Сокровище - Аманда Квик

— Уходи сейчас же или готовься к сражению.

— Черт побери, — прорычал Эдуард. — Не могу поверить…

Пальцы Хью сжали рукоять меча. Эдуард поспешно отступил назад:

— У меня нет ни малейшего желания сражаться с вами, сэр Хью.

— Тогда убирайся.

— Вот те раз! Кто бы мог подумать, Хью Безжалостный пляшет под дудку острой на язычок рыжеволосой…

— Вон!

Эдуард сплюнул на камышовый настил:

— Помяните мои слова, вы пожалеете, что позволили женщине вертеть собой.

— Возможно, но пусть это волнует меня.

— Чепуха. Не хочу больше выслушивать этот бред. — Эдуард повернулся и пошел к двери, махнув рукой своим людям, приказывая следовать за ним.

— Проводи его до ворот, — велел Хью Дунстану.

Тот, кивнув в ответ, подозвал тяжеловооруженных воинов.

— Разумеется, милорд.

Элис не скрывала радости, когда Эдуард с его воинами покидал зал.

— Ну вот видишь, Реджинальд? Я же говорила тебе, все будет хорошо.

— Да, миледи. — Мальчик восхищенно посмотрел на Хью.

Эмма, сцепив перед собой руки, переводила встревоженный взгляд с Элис на Хью.

— Милорд, надеюсь, вы не… Я хочу сказать, не собираетесь ли вы… вы… — Она замолчала, не решаясь произнести вслух то, чего боялась больше всего.

Элис догадалась, о чем думает Эмма. Как просто было бы Хью сейчас захватить замок, подобно тому, как накануне это сделал Эдуард.

— Ну же, леди Эмма, успокойтесь. Вам не надо опасаться лорда Хью.

— Я не собираюсь отбирать у вас замок, миледи, — бесстрастно произнес Хью. — Я дал клятву Эразму Торнвудскому, и что бы там ни говорили, он еще жив. А значит, я буду по-прежнему хранить верность ему и своему слову.

Эмма робко улыбнулась:

— Благодарю вас, милорд. Я знаю, ваша клятва не обязывает вас спасать Ривенхолл. Для вас было бы очень удобно позволить Эдуарду Локтонскому завладеть замком.

— Да. — Хью внимательно посмотрел на Элис. — Очень удобно.

Реджинальд вышел вперед и низко поклонился Хью:

— От имени моего отца, сэр, я благодарю вас за помощь.

— Меня вам не за что благодарить, — отозвался Хью. — Это заслуга моей невесты.

— Она великодушна, — выдохнула Эмма. — Мы в вечном долгу перед ней, если бы не она, мы бы погибли.

Элис одарила всех счастливой улыбкой:

— Откровенно говоря, это было не так уж трудно. Главное — вовремя воспользоваться легендарной репутацией лорда Хью.

— Да, ты ею воспользовалась. — Глаза Хью вспыхнули. — И очень скоро ты поймешь, что любая власть имеет свою цену.

— Она хотела сделать как лучше, милорд, — рассуждал Дунстан, завороженно следя за тем, как Хью вертит в руках кубок с вином. — В конце концов, она женщина. И сердце у нее по-женски мягкое. Когда юный Реджинальд прибежал и, пав на колени, принялся умолять спасти его мать, она не смогла отказать ему.

Хью задумчиво смотрел на огонь, пылающий в камине. Приехав в замок, он сразу удалился в свои покои. Ему не удалось поговорить с Элис по пути из Ривенхолла в Скарклифф — помешала сильная гроза.

Дождь и сейчас еще хлестал по черным каменным стенам замка. Вот и в душе его неистовствует гнев. Еще бы, он был так близок к своей цели. Хью с силой сжал в руках кубок. Близок как никогда. Еще совсем немного — и месть бы свершилась.

— Учитывая твое весьма своеобразное отношение к моей невесте, странно слышать от тебя речи в ее защиту, Дунстан.

Воин вспыхнул:

— Она же не была посвящена в ваши планы, сэр…

— Когда еще представится такой случай! — Хью завороженно смотрел на пляшущий в камине огонь. — Ривенхолл висел на волоске от гибели. Винсент вытянул почти все из тех немногих земель, которые оставил ему отец, спуская деньги в бесконечных турнирах. Он даже не подумал оставить отряд для защиты замка в случае опасности. Да что там говорить, он на славу «потрудился» над своим поместьем. Яблочко уже созрело — только подставь ладонь, и оно само упадет к тебе, как упало в руки Эдуарда Локтонского.

— Вы ждали, что яблоко Ривенхолла упадет в ваши руки. — Дунстан тяжело вздохнул.

— Это была простейшая стратагема, Дунстан.

— Что верно, то верно.

— Но Элис угораздило запутаться в расставленных для Винсента сетях и все разрушить.

Дунстан прокашлялся:

— Ведь вы сами оставили ее в Скарклиффе за хозяйку, сэр.

— Вот именно, в Скарклиффе, а не в Ривенхолле.

— Но вы не объяснили круг ее обязанностей, — заметил Дунстан.

— Я допустил ошибку, которую не намерен повторять. — Хью отпил из кубка. — Я всегда учусь на своих ошибках, Дунстан.

— Должен сказать вам, сэр, что она действовала на редкость бесстрашно. Я никогда ее такой прежде не видел. В ворота Ривенхолла она въехала словно королева, командующая целой армией.

— В самом деле?

— Видели бы вы физиономию Эдуарда Локтонского, когда он различил женщину под вашими знаменами. Он был ошарашен. Сбит с толку. И все лелеял надежду, что вы откажетесь поддержать Элис.

— Не поддержать ее? Да она не оставила мне выбора. Она же действовала от моего имени, — поморщился Хью. — Нет, здесь все гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Она считает меня своим партнером. Деловым партнером.

— Какие бы разговоры о ней ни ходили, а ее смелости позавидует и мужчина. — Дунстан многозначительно помолчал. — В отваге она не уступит даже вам, милорд.

— Ну, это-то я знаю, — произнес Хью, неожиданно смягчившись. — Если помнишь, именно ее отчаянная смелость была одной из причин, по которой я решил жениться на ней, ибо хочу видеть эту черту в своих наследниках.

— Сэр, в Ривенхолле вы сказали, что власть имеет свою цену. По-моему, то же самое относится и к смелости.

— Да, ты прав. И леди, несомненно, понимает, какую высокую цену я за нее заплатил.

Дунстан глубоко вздохнул:

— Милорд, не следует забывать, что леди Элис ничего не знает о ваших чувствах к Ривенхоллам.

Хью наконец оторвался от созерцания огня в камине и посмотрел в глаза своему старому другу.

— А вот здесь ты ошибаешься, Дунстан. Она знала о моих чувствах к Ривенхоллу. Прекрасно знала.

— Клянусь, это было незабываемое зрелище, Элис! — В порыве восторга Бенедикт даже стукнул палкой об пол. Он отвернулся от окна, лицо его горело от возбуждения.

— Кладовые забиты ящиками со специями до самого потолка. Корица, имбирь, гвоздика, перец и шафран. Лорду Хью пришлось даже нанять стражников на время, чтобы они следили за всем этим богатством.