Брачные танцы на пепелище - Лариса Шкатула

Юля задумчиво на него взглянула:

– Сейчас во всяких СМИ модно говорить, что молодые люди – мы ведь с тобой молодые? – только и думают, что о деньгах, и всё ими меряют. Но в последнее время именно молодые люди, прежде со мной совершенно незнакомые, предлагают мне материальную помощь.

– И о чём это говорит? – он взглянул на Юлю с усмешкой.

– О том, что я не пропаду.

Они шли по дорожке, но при этих словах Борис приостановился.

– А почему, собственно, ты должна была пропасть?

– Я начала новую жизнь… То есть, пошла по дороге, где у меня нет ни друзей, ни знакомых, ни даже элементарных знаний, и где вполне могла не рассчитывать на чью-то помощь. Но, видишь, счастлива была ошибиться.

– Конечно, это не моё дело…

Он сделал паузу.

– Не твоё, – согласилась Юля.

– И ты мне не расскажешь, почему в твоей судьбе вдруг произошёл такой поворот?

– Может, когда-нибудь потом? – она пожала плечами. И безо всякого перехода вернула его к нужной теме. – Как ты думаешь, Боря, мне для работы у тебя нужны какие-то особые знания? Я кое-что почитала о собаках. В тех книгах, что ты дал мне, но для базовых знаний ведь этого мало. Как мне обучаться в дальнейшем? Продолжать изучать теорию или тысам будешь меня понемногу учить?

– Признаюсь тебе, что я и сам до сих пор учусь. И у меня в конторе…

– Не в офисе? – улыбнулась Юля.

– Да какой там офис? Контора – она и есть контора. Ты видела, там у меня куча книг, с картинками и без. Чем кормить, как и когда вязать. Думала, я тебе для прикола дал книгу почитать? Всё о собаках. Для начала ты должна иметь хотя бы общее представление.

Юля улыбнулась.

– Думаешь, я буду спрашивать, что такое вязка? Нет, командир, плавали, знаем… Надеюсь, мне участвовать в этом не придётся?

Борис, не выдержав, расхохотался.

– В каком смысле?

Юля покраснела.

– Ну… никого не придётся держать или ещё как-то помогать?.. Я в одном фильме видела…

Тот пожал плечами.

– Ничего нельзя знать наперед. А пока учите матчасть, рядовой.

– Почему, рядовой? – сделала вид, что обиделась, Юля. – Я, скорее всего, сержант. По-старому, унтер-офицер.

– Согласен. Пожалуй, для рядового ты слишком много знаешь… Кстати, а где всё-таки твоя трудовая книжка?

Не услышав ответа, он удивленно взглянул на девушку.

– До сегодняшнего дня ты нигде не работала?

– Работала. Но, если разобраться, там и стажа-то всего полгода… Неужели я не могу завести новую трудовую книжку?

– Конечно, можешь. Но полгода выбрасывать из стажа… В общем, хозяин – барин… Иной раз, я знаю, людям по две недели не хватало для определенного стажа, и это существенно отражалось на размере пенсии… Правда, такое случалось раньше. Сейчас, говорят, и пенсии по-другому рассчитывают… Не знаю, чего я в эти рассуждения полез.

– Пенсии? Неужели в моем возрасте уже пора о ней думать?

– Думать нужно в любом возрасте. Я имею в виду, мало ли…

– Спасибо за совет… Тебе кажется, я думаю редко?

– Ну что ты ко мне сегодня цепляешься? Кто кого принял на работу? Никакого уважения к авторитетам… Больше ты ничего спросить не хочешь?

– А кроме тебя здесь ещё кто-то работает?

– Есть ещё Мария Степановна. Ветеринар. Она уже на пенсии, но работает с удовольствием. Охотно в ночь остается дежурить, хотя скорость у неё уже не та…

– Зачем ей скорость, – не выдержав, спросила Юля. – Она что, за собаками гоняется?

Борис опять фыркнул.

– Скорость в принятии решений, я имею в виду… Так-то она всё делает, как положено, а нужна…

– Творческая инициатива.

– Ладно, обо всём ты узнаешь по ходу дела. А то, как ребенок. Дурачишься, глупые вопросы задаёшь. Для меня это не шутки.

– Но я же просто волнуюсь, – смутилась Юля, – вот и болтаю… А тебе трудно было вникать в тонкости собаководства?

– Да уж не легко! – он улыбнулся. – Вот в таких случаях помощь Марии Степановны трудно переоценить… Представь, я только что купил накануне Брунгильду. Ещё подростком. Стал кормить, она поела с аппетитом. Вроде, всё нормально, и вдруг у неёрвота открылась. Я думаю, ну всё, собака погибает. Такие деньги заплатил – коту под хвост! Оказалось, никакая это не рвота, отрыжка. Хорошо, я уже в ту пору Марию Степановну на работу принял. Поехал за нею домой, привёз. То-то смеху было. Собака ведь может, оказывается, съесть гораздо больше, чем нужно её организму…

– Ну, человек тоже частенько это делает.

– Человек избыток не срыгивает, а собака, как выяснилось… К примеру, траву пожует. Или кость большую сгрызёт. Для желудка вредную…

– Только не надо показывать, как она это делает, – засмеялась Юля, заметив, что Борис двигает кадыком.

Он смутился.

– Я так проникаюсь проблемами моих питомцев, что, кажется, сам начинаю то же чувствовать. Ветеринариястанет моим вторым образованием, коллега. Да-да, через год я получу диплом. Так что, со временем мы оба будем дипломированными специалистами…

– Если я хорошо сдам экзамены, – буркнула Юля. Всё-таки, говорить себе и окружающим, что она непременно поступит… язык не поворачивается. Как шутит обычно папа, не хвались едучи на рать!

– Если бы не Мария Степановна, не знаю, что бы я и делал, – продолжал рассказывать Борис. – Правда, операция пока мне не по зубам.

– Операция? – переспросила Юля упавшим голосом. – А что, и операции мне надо будет делать?

– Думаю, когда начнем выращивать доберманов, на первых порах придётся приглашать ветеринара-хирурга. Для купирования ушной раковины. Ты разве не слышала?

– Слышала.

– То-то же. И тебя это пугает?

Её это не пугало, но беспокоило: слишком мало Юля знала. Она к этому не привыкла. Приступать к работе без необходимых знаний. Это значит, что придётся всё время бегать к той же Марии Степановне и спрашивать, что да как? И на первых порах работы у Маргариты Юля даже обижалась, что не может в работе использовать все свои знания. Там она ощущала себя специалистом.

В питомнике, возможно, всё получится с точностью до наоборот. Нет, Юле не улыбалось присутствовать при таких операциях бессловесным и неумелым болванчиком.

– Но я всё-таки боюсь, что знаю слишком мало.

– Ничего. Не бойся. Главное, чтобы ты хотела знать!

Он шутливо потрепал её по плечу.