Код красный - Хельга Петерсон

— Пусть это новое пройдёт без моего участия, — перевел взгляд за окно, на засыпающий город.

Нашлась экспериментаторша. Достаточно того, что он уже натворил под её влиянием. Нельзя сказать, что до сих пор было неприятно, но сигареты точно не войдут в число её экспериментов. По крайней мере не из его рук…

— Ну дай, — Джекс снова призывно повела пальчиками.

Чёрт. Люк покосился на эти манящие пальцы и снова уставился в окно.

— Твоя мать всадит мне в сердце кол.

— А ты ей не рассказывай, — она подалась вперед.

Стала ближе на пару футов, лицо приблизилось к его лицу, запах дыма смешался с ароматом цветочного шампуня и забился в ноздри, как дорогой табак.

— Ну дай, — прозвучал тихий полушепот.

Люк, как примагниченный, уставился на шевелящиеся губы в веснушках. По спине прошла мелкая дрожь. Сопротивление просто развалилось. Один — ноль. Или теперь два — ноль? Уже пора загибать пальцы? Он медленно поднял сигарету и зажал её, как свечку, дымящимся концом вверх. Джекс расплылась в хищной ухмылке. Перехватила полуокурок, медленно отстранилась и оперлась спиной об откос.

— И что делать? — покрутила сигарету перед глазами.

Ну нет. Пусть не думает, что всё будет так просто.

— Ты же взрослая, — Люк ответил ей такой же ухмылкой. — Я не должен объяснять.

Она закатила глаза.

— Задница, — в следующую секунду её пятка врезалась в его бедро.

Не больно. Но однажды он её всё-таки свяжет. Люк стремительно перехватил тонкую лодыжку и сомкнул на ней пальцы. Попалась.

— Ты снова меня бьёшь?

Джекс хмыкнула, но ногу отбирать не стала.

В голове всплыло воспоминание о студийном диване и подожгли кровь. Тепло гладкой кожи передалось в ладонь, по венам побежали мелкие, щекочущие искры, и Люк машинально погладил лодыжку большим пальцем. Печенька хохотнула и быстро вырвала ногу.

— Щекотно! — прошипела она, свешивая ногу с подоконника.

Жаль. В ладони сразу стало пусто и одиноко, Люк уронил ее на колено. А Джекс перестала смеяться, в очередной раз осмотрела сигарету и всё-таки зажала губами. Вдох… и резкий, удушливый кашель. Бинго.

— Фу, — очередной приступ кашля рассёк тишину. — Ну и дрянь, господи, — Печенька резко отёрла глаза ладонью.

Слёзы? Ну так ей и надо. Люк криво усмехнулся.

— Ещё?

— Нет, фу, боже, — она стремительно вытянула сигарету вперед.

Он медленно перехватил окурок.

— Уверена?

Хорошенькое личико перекосило. Чётче ответа и не придумаешь. Люк снова усмехнулся, сделал быструю затяжку и всадил окурок в стенку чашки. Разогнал поднявшийся едкий дым ладонью, и тот стремительно вышел в окно. Прохладный свежий воздух начал медленно заполнять комнату, дышать стало легче. Последние окна в доме напротив погасли, ночь накрыла город окончательно. Кухня погрузилась в молчание.

Люк прикрыл форточку и свесил руки с коленей. Усталость затопила тело. А впереди еще ночь на полу… И оттягивать её еще дальше нет смысла.

— Идём спать, — он с силой растёр задеревеневшую шею.

Джекс вяло кивнула.

— Да, пора, — она свесила с подоконника вторую ногу и неловко спрыгнула.

Сцепила руки над головой и с силой потянулась. Кофта слегка задралась, открывая полоску кожи. А ведь ей повезло. Тессы нет, и для этой узкой маленькой спины открыт целый плацдарм. Никаких жёстких досок. Глядя только на неё, Люк тоже слез с подоконника. Гениальная мысль, как пуля, пронзила голову и прошла насквозь.

— Пусти меня к себе, — он сунул руки в карманы, обошел Печеньку и заглянул в лицо.

Она фыркнула и потянулась к выключателю лампочки.

— Смешно.

Вообще-то не очень.

— Нет, серьёзно, — Люк пожал плечами. — Там свободно полдивана.

— Даже не думай об этом, — она щёлкнула кнопкой, и кухня погрузилась во тьму.

Глаза мгновенно будто ослепли. Люк на мгновение сильно зажмурился и снова разлепил веки. На фоне луны проступил теперь только невысокий тёмный силуэт. Джекс сделала шаг в сторону. Легко обошла Люка, задев плечом. Это несправедливо и нечестно. Он тут же вслепую вцепился в её кофту.

— У Тессы ночь любви на другом конце города, Артур занял кровать, а я должен страдать? — в потёмках голос сам собой понизился.

Она просто шагнула дальше по кухне, не пытаясь вырваться.

— Это твоя проблема.

Кофта натянулась. Люк, как на веревочке, последовал за ней.

— Ты не настолько большая, чтобы занять весь диван.

— Отвали, — шикнула Джекс.

— Ну пусти-и-и.

— Нет, Люси, — она на ощупь дошла до двери и обернулась через плечо. — О чём мы вообще спорим?

Глаза привыкли к темноте. В свете луны стали видны белая кожа и возмущенно нахмуренные брови. Он придвинулся ближе и обхватил ладонями узкую талию. Чтобы не упасть в темноте. Только поэтому. Исключительно.

— Обещаю никому не рассказывать, как ты храпишь, — Люк подтолкнул её вперед по коридору.

Печенька недовольно засопела. Как ёж.

— Я не храплю.

— Ты меня даже не заметишь.

— Тебя сложно не заметить, — она снова попыталась на ходу обернуться, но затылок только потёрся о его плечо.

— Я даже раздеваться не стану.

По тихой квартире разнеслось её нервное цоканье.

— Можно подумать, я бы тебе позволила.

Почти сдалась. Это стало ясно по тому, как ушло напряжение из тела. Люк спрятал улыбку.

— Я возьму своё одеяло? — они дошли до женской спальни и синхронно остановились возле двери.

И вот теперь Печенька вырвалась из его рук.

— Боже, как ты достал… — она решительно шагнула в комнату, но дверь оставила открытой.

— Это значит «да»? — Люк вытянул шею ей вслед.

Ответа не последовало. Но он и не нужен. Достаточно просто войти, завалиться на диван, и она ничего не сможет сделать. Отличный план. Люк метнулся в мужскую спальню. Не глядя на спящего Артура, подобрал с пола своё одеяло, скомкал под мышкой и бросился обратно. Чуть было не хлопнул дверью на ходу, но вовремя придержал её стопой. Не хватало еще разбудить красавчика. Свидетели здесь точно не нужны. Он быстро вошел в комнату девчонок, швырнул одеяло на диван и, забросив руки за голову, стащил с себя толстовку. Выбрался из рукавов и отбросил её прямо на пол. Остался стоять в джинсах и майке-алкашке.

И тут