Люби меня нежно - Сандра Хилл

– Я тебя убью, Наоми. Клянусь, я убью тебя!

– Тебе придется отстоять в очереди, парень. У мафии со мной более давние счеты.

У мафии?!

Они с Синтией обменялись озадаченными взглядами, а потом, словно два дельфина, вынырнули из воды, которая тут же выплеснулась через край ванны. К сожалению, у них были только бумажные полотенца, а ими пришлось бы вытираться до скончания века.

Синтия решила не церемониться и, оставляя за собой следы, гордо прошествовала из ванной в спальню. Наоми лишь охнула, но Синтия повела себя как и положено богине: не стала обращать внимания на простых смертных.

– О, тебе лучше быть поаккуратнее с моим персидским ковром, – сказала Наоми. – Он стоит…

Она не успела договорить, цотому что принц ясно дал понять своей сестре, что ей грозит мучительная смерть, если она не… заткнется.

Синтия сердито потянула на себя покрывало и вытерлась досуха, а затем отправилась в ванную на помощь мужу. Он хотел было заявить, что влажное покрывало его не устраивает, и даже предложить ей принести наволочку, но одного взгляда на суровое лицо Синтии для принца оказалось достаточным, чтобы расстаться с надеждами на то, что он обрел покорную и сговорчивую жену.

Спустя пятнадцать минут он уже был облачен в красный костюм а-ля Элвис, а Синтия надела лиловое облегающее платье. Наконец Наоми освободит их от цепей! Они обрели свободу и собирались покинуть замок, но даже в самых страшных снах не представляли себе такой сценарий побега.

До приезда коза ностры оставалось два часа. Оказалось, что Наоми хотела договориться о продаже своих акций одному мафиозному клану. Принц слушал ее с изумлением (злость на глупую сестру пришла чуть позже). Как она могла?! Она сказала, что решила отложить продажу, но, конечно, подобные фокусы с мафией не проходили. Из всех проступков, совершенных ею, этот мог претендовать на рекорд тупости.

– Наоми, это самый глупый и опасный поступок, который ты только могла совершить, – сказал Феррама.

Уголки ее рта опустились. Она ничего не ответила – верный признак того, что и сама осознавала масштабы бедствия.

Металл звякнул об пол – она освободила брата от жуткого орудия пыток. Он выхватил из дрожащих рук Наоми ключ и бросился к Синтии.

– А откуда ты знаешь, что за всем этим стоит мафия? Может, это лишь шутка? Может, ты неправильно их поняла. Ты уверена, что эти люди на самом деле принадлежат к мафии?

– Они, наверное, прислали ей голову лошади, – предположила Синтия.

Принц бросил на нее укоризненный взгляд. Похоже, она не воспринимала ситуацию всерьез.

– Сегодня утром мне принесли телеграмму, – ответила Наоми. – Я обшарила все комнаты. Головы лошади там не было.

Она, наверное, шутит!

– Ты проверила все сто три комнаты этого уродского особняка? Только потому, что искала голову лошади?

– Да, я проверила все сто три комнаты моего замка, потому что если бы это не сделала я, то кто же? – Никто не потрудился ответить, и она продолжила: – В телеграмме было сказано: «Присылай подписанные документы. В полдень. У тебя есть альтернатива: спать на дне моря в компании рыб».

– Но как такая порядочная девушка могла связаться с мафией? – покачав головой, спросила Синтия.

Наоми пожала плечами.

– Они вышли на меня.

– Как? Где? – выпалил П. Т.

– В строительном магазине в Ньюарке.

Он застонал и взъерошил волосы.

– Но с какой стати мафии интересоваться компанией по производству обуви?

– Это как раз понятно, – сказала Синтия. – Мафия в последнее время интересуется всем, в том числе фондовыми рынками. Возможность отмывать деньги и все такое…

– О, как хорошо, что ты меня просветила! – простонал он.

– Я же говорила, Наоми, что смогу тебе помочь, но ты меня не послушала, – набросилась на нее Синтия и, к своему ужасу, увидела, что Наоми застилает кровать, бормоча себе под нос что-то насчет беспорядка в своем любимом замке.

– Так ты знала? – выпрямился принц.

Эта клубничная красотка оказалась предательницей!

– Наоми намекнула мне на то, что она собирается продавать свою часть акций. Она спрашивала о возможности изменить порядок пользования трастом, и я посоветовала…

– Как ты могла, Синтия? Так подло действовать за моей спиной?

– Так, секундочку, не надо делать из меня козла отпущения…

– Ты смогла нанести удар в спину собственному мужу?

– Ты не был моим мужем в то время. Ты и сейчас мне не муж, черт побери. Иначе…

– Кстати!.. – крикнула Наоми из ванной.

Она вытирала воду и собирала разбросанные по полу бумажные полотенца, с отвращением глядя на лужи на кафельном полу.

– Кстати что? – в один голос спросили Синтия и принц.

– О бракосочетании.

– Ну и? – как пара попугайчиков, снова одновременно спросили Синтия и принц.

– Элмер показал мне бумаги. Не надо нервничать. В общем, он настоящий священник, поэтому ваш брак можно считать абсолютно законным. Поздравляю!

– Законным?! – в один голос вскрикнули Синтия и П. Т., сознавая, какие осложнения влечет за собой эта новость.

Они в ужасе переглянулись. Во всяком случае, ее это известие привело в ужас. А принц вдруг ощутил, как его переполняет счастье оттого, что он женат на любимой женщине. Да, он был готов признаться, что до сих нор влюблен в Акулу с Уолл-стрит. Заговор Элмера все еще был в силе, и он надеялся, волшебство не закончится никогда.

– Ты же клялась, что он не имеет сана! – обвинил принц Наоми, которая закончила уборку и приблизилась к ним с некоторой опаской. – Ты сказала, что все это будет лишь веселым представлением.

Он тут же пожалел, что не прикусил язык.

– И когда это вы обсуждали перспективы моего брака с принцем? – прищурив глаза, с подозрением спросила Синтия.

– Дорогая, мы…

Она толкнула его в живот… между прочим, второй раз за этот день. А на часах не было еще и половины одиннадцатого утра.

– Не заговаривай мне зубы! Ты хитрый лис! Ты планировал эту свадьбу с самого начала, еще до того как Элмер заколдовал нас? Вчерашняя ночь была просто фарсом!

Хотя она не причинила ему боли, он согнулся пополам и застонал, чтобы выиграть время и придумать нужную отговорку. Дик в таких случаях говорил, что врать нужно вдохновенно.

– Я не… – начал он, но тут же замолчал, и на его лице появилось виноватое выражение.

Он понял, что она не поддалась на его уловки. Наверное, у него бровь дергалась.