От любви - Асти Брамс

— Ты опять?! — услышал я недовольный бас дяди Чингиза, перебивающий музыку. — Так и будешь весь вечер жену высматривать как помешанный?

Встретившись с его глазами, я неоднозначно качнул головой и хмуро сосредоточил внимание на танцевальном полукруге, собравшемся неподалеку. Там как раз двое из моих не самых далеких братьев зажигательно соревновались в лезгинке.

— Идем, станцуем! Сидишь как прибитый, — упрекнул брат дяди — Рахмат, подошедший к столу, чтобы глотнуть воды.

Усмехнувшись уголком губ, я вежливо пообещал:

— Обязательно. Попозже.

Рахмат махнул своей массивной ладонью и вновь пошел к танцующим гостям, а Чингиз привлек мое внимание, тронув плечо.

— Динара же сказала, что приглядывает за твоей женой, что все в порядке, ну? Не в чужом дом ты привел ее вроде. Так чего сидишь как на похоронах?! Какой у тебя повод для переживаний?

Глянув на подошедшего мальчишку-официанта, я откинулся на спинку стула и потер подбородок. Сам не мог понять, что меня так дергает, что не дает сидеть на месте. Динара действительно говорила со мной на лестнице где-то час назад, когда я пошел искать Мариям. Упрекнула за то, что проверять вздумал, и уверила, что жена не скучает, что она в хорошей компании. Этого хватило, чтобы притормозить меня. Минут на двадцать…

— А разве нет его совсем? — прямо поинтересовался я у дяди, взглянув ему в глаза. — Повода.

Явно не ожидав вопроса, тот потупился, но отступать не стал. Сделал глубокий вдох, от которого его пузо надулось как шар, и наклонился ко мне.

— Я тебе так скажу, Адам, — серьезно начал Чингиз. — Есть время сеять хлеб, есть время собирать урожай. Как бы тебе не хотелось — невозможно все предусмотреть и всех примирить. Но сейчас смотри: моя жена сделала шаг навстречу. Так дай и ты своей жене взять ответственность за шаги! Дай им возможность самим договориться хоть до чего-то.

Поджав губы, я нехотя кивнул, не желая развивать спор с дядей. Пусть договариваются хоть до посинения — я что против?! Но неужели нельзя было за столько времени подойти ко мне? Зачем заставлять нервничать?

Вновь оглянувшись на женскую половину, я скрипнул зубами и резко поднялся из-за стола.

— Ты куда?.. — удивленно спросил Чингиз.

— Пойду, подышу.

Двинувшись между столов в направлении дверей, я то и дело бросал по сторонам раздраженный взгляд. Динара ведь обещала передать Мариям, чтобы та нашла меня, как вернется на веранду. Дядя даже говорил, что видел ее среди гостей, а я как дурак — ни сном, ни духом! Только и выглядываю золотистое платье из десятка других.

Конечно, я соврал Чингизу. Плевать, что обо мне там подумают — я сейчас же хочу поговорить с женой!

Размашистым шагом, двигаясь к лестнице вдоль перил, я нахмурился, увидев на первом этаже Патимат. Отлично. Уж она наверняка должна знать, куда подевалась моя женушка!

— Патя! — позвал я, шагая на ступени.

Однако она то ли не услышала, то ли проигнорировала. К ней только что подбежали работницы и о чем-то затараторили, уводя за собой.

Что за…

Адреналин внезапно скаканул в крови. Сбежав по ступеням за считанные секунды, я последовал под лестницу, куда и они и расслышал вопли, которые заставили сорваться с места.

–… Мама?..

–… жжет… Жжет!

Я забежал на кухню, едва не сбив столпившихся работниц. Растолкав охающих женщин, увидел картину, которая разрядом тока прошла по нервам.

— Что у вас тут произошло?! — испуганно воскликнула Патимат, оглянувшись на мать, застывшую в углу недалеко от плиты. Именно от нее тянулась большая рваная лужа непонятного варева, которая огибала большую перевернутую кастрюлю и заканчивалась отпечатком следов… у ног моей жены.

— Погоди-погоди не трогай!.. — велела сестра, дрожащими руками поднимая подол платья Мариям.

Грудь сковало ледяными тисками. Ринувшись к жене, я рухнул коленями на заляпанный плиточный пол и отпихнул Патимат. Взглянул на красные пятна, видневшиеся под порванными колготками жены, взял в напряженные ладони ее заплаканное лицо и ощутил, как она вздрогнула.

— Что случилось?! Мариям… — Дернувшись назад, я впился взглядом в Динару и с криком выдал: — Как так вышло?!

— Адам, прошу, успокойся! — настороженно попросила сестра, тронув мою руку.

А тетка, с которой я не сводил глаз, судорожно замотала головой.

— Я… Адам, я сама не поняла…

43

Грозно сведя брови, я вернул внимание к жене, которая смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Они блестели от застывших слез, пронзая до костей немигающим взглядом. Мари вообще вся застыла, будто в ступоре! И режущая лезвием мысль без спроса возникла в сознании: как аукнется теперь этот опыт с ее неустойчивой психикой?

— Адам, я уже вызываю скорую! — взволнованно сообщила сестра, отходя со смартфоном от материи, у которой видимо и взяла его.

Но я словно не услышал ее. Бережно поправил напряженными пальцами платок, сползший с шелковых волос жены, и сдавленным голосом уверил:

— Все будет хорошо…

В следующий момент, поднявшись с колен, я как можно осторожнее поднял Мари на руки, через себя пропуская каждый ее стон боли, и понес прочь из кухни. Едва дошел до лестницы, как столкнулся с Чингизом, который по видимому пошел искать меня. Расширив в недоумении глаза, он принялся сыпать вопросами, но я не ответил не на один. Двигался без остановки прямиком к парадной двери никого не видя, и не слушая.

Патимат догнала меня уже в прихожей, и буквально на ходу накрыла Мариям чьей-то шубой.

— Подожди, я с вами!..

— Нет! — отрезал я, неожиданно для сестры. — Оставайся