Возвращая к жизни - Рэдклифф

– Пальцы остались?

– Два из трех. – Винтер показала рукой на пластмассовый контейнер с замороженным соляным раствором, который стоял на столе. – Мизинец разнесло в клочья, зато два других в довольно хорошем состоянии.

– Узнали, кем он работает?

– Пока нет. Мы пытаемся разыскать его жену; Она явно где-то за пределами города.

– Понятно, – сказала Али, накладывая свежую повязку на поврежденную руку. – Пусть хирурги решают, пришивать, или нет.

Винтер взяла карточку пациента, быстро сделала запись и отдала ее администратору за рабочей станцией.

– Почему бы тебе не поехать домой. – Предложила Али, выбросив перчатки в специальный контейнер для мусора. – Я сама проведу обход в отделении.

– Пирс заберет меня в восемь. Так что пока я могу походить и с тобой.

– Точно? Выглядишь слегка уставшей.

– Со мной все хорошо. – Винтер сняла свой белый халат с крючка за дверью и подождала, пока Али не надела свой. Когда они пошли по коридору, Винтер еще раз спросила:

– Ты сама-то как? Тоже выглядишь чуток измученной.

– Я, правда, в порядке, – смущенно сказала Али.

– Я же чувствую, что-то не так. У тебя болит голова? Проблемы со зрением?

Али нажала на кнопку на стене, которая открывала двойные двери в главную часть больницы и, когда они вошли туда, отвела Винтер в сторону от потока спешащих по коридору людей. Удостоверившись, что в непосредственной близости нет никого, кто мог бы их подслушать, Али сказала:

– Я мало спала ночью. Но это не имеет никакого отношения к моей ране на голове, так что не волнуйся.

Винтер сузила глаза.

– Ты как-то совсем уходишь от ответа.

– Черт! – вздохнула Али. – Этой ночью я была с Бо.

– Стоп-стоп-стоп. Отмотай назад. – В глазах Винтер появился сумасшедший блеск. – Ты провела ночь – в смысле провела ночь в постели – с женщиной, которую даже не хотела признавать сексуальной?

– Я никогда не говорила, что она не сексуальная, – пробурчала Али. – Я же не слепая, а?

– О, Боже мой!

– Потише! – Али оглянулась по сторонам. – Можно обойтись без рекламы на всю больницу?

Винтер пробил смех.

– Господи, ты еще и стеснительная!

– Я не стеснительная, просто оберегаю свою личную жизнь.

– Я еще ни разу не видела, чтобы ты приходила на работу после свидания и выглядела при этом так, будто тебя изнасиловали.

– Ничего подобного, я не выгляжу, будто меня изнасиловали. – Али сунула кулаки в карманы своего халата. – Правда что ли выгляжу?

– На самом деле ты выглядишь прекрасно. Она была хороша?

Али даже не попыталась притвориться, что ее лицо не полыхает. Дело было не в том, что она смутилась, нет. Она пыталась противостоять возбуждению, которое абсолютно произвольно возникало в ней всякий раз, когда она даже просто начинала думать о Бо.

– Секс был офигительный.

– Так-так, – медленно произнесла Винтер, – это что-то. Значит, она тебе нравится?

– Ну, ты знаешь, как это бывает. – Али вспомнила, в каком бешенстве пребывала, когда Бо не позвонила, как боялась, что она пострадала или что-нибудь еще похуже. Она вспомнила, как Бо обнимала ее, когда она пробудилась от очередного кошмара про Сэмми, и как Бо плакала, когда рассказала о болезни Джилли. Бо заставляла ее чувствовать так много и так сильно. Быть может, слишком сильно. Стремясь перевести разговор в более безопасное, знакомое, русло, Али добавила: – Она не может не нравиться. Пошли, займемся обходом.

Винтер не стала подлавливать ее на этой весьма туманной фразе, и Али была ей за это благодарна. Она хотела с головой уйти в работу, где ей были известны границы и где она знала, как не угодить в ловушку непрошеных эмоций. С Бо у нее это никак не получалось.

– Как самочувствие? – спросила Бо у Бобби, войдя в дом, и увидев его на диване с подушкой под головой и кружкой кофе, пристроенной на груди. На Бобби были спортивные штаны и футболка пожарной охраны Филадельфии, при этом на его лице играла подозрительно довольная ухмылка. Он смотрел телевизор, по которому показывали один из парадов по случаю Дня Благодарения.

– Неплохо. Впрочем, не так клево, как у тебя.

Бо повесила темно-коричневый кожаный «пилот», который ей одолжила Али, на вешалку за дверью. Куртка немного жала ей в плечах, но Бо все равно понравилось ее носить. Эта вещь принадлежала Али, и, нуждаясь в доказательствах, Бо радовалась тому, что у нее есть что-то, что гарантирует их следующую встречу. Всю дорогу до метро Али хранила молчание, а когда они расставались, ушла слишком быстро, и Бо не успела поцеловать ее на прощание. Бо не могла отделаться от тревожного ощущения, что Али что-то напрягало. Особенно после того, как она уклонилась от прямого ответа на вопрос, когда они увидятся снова. Бо потерла рукой неожиданно занывший живот.

– Ты пьешь лекарства, которые прописала тебе Али? – спросила она.

– Как будто у меня есть выбор. Джилли увидела все эти пузырьки и теперь доканывает меня, проверяя, все ли я вовремя принял.

– Хорошо. Где она?

– На кухне. Ну, так что, кажись, я должен тебе денег?

– Ничего ты мне не должен, – отрезала Бо и пошла на кухню. Опять этот чертов спор! О, Боже!

– Ты хочешь сказать, что провела с ней всю ночь и не вставила ей? Блин, она же такая секси…

– Слушай, ты! – Бо резко развернулась, ее колотило от ярости. – Тебе охренительно повезло, что сейчас ты лежишь вот на этом диване, иначе я бы сама тебя уложила. Больше не смей говорить о ней в таком духе.

Бобби вылупил глаза. – Господи Иисусе, Бо. Извини, не хотел.

– Вот черт, – прошептала Бо и потерла лицо обеими руками. – Послушай, прости, не хотела на тебя набрасываться. Просто…

– Нет, все нормально, – прервал ее Бобби, подняв руку в предупредительном жесте. – Это круто. Я просто не допетрил.

Из кухни вышла Джилли с кухонным полотенцем на плече и озабоченным видом. – Что вы тут разорались?

– Да, это я просто мудак, – покаялся Бобби, подчеркнуто уставившись в телевизор.

Бо промолчала.

– Пойдем-ка со мной, – с этими словами Джилли взяла сестру за руку и потащила через столовую на кухню. Там она показала на высокий стул. – Садись! – Бо села, положила на стол локоть и уронила на него голову.

Джилли налила кофе и поставила перед ней. – С тобой все нормально? Ты как-то не слишком хорошо выглядишь.

– Да уж. Мало спала. Напряженная выдалась ночь.

– Почему ты кричала на Бобби?

– Это между нами, мальчиками.

Джилли замахнулась на Бо полотенцем. – Не мели чепуху. Что с тобой?