Взгляд со второго этажа - Евгений Щуров

Док жил у меня уже полгода. Он официально развёлся. Всё у нас было замечательно! Вместе ездили на работу, вместе возвращались, ходили в гости, принимали у себя. Я сама каждое утро готовила Доку чистое бельё и одежду, частенько готовила завтрак. Когда Док возвращался с работы позже, всегда привозил мне букет моих любимых лилий.

На католическое Рождество, в свои зимние каникулы, прилетали Ванечка с Викторией. Вместе с ними чудесно встретили Новый год. Сынуле Док понравился, они часто подолгу беседовали по вечерам, сидя в столовой или в нашем с Доком кабинете. Виктория говорила по-русски уже очень хорошо, только с акцентом. Когда мои мужчины разговаривали, мы с ней уходили в зимний сад и там возились с цветами.

После новогодних праздников дети улетели к себе, в Лондон, а мы с Доком отправились на несколько дней в Швейцарию на горнолыжный курорт. Он прилично катался, да и я от него не отставала, только чаще падала.

Потом снова работа, интересная, затягивающая.

В начале лета отпраздновали мой день рождения. Док подарил мне очень красивый гарнитур с бриллиантами: серёжки, колечко и цепочку с кулоном. Вообще он частенько дарил мне какие-нибудь украшения.

Я уже не боялась летать, и после моего дня рождения, по совету Виктории, мы посетили Сейшелы. Там познакомились с родителями Виктории, которые оказались очень весёлыми и гостеприимными людьми. Док не отходил от меня ни на шаг, вообще вёл себя так, будто мы только познакомились. И постоянно наговаривал мне всякие нежности. И как он меня любит. Мы купались, загорали, ужинали в ресторанчиках, любили друг друга, и я кончала, любовались закатом, гуляли поздно вечером по пляжу. Я пребывала в немом восторге от всего, что происходит! Это было сказочно! По окончании учёбы к нам на Сейшелы прилетели Ваня с Викторией. Мой сын понравился её родителям, и они устроили по поводу приезда детей большой праздник в огромном доме Сэма, отца Виктории. Нам надо было уже возвращаться домой, как Ваня сказал мне, что хочет остаться здесь, на островах, на все каникулы. Я этого не ожидала, хотя могла бы догадаться. Макс доказывал, что Ванечке пойдёт на пользу климат курорта, а перед учебой они на пару недель заедут к нам. Что мне было делать? Хотя я надеялась, что пробуду с сыном два летних месяца.

Дома мы снова с головой окунулись в работу. Я стала замечать, что Док чаще задерживается на работе и подолгу просиживает за компьютером дома, да ещё с кем-то общается по скайпу, да ещё по-английски или по-французски. Спросила папу, что там происходит, на фабрике, он ответил, что замышляет грандиозную реконструкцию, потому работы чрезвычайно много. Судя по объёму моей работы, я этого не заметила. Но реконструкция касалась производства, а моё направление – реклама и продажи – реконструировать не требовалось. Я много времени проводила в зимнем саду, с цветами, под открытым воздухом. Николай, как обычно, помогал мне. Они с Леной поженились и жили вместе в комнате Лены, которая была больше.

Однажды я зашла в кабинет. Дока не было, он вышел покурить. Машинально я заглянула в компьютер. На экране в Facebook’е сияла морда молодой красотки, и было много чего понаписано на французском языке. Когда он вернулся, я спросила его внешне равнодушно:

– Что это у тебя? Что за красотка?

– Это менеджер одной базельской компании. Мы обсуждаем планы поставки нового оборудования. А что?

– Да ничего! – меня бесило, что я ничего не понимаю по-французски.

Лицо моё, видимо, выражало всю мою внутреннюю злость. Док это заметил.

– Любимка моя, не надо, – ласково сказал он. – Ничего личного! Смотри, включаю переводчика.

– Не надо мне ничего включать! Да! – уже истерически проговорила я. – Что, с бабами по интернету переписываешься?

Док всё же включил программу перевода, и я через силу посмотрела на экран. Там действительно шёл обмен мнениями по поводу поставок фильтров, отстойников и смесителей. Я успокоилась. Погладила Дока по голове.

– Ладно, прости! Я что-то сегодня устала, – уже спокойно произнесла я. – Ты скоро?