Герцогиня - Джуд Деверо

— Понимаю. И она остается жрицей всю жизнь, а потом выбирают следующую?

— Не совсем так. Через пять лет ее убивают. А через сорок пять лет начинают искать очередную…

— Что-что?! Тревельян пожал плечами.

— Таков обычай. Религии отличаются друг от друга, в каждой — свей правила и обычаи.

— Но ведь этот закон ужасен! Надеюсь, вы протестовали?.. Тревельян засмеялся.

— Я был единственным «неверным» в этом священном городе. И не мог стоять на городской площади и проповедовать буддизм.

— А христианство?

— Что?! А, понимаю, «истинную» религию. А вы знаете, что каждый народ считает истинной свою религию?

Клер улыбнулась.

— Можете изображать циника, сколько хотите, но вы ведь спасли ее. Когда ей суждено умереть?

— В этом году. Девушка вздохнула.

— Вы увезли Жемчужину из этого жуткого места и спасли ей жизнь.

— Все было иначе. Однажды Нисса и ее прислужниц проходили по улице, у меня как раз начался приступ малярии и я буквально свалился к ее ногам. Она решила, что я сражен ее красотой, и приказала перенести меня в свои покои. Поняв что я белый, Нисса меня спрятала.

— И покинула город вместе с вами. А кто-нибудь пытался ее задержать?

— В течение пяти лет девушки-священнослужительницы могут делать, что захотят. Им все позволяют, чего бы они ни пожелали. Нисса захотела уехать со мной — и уехала.

Клер наклонилась к лицу Велли.

— Но почему она захотела? Он хитро ухмыльнулся.

— Я рассказывал вам, как однажды мы разбили лагерь в деревне, где было полно свирепых муравьев? Ночью они облепили нас с головы до ног, и никто не проснулся, не поднял тревогу. Наутро шестеро из нас слегли с высокой температурой и…

— А как эта женщина узнала, что у вас светлая кожа?

— Просто увидела. Ревнуете?

— Не говорите ерунды. Мне интересно, вот и все. Уж кому-кому, а вам-то знакомо любопытство. Оно ведь, кажется, движущая сила вашей жизни.

— Нисса тоже ужасно любопытна. Клер посмотрела в окно.

— Она влюбилась в вас? Поэтому и потащилась следом?

— Я думаю, ей захотелось посмотреть мир. Она выросла в очень бедной деревне и всегда мечтала вырваться из Пеша.

— Кроме того, в этом году ее должны были убить.

— Конечно, это обстоятельство тоже сыграло свою роль.

Клер внимательно взглянула на него.

— Итак, она покинула Пеш и путешествовала с вами по стране. Потом вы «умерли», то есть это Пауэлл посчитал вас мертвым и взял все ваши бумаги и вашу Жемчужину Луны. Правильно?

— Более или менее.

Она говорила очень тихо, почти шепотом.

— А теперь вы собираетесь спасти ее, потому что любите? И поэтому были так огорчены, узнав, что она у Пауэлла?

— Я был взбешен потому, что Пауэлл наверняка удерживает ее насильно. Джэк всегда считал Ниссу чем-то вроде музейного экспоната. Я не хочу, чтобы ее держали как пленницу в какой-нибудь маленькой душной гостиной. — Тревельян пристально посмотрел на Клер. — Некоторые женщины могут это вынести, но Нисса не из их числа.

Клер сделала вид, что не поняла намека.

— А кем считаете эту женщину вы?

Он улыбнулся, потом нахмурился.

— Что это с вами?! Если бы кто-нибудь услышал наш разговор, наверняка решил бы, что мы любовники и вас снедает ревность к моему прошлому.

— Это просто смешно. Я совершенно вас не ревную. Я… просто изучаю капитана Бейкера, не больше. Я ведь собираюсь написать его биографию, хоть вы и не умерли. Поэтому мне нужно знать о вас все. Читателям будет интересно узнать, что вы пленили прекрасную молодую женщину и увезли ее из священного города, потому что влюбились. Им понравится рассказ о молодом и красивом исследователе и прекрасной дикарке…

— Когда мы впервые встретились, вы сказали, что я стар и безобразен. Кроме того, Нисса вовсе не невинная девушка.

— О! Вы хотите сказать, что она…

— Не презирайте ее. Вы бы тоже вели себя достаточно вольно, если бы знали, что жить вам осталось всего пять лет.

— А я уверена, что жила бы, как и сейчас: вышла бы замуж за человека, которого люблю, и жила бы счастливо и спокойно.

— Сидя в молчании за столом в доме, где вас не пускают даже в библиотеку и где вам пришлось бы следить за рационом лошади Гарри.

— Замолчите! Я по горло сыта вашими разговорами о человеке, которого люблю. А вы любили эту Ниссу? — вдруг неожиданно громко спросила она.

— Если вы скажете мне правду, то сознаюсь и я. Клер отвернулась. Этот человек приводил ее в ярость.

Он мог свести с ума любого. Ничего удивительного, что кто-то стрелял в него и пытался убить. Она подняла глаза на Тревельяна.

— Ваша рука в порядке?

— Я бывал в переделках похуже.

Клер улыбнулась, гнев ее внезапно испарился. Иногда, разговаривая с Тревельяном, она забывала, что он — капитан Бейкер. Забывала о том, что сделал, написал и открыл этот удивительный человек.

— Расскажите мне о вашем путешествии в Пеш.

— Так, чтобы вы смогли использовать это в собственной версии моей биографии? — спросил он сердито.

— Нет. Просто хочу послушать. Отродье сказала мне, что вы ей много рассказывали о Пеше. Что там случилось на самом деле? Пауэлл вошел в город вместе с вами?

— Нет я был там один.

Клер улыбнулась. Она была права: Пауэлл никогда не был в этом таинственном месте. Она устроилась поудобнее и уставилась на Тревельяна. Девушка так хорошо узнала Велли, что, казалось, могла даже в темноте угадать выражение его лица. Она знала, что ему нравятся ее вопросы. Внезапно Клер ощутила, что атмосфера в коляске стала напряженной. Он — мужчина, она — женщина, они остались наедине…

Клер почувствовала, как затрепетало ее сердце.

— Расскажите мне что-нибудь, — прошептала она. Она не смотрела на Тревельяна, а он в ответ лишь глубоко, прерывисто вздохнул.

— С чего мне начать?

— Как вы были одеты, собираясь войти в город, как скрывали, что вы белый? Вы быстро выучили местное наречие? Как выглядят женщины Пеша, другие, кроме этой Ниллы… так ее кажется, зовут?

— Нисса, — ответил с улыбкой Тревельян и начал повествование о своем путешествии.

Он был прекрасным рассказчиком. Обладая актерскими способностями, умел так расставить акценты и держать паузу в своих историях, что слушатели умоляли его продолжать. Он рассказал ей, как встретил однажды человека, бывшего рабом в Пеше, и взял его с собой в путешествие, на поиски священного города. Рассказал, как учился у него пешанскому языку.