Мое безрассудное сердце - Джо Гудмэн

Она молча смотрела на него, не зная, что ответить.

— Так я и подумал, — мягко сказал он наконец. — Ты ничего не знаешь о моих желаниях.

Застигнутая врасплох его прямым, пристальным взглядом, Джонна почувствовала, как ее талию словно обвила горячая лента. Жар захлестнул ее, поднявшись к груди, к шее и, наконец, к лицу. Она была в изумлении и хлопала глазами, как сова.

— Комната вертится, — прошептала она, не сводя глаз с Декера.

Тот коснулся ее щеки. Голос у него был довольный:

— Это правда? Джонна кивнула.

— Наверное, тебе лучше опять лечь.

Декер снял поднос с ее колен и поставил на ночной столик. Когда он повернулся к ней, Джонна все еще сидела в том же положении. Губы у нее были влажные, слегка приоткрытые, и казалось, что дышит она с трудом. Декер прижался губами к ее рту.

Декер подумал, что не вполне нарушил свой обет. Этот поцелуй был всего лишь попыткой возбудить ее, напоминанием о тех днях, когда они были вместе. Он решил, что все ограничится одним поцелуем.

Но она отозвалась. Он втянул в себя ее легкий выдох. Ее влажные губы дрогнули. Он почувствовал, как она прижалась к нему. Ее руки коснулись его плеч, задержались и крепко обхватили его, словно стараясь найти в нем опору.

Почти то же самое было на «Охотнице». Такая же мысль пришла Декеру в голову, когда ее груди прижались к его груди. Корабль качало и подбрасывало, а он помогал Джонне устоять на ногах.

Джонне было недостаточно, что ее тело прижато к его телу, — ей мешала одежда. Ее руки скользнули под куртку Декера и потянули ее. Декер не стал дожидаться продолжения и движением плеч отбросил куртку. Джонна удовлетворенно что-то пробормотала ему в губы. Не прерывая поцелуя, она нащупала верхнюю пуговицу его рубашки и расстегнула ее. Потом расстегнула еще одну и еще одну, пока полочки рубашки не разошлись настолько, что она смогла положить руку на грудь Декеру. Кожа у него была горячая, и сердце бешено билось под ее рукой. Она прошептала его имя ему в губы и ладонью, прижатой к его сердцу, ощутила его реакцию.

Джонна упала навзничь, увлекая Декера за собой. Под тяжестью его тела она почувствовала покой и безопасность. Она обняла его, провела пальцами вдоль спины.

Декер коленом отбросил одеяло, закрывавшее Джонну до пояса. Приподнявшись на локтях, он посмотрел на Джонну. Губы ее по-прежнему были раскрыты, они припухли и краснели, как ягоды. Лицо покрылось румянцем, и глаза, когда она их открыла, были затемнены страстью.

Прядки темных волос упали Декеру на лоб. Не задумываясь, Джонна откинула эту прядь нежным и интимным движением. Провела кончиками пальцев по его виску, по уху и, наконец, остановилась на изгибе шеи. Странная мысль пришла ей в голову:

— Ведь сейчас день!

— Да, — довольно ответил Декер, — так оно и есть.

Услышав его слова, Джонна поняла, что высказала свою мысль вслух. Ее глаза были закрыты, и она могла представить, что они ласкают друг друга под покровом ночи. Она открыла глаза и смутилась. Он смотрел на нее открытым, спокойным взглядом. Ей тоже было приятно смотреть на Декера.

Но, не выдержав его взгляда, она отвела глаза.

— Если ты хочешь…

Декер ждал. Она замолчала, и он, наклонившись, легко прикоснулся к ее губам.

— Если я хочу чего, Джонна?

Джонна чувствовала, что сказать такое вслух ей нелегко. Прямота, с которой она вершила дела компании, теперь не могла ей помочь. Она сплела пальцы у него на шее и притянула к себе.

— Этого, — хрипло проговорила она, — если ты хочешь этого.

Декер сопротивлялся ее рукам, шея его напряглась. Он отпрянул от нее, сел и только тогда заметил ее удивленный взгляд. Он встал, подобрал свою куртку, лежащую на кровати, и надел ее. Краем глаза он видел, что взгляд Джонны задержался на его животе. Он не застегнул куртку и не сделал никакой попытки скрыть признаки своего возбуждения.