Нет ничего сильнее любви - Таня Винк

– В красной бабочке? – Настя распахнула глаза. – Да, его зовут Юра… А я и не подумала…

Галя оторвала от рулона бумажное полотенце и вытерла щеки.

– Прости, девочка моя, я хочу прилечь… Я устала…

– Да, конечно, – Настя обняла ее, и Галка ушла к себе.

Утром Настя заглянула в комнату Галки – та мирно посапывала – и на цыпочках вернулась в свою комнату. Там она забралась с головой под одеяло и провела пальцем по экрану смартфона.

– Доброе утро, – услышала она радостный голос Никиты, – как спалось?

– Хорошо спалось.

– Включи камеру, я хочу увидеть тебя, я уже соскучился…

– А я еще в постели!

– Ну и что?

– А ничего! Слушай, у меня к тебе вопрос.

– Давай!

– Ты хорошо знаешь Юру, который все время тосты произносил?

– Конечно, очень хорошо знаю. Это родной брат нашего декана и партнер моего отца. – А зачем ты спрашиваешь?

Настя едва не выронила смартфон – вот те на! Недаром тетя Лена говорит, что весь Харьков спит под одним одеялом! Ой, это совсем про другое!

– Дело в том, что я показала запись Гале… А он ее старый друг. Ну, она хочет знать, как он, где он.

– У меня есть его телефон, сейчас скину.

– Давай. Только скажи: он женат?

– А какая разница?

Настя насупилась:

– Большая.

– Я не знаю, но могу у отца спросить.

– Хорошо, спроси. И мне сразу позвони.

– А как насчет свидания?

– Как договаривались.

– Значит, в пять я приезжаю за тобой?

– Да, я буду ждать. Но ты с отцом поговори.

– Я прямо сейчас…

– Давай, жду.

Настя вынырнула из-под одеяла и прислушалась – в квартире было тихо. Оставив телефон под подушкой, она соскочила на пол и выглянула в окно. Небо обещало дождь, его же обещал прогноз погоды, но в душе Насти не было тучек, только одна. И эту тучку нужно немедленно прогнать или превратить в белое облачко. Глухо зазвонил телефон, и Настя снова нырнула под одеяло.

– Я позвонил отцу, – сказала Никита.

– И что? – нетерпеливо спросила Настя.

– Папа очень удивился, но ответил.

– А ты ему сказал, что это я спрашиваю?!

– Настя, ты что?! Я сказал, что вчера одна женщина спрашивала у меня и мне самому стало интересно…

– А, ну тогда нормально. И что ты выяснил? – Настя прижала смартфон к уху.

– Он был женат, шесть лет назад развелся. Я знаю его сына, он в одиннадцатом классе учится. Да ты его видела, он рядом с Юрой сидел. Стильный такой пацан…

– Да, помню, с длинным чубом… Так сейчас Юра один живет или нет?

– Папа сказал, что такие вопросы они не обсуждают. На банкете он был с сыном.

– Ну это уже кое-что, – подытожила Настя. – Пришли его телефон.

– Хорошо, сейчас.

Она снова вынырнула из-под одеяла и едва не вскрикнула – в дверях ее комнаты стояла Галя.

Ох, дедушка Вадим, умеешь ты смазывать петли на дверях!

– Я это… – Настя крутила смартфон в руках, – с Никитой разговаривала.

– О Юре? – Галя скрестила руки на груди.

– Да, о Юре, а что? – с вызовом бросила Настя и соскочила с кровати. – И подслушивать, знаешь ли, нехорошо! – она уперлась руками в бока.

– Я не подслушивала, я просто шла мимо, – ответила Галя, – ладно, я пошла завтрак готовить.

Галя исчезла из дверного проема и тут пришла эсэмэска с телефоном Юры.

…Настя не понимала, почему Галка так разозлилась? На ее месте она бы смеялась, ойкала, говорила что-нибудь типа «Как я рада! Он разведен!». Но Галя молчала.

– Я тебя не понимаю! – Настя тоже начинала злиться. – Позвони ему, и все! Твой язык не отвалится!

– И что я должна сказать?

– Ну, хоть что-то… Галя, да что с тобой?! Что ты как неживая?!

– А что я должна делать? Прыгать на одной ножке? Орать от радости? Настюша, все это уже не имеет никакого значения, это жизнь, а не роман, в котором можно написать все, что угодно. Мне не нужен его телефон, я не буду звонить.

– Гм… Я… Я просто хотела помирить вас.

– Нас не надо мирить, мы не ссорились. Нас развела судьба. Спасибо, солнышко. И поверь, ему это тоже не нужно, совсем не нужно.

– А ты не отвечай за него.

– Детка, прошло слишком много времени, мы стали совсем другими. И между нами стоит слишком много горя.

Настя нахмурилась.

– Послушай, ты можешь просто позвонить ему, просто выпьете кофе…

– Поверь мне, девочка моя, он с бóльшим удовольствием выпьет кофе с молодой привлекательной женщиной, как у отца Никиты, например…

– Да? Ну, ладно… Чуть не забыла – Никита в пять заедет за мной.

– Это здорово, идите, наслаждайтесь счастьем, а я буду писать, это все, что я могу делать. Это все, что я хочу…

* * *

Настя стояла перед вращающимися стеклянными дверями и с удивлением смотрела по сторонам – на стоянке не было автомобилей, в торговом центре ни души. Сквозь двери она видела движущиеся стеклянные лифты, они тоже были пусты. Все, что она слышала – это шуршание листьев, гонимых ветром по асфальту. И вдруг шаги за спиной. Она оборачивается – к ней идет старуха-цыганка, одетая совсем не по погоде и совсем не так, как вчера, когда Настя снова убежала от нее… На ней пестрая пышная юбка до земли, блестящая блузка с широкими рукавами. На талии красный платок в черные розы с длинной бахромой по краям. Свои волосы, вчера седые, а сейчас иссиня-черные, спадающие на плечи тяжелыми волнами, она украсила кроваво-пурпурной розой.

– Здравствуй, красавица, – говорит цыганка совсем не скрипучим старческим голосом, а молодым, переливчатым.

– Здравствуйте, – отвечает Настя.

– Ты меня уже не боишься?

– Нет.

– Молодец… Дай руку, я скажу тебе что-то очень важное.

Настя протягивает руку, но цыганка не смотрит на ее ладонь, а, держа руку в своей, теплой и шершавой, тихо произносит:

– Закрой глаза.

Настя зажмуривается, и вдруг теплая волна касается ее руки и медленно течет к локтю, плечу, а оттуда лавиной обрушивается на сердце… Она распахивает глаза, а перед нею… мама.

– Доченька моя, – мама держит ее за руки и смотрит с восхищением и любовью, – как же ты выросла, какая ты красавица!

– Мама, мамочка, – слезы душат Настю, – я так соскучилась по тебе. Мама, почему ты ушла, мне так плохо без тебя…