно, — пригрозил Гейдж, сжимая ее талию.

Шимейн поспешно кивнула, понимая, какое поднимется возмущение.

— Мэри-Маргарет была права, сэр.

— В чем, моя прелесть?

Пухлые губы Шимейн сложились в обольстительной улыбке.

— Вы — сам дьявол!

Запрокинув голову, Гейдж расхохотался, привлекая к себе удивленные взгляды окружающих: редко кто видел его таким.

Когда танец закончился, Шимейн не стала убирать руку. Нежное пожатие убедило ее, что Гейдж не возражает. Они обменивались улыбками и замечаниями о музыке, не видя, как угрюмо наблюдает за ними Роксанна.

Вечер прошел прекрасно! Чаще всего Гейдж танцевал с Шимейн, но время от времени его подмастерья и Джиллиан просили у хозяина позволение покружиться в танце с его спутницей. Если не считать сплетниц и врагов Гейджа Торнтона, горожане спокойно восприняли появление Шимейн на балу. Ничего другого им не оставалось — Гейдж был настороже.

Спустя некоторое время Гейдж склонился к Шимейн:

— Вы не проголодались? Если хотите, можем перекусить.

— Умираю с голоду!

— Тогда пойдем, моя милая рабыня, я поищу для нас удобное местечко и попробую утолить ваш голод.

Гейдж подозвал своих друзей, они заняли стол в глубине зала и начали с аппетитом поглощать принесенное Слаем угощение, обмениваясь шутками и остротами, мастерами на которые оказались Джиллиан и Мэри-Маргарет. За столом то и дело слышался веселый смех, но внезапно над ним, подобно удару тяжелого молота, нависло мрачное молчание.

— Подумать только, каторжница среди добропорядочных граждан! Видно, некоторым невдомек, что они оскорбляют своих соседей, — раздался ехидный мужской голос.

Мгновенно обернувшись, Гейдж обнаружил неподалеку ухмыляющегося Сэмюэла Майерса, а рядом в толпе женщин разглядел носатую Альму Петтикомб. Очевидно, Майерс считал, что в окружении свидетелей оскорбление сойдет ему с рук, но Гейдж с гневным видом поднялся из-за стола, и сплетницы поспешили упорхнуть. Майерс оказался лицом к лицу с разъяренным Гейджем. Шимейн и Слай тут же поспешили вмешаться: девушка осторожно взяла Гейджа за руку, а столяр успокоил:

— Забудь об этом ничтожестве, Гейдж. Не стоит обращать на него внимания.

— Эй ты, болван! Кого это ты назвал ничтожеством? — выпалил Майерс, приближаясь к Слаю.

Джиллиан в восторге выкрикнул:

— Покажи ему, где раки зимуют, Слай!

Подмастерья безудержно расхохотались, когда громадный столяр лениво поднялся на ноги. Чтобы взглянуть ему в глаза, Майерсу пришлось запрокинуть голову. От неожиданности он разинул рот, ахнул, изумляясь ширине плеч и росту Слая, и мгновенно утратил желание язвить.

— Меня зовут Слай Таккер, — гулким голосом известил его столяр.

— Благодарю, не смею больше вас задерживать, — торопливо забормотал Майерс. — Прошу прощения, что потревожил…

Слай сел на место, а Гейдж довольно рассмеялся.

— Умеешь успокаивать задир, Слай! Пожалуй, если я когда-нибудь отправлюсь воевать, то прихвачу тебя с собой. От одного твоего вида враги бросятся прочь, поджав хвост.

Дружеское пиршество возобновилось, а затем вновь начались танцы. Миссис Петтикомб судачила без умолку, Роксанна хмурилась и дулась, но Шимейн и Гейдж не обращали на них внимания. Последний танец они танцевали вдвоем. Распрощавшись с друзьями, Гейдж взял Шимейн за руку и повел ее к конюшне, не замечая, как перешептываются за их спинами городские сплетницы.

Проходя мимо таверны, они увидели, как Фредди выводит за дверь Поттса. Матрос едва держался на ногах, хватался за живот и стонал от боли. Его лоб украшала самодельная повязка, вторая виднелась на кисти руки. Судя по плачевному виду Поттса, ему досталось по заслугам в драке с английскими солдатами.

Спустя несколько минут, в конюшне, когда Гейдж запрягал жеребца, из темноты послышались шаркающие шаги. Гейдж вгляделся в густые тени вдоль стен и увидел Каина, неуклюже ковыляющего навстречу ему. Опасливо взглянув на Гейджа, горбун протянул ему деревянную фигурку цапли, словно пытаясь объяснить причину своего появления. Гейдж кивнул, и горбун повернулся к Шимейн, невнятно пробормотав что-то и подавая ей птицу.

Гейдж быстрее понял смысл речи Каина и объяснил недоумевающей Шимейн: