Дикие сердцем - Виктория Клейтон

К четырем часам, когда Дасти объявил об окончании рабочего дня, я чувствовала себя так, словно прошагала целый день по песчаным дюнам под раскаленным солнцем. Язык высох, распух и с трудом помещался во рту. Мне ужасно хотелось пить. Дасти предложил пинту пива, но я отказалась, потому что терпеть не могла этот напиток. Я так жаждала опрокинуть стакан холодного лимонада, что едва сдерживала свое нетерпение.

Сначала я направилась в магазин, который находился за углом, недалеко от мельницы. Магазин представлял собой аккуратный домик с большими арочными окнами и колокольчиком над дверью, который звенел, стоило вам только войти внутрь. За прилавком стояла не очень мной любимая миссис Крич. Она оценивающе разглядывала меня с ног до головы. Я мельком взглянула на себя в зеркало, которое висело на стене. То, что я увидела, ужаснуло меня: волосы сбились и торчали в разные стороны, одежда сверху донизу была покрыта мучной пылью. Выражение лица миссис Крич не оставляло сомнений: она испытывала ужас, смешанный с отвращением.

— Я слышала, что вы устроились работать на мельницу, мисс Сванн. Думаю, что вы приняли правильное решение. Что еще остается делать молодой леди в нашей глуши? Я никогда не обращаю внимания на сплетни. Вот и сегодня утром я оборвала миссис Хоппер, когда та стала разглагольствовать по поводу того, что вы сможете зарабатывать на жизнь, развлекая одиноких мужчин.

Я слишком устала, чтобы возмутиться. Миссис Крич знала жизнь в деревне до мельчайших подробностей. Когда я в первый раз зашла в ее магазин, миссис Крич осмотрела меня оценивающе. Дорогая одежда и украшения убедили ее, что я могу стать выгодным покупателем. Сейчас, когда она увидела меня растрепанной, испачканной в муке, ее отношение ко мне изменилось от навязчивой льстивости до подозрительности, граничащей с презрением.

Я купила большую буханку хлеба, пачку сливочного масла, клубничный джем, пакетик шоколадного печенья и сетку яблок. Немного подумав, прихватила карамельки. Затем поинтересовалась, что любят пить дети. Миссис Крич, которая упаковывала покупки, сказала, что все зависит от того, к чему дети привыкли.

— Чьи это дети? — спросила она.

— На самом деле я не знаю их фамилии. — Миссис Крич сунула руки в карманы своего кардигана персикового цвета и нависла большой грудью над прилавком. Ее глаза буравили меня с холодным любопытством. — Их четверо. Старшую девочку зовут Рут. Имя мальчика Уильям, а младшую девочку зовут Френки.

Лицо миссис Крич скривилось в презрительной гримасе.

— Это Рокеры. Думаю, что из всех напитков они предпочитают джин. — Она с сожалением посмотрела на мои покупки. — Послушайте моего совета: вам стоит обшарить их карманы перед тем, как они пойдут домой. Их мать не хуже и не лучше других. Без сомнения, ей пришлось нелегко. Я не собираюсь обсуждать ее поведение. Только вчера я сказала миссис Хоппер: «Давайте не будем судить чужие грехи». Нелегко самостоятельно поставить на ноги четверых детишек. — Миссис Крич перегнулась через прилавок. Ее глаза хищно заблестели. — Четверых детишек от разных отцов, если то, что я слышала, правда. Неудивительно, что она ищет утешения на дне бутылки. Я должна предупредить вас, мисс Сванн: эти дети — настоящие дикари. Мистер Крич недавно распекал меня за излишнюю доброту. Он заявил, что я слишком мягка с детьми. Действительно, никто в окрестности не любит детей больше, чем я. Но, клянусь всеми святыми, я не позволю этим детям переступить порог магазина. У мальчика уже были проблемы с полицией…

Я была слишком бесхребетной, чтобы возразить. Кроме того, я понимала, что не могу поссориться с ней окончательно и бесповоротно. Магазин миссис Крич был единственным в округе источником продовольствия. В знак несогласия я с презрением отказалась от покупки дешевого сока, который миссис Крич мне предложила. Вместо него я купила лимонад, молоко, какао-порошок и пачку сахара.