Невеста на полставки - Диана Рымарь

Тот же день:

16:00

Злата

— Если честно, я не понимаю, чего ты так упираешься! — бурчит на меня Артём.

Ну да, ну да, это же не его зажимали в прихожей с требованием немедленно отдаться. Не его оскорбляли, принуждали, выгоняли на улицу, шантажировали. С чего ему меня понять? А ведь он в курсе всех моих злоключений! Видимо, пока на себе не испытаешь, до конца всё равно не прочувствуешь.

Нервно вздыхаю. Приказываю себе успокоиться и помолчать.

Я, конечно, могла бы заново объяснить жениху, почему уперлась рогом… Но знаю, что это будет ему неприятно, а сегодня не тот день, когда мне хочется портить ему настроение. Совсем не тот.

— Злата, это ведь мой отец! Не вечно же помнить плохое… — вздыхает он и пристально на меня смотрит.

Вечно? Нет, я не такая злопамятная… Лет сорок, пятьдесят максимум!

А там уже, возможно, и припоминать что-то будет некому... Жестоко? Еще как! А он со мной не жестоко? По-моему, очень даже.

Но все-таки делать неприятно Артёму очень не хочется.

— Хорошо, мы пойдем, — киваю нехотя, — но это же не значит, что мы должны будем являться к нему в гости каждое воскресенье?

— Конечно нет! — мотает он головой. — Раз в год — более чем достаточно…

«О боже, это мне придется каждый год поздравлять с днем рождения Энгрина-старшего! Паршиво! Ладно, дорогуша, успокойся, тебе нужно просто как-то пережить этот вечер, и всё…»

Дав себе такое указание, немного приободряюсь. Лучше не думать о будущем, мне просто нужно потерпеть пару-тройку часов, а потом мы с Артёмом пойдем на концерт и забудем про его папашу. Мне даже разговаривать с ним необязательно. Посижу в сторонке, поклюю какой-нибудь салатик, и всего-то.

— Хорошо, что ты у меня такая благоразумная…

Артём целует меня в щеку и хлопает по попке, когда я иду в спальню переодеваться. Особо не стараюсь, выхватываю из шкафа первый попавшийся наряд. Им оказывается клон пострадавшего сегодня в офисном сражении бойца — чёрное платье-футляр. Цвет как нельзя лучше подходит моему настроению.

— Пойдем? — Энгрин встречает меня у дверей.

Киваю ему и сама не верю, что добровольно иду на день рождения его дорогого папочки. Но мой любимый доволен, а для меня сейчас это главное. Сегодня — его день, ведь он именинник, а именинникам положено угождать.

Артём привозит меня в ресторан совершенно невероятного вида.

Приемная семья, где я воспитывалась, владеет вполне приличным рестораном, и интерьер там очень даже ничего. Но его и сравнить нельзя с этим местом. Здесь всё как со страниц журнала. По-царски помпезное. Огромный зал, где каждая деталь продумана, каждый штрих к месту. Всё в едином стиле, даже скатерти, кажется, вышиты настоящей серебряной ниткой в тон обивке на стульях и нарядам гостей. А их за столом... как минимум тридцать человек. Это и не стол даже, а шеренга из столов, заставленных так, что зубочистке некуда упасть.

— Мда, вот тебе и небольшой банкет… — бурчит себе под нос Энгрин.

Его папаша при виде нас вскакивает с места, бежит навстречу.

— С днём рождения, папа! — говорит Артём, обнимает родителя, вручает ему огромный сверток.

Внутри скрывается купленная нами по дороге золотистая статуя льва. На мой взгляд, страшная, непрактичная и абсолютно не стоящая своих денег вещь, но оказывается, Энгрин-старший такое любит.

— Не стоило, сынок, не стоило! Твоего прихода уже достаточно, большего подарка мне не нужно! — он треплет сына по плечу, выглядит донельзя растроганным.

Толпа народу с одобрением смотрит на Артёма, потом все как-то резко поворачиваются в мою сторону.

— Невеста моего сына! — торжественно представляет меня будущий свекор, при этом улыбается мне приторно-сладкой улыбкой.

Растягиваю губы от уха до уха, изо всех сил стараюсь, чтобы по взгляду не было заметно, как мне претит показное радушие старшего Энгрина.

— Присаживайтесь, присаживайтесь! — тут же приглашает он.

Меня аж передергивает, когда понимаю, что сидеть нам надлежит рядом с ним и… жутко похожей на меня девчонкой. Она встает, чтобы нас поприветствовать, и мне удается как следует ее рассмотреть. Мы с ней примерно одного возраста, роста, веса, она даже подстрижена под каре, как и я.

Артёму тоже становится не по себе.

— Представь нас своей новой избраннице! — с характерным прищуром просит он.

Я знаю этот прищур, он появляется только тогда, когда ему конкретно что-то не нравится.

Впрочем, его отец ничего плохого в мимике сына не видит. Радостно и громко произносит:

— Моя Снежана! Мы поженимся уже в следующем месяце!

Гости как будто бы и не замечают нашей с ней схожести, ведут себя так, будто ничего необычного не произошло. При известии о скорой свадьбе начинают дружно хлопать в ладоши, поздравлять молодую и отчаянно молодящегося.

Сажусь на указанное мне место. Как и собиралась, веду себя тише травы, ниже… Нет, ну я так решительно не согласна!

«Ах ты старый хрыч! Где ты взял эту бедняжку?!» — хочу заорать, хотя кристально ясно понимаю — нельзя, Артём мне такой выходки не простит.

В течение следующего часа мне худо-бедно удается держать улыбку на лице. Тосты с поздравлениями сыплются на Энгриных один за другим. Мой жених краснеет от каждой новой рюмки коньяка всё больше и больше. Явно хмелеет, а заодно и добреет. Остальные гости тоже наслаждаются действом. Похоже, невесело только мне… и еще Снежане. Не раз замечаю, с какой неприязнью она смотрит на своего престарелого жениха, а вот на моего поглядывает с явным интересом.