Пылающие души - Патриция Хэган

– Джулия, вы меня удивляете! – перебил ее шериф. – Как вам не стыдно оскорблять вашего отчима, порядочного человека! Неужели вы ждете, что я отпущу вашего брата? Он должен предстать перед судом. Таков закон. А теперь успокойтесь. Отчим отведет вас домой. Если ваша мать и вправду умирает, вам следовало бы стыдиться того, что вы бросили ее в такую минуту. Возвращайтесь домой и постарайтесь облегчить ее муки.

Он хотел было помочь Джулии встать, но она увернулась, с плачем метнувшись к Майлсу.

– Отпустите ее, шериф, – с напускным сочувствием произнес Вирджил. – Этот парень никуда не денется. Он в ваших руках. А Джулия скоро успокоится.

Шериф отпустил ее, и Джулия на четвереньках подползла к Майлсу, умоляя его сказать хоть слово. Но Майлс хранил молчание.

– Послушайте меня, шериф, – бесстрастно заговорил Вирджил. – В деле всплыли новые обстоятельства. Идет война, мать этого парня при смерти, и он явился домой только затем, чтобы впоследний раз повидаться с ней. Он действительно совершил преступление, но если вы отвезете его вСаванну, толпа возьмет тюрьму приступом и к утру его повесят. Для горожан он не просто приспешник северян, стрелявший в своих друзей и соседей, а еще и беглец, дезертир…

– Это ложь! – встрепенулась Джулия. – Он покинул дом, чтобы избежать суда Линча, но никогда не сражался в армии янки! Майлс сам говорил мне, а он никогда не лжет!

– Замолчи, Джулия, – прервал ее Вирджил. – Я пытаюсь помочь твоему брату, – обернувшись к шерифу, он продолжал: – Надеюсь, собравшиеся здесь люди, и вы в том числе, с уважением относятся к моему положению в обществе. От имени моей жены, которая вскоре уйдет в иной мир – да упокоит Господь ее душу! – я прошу вас не увозить Майлса в Саванну.

Шериф поднял брови: </emphasis>

Что за чертовшину вы несете? Вы же сами явились ко мне и сообщили, где скрывается преступник!

– Верно, но мои планы изменились, и теперь, думаю, они устроят всех. Отправьте Майлса в армию конфедератов – как преступника, который предал своих соотечественников, сражаясь на стороне врагов. В сущности, он – враг Конфедерации и заслуживает суровой кары. Несомненно, его увезут в Ричмонд и посадят в тюрьму Либби.

Кто-то хмыкнул:

– Об этой Либби, или «Черной дыре», я слышал такое, что этот парень еще не раз пожалеет, что его не повесили сразу!

– Ну что же… – Шериф задумчиво потер подбородок. – Не знаю, что и сказать… Мне следовало бы увезти его в город, но если вы считаете, что смертной казни слишком мало за его преступления… Правда, говорят, что пленных обменивают, однако если он дезертир, северянам он ни к чему. Скорее они выкупят из плена храброго солдата-северянина, чем этого предателя. А я слышал, что попасть в тюрьму Либби – хуже, чем умереть.

Вирджил улыбнулся:

– Я рад, что вы поняли меня. Шериф, в Роуз-Хилле вы всегда желанный гость.

Шериф щелкнул пальцами, и двое мужчин вышли вперед.

– Уведите преступника!

– Нет! – Джулия крепко обняла Майлса. – Не трогайте его! Я не позволю…

Но ее оторвали от Майлса и бросили в руки Вирджила, а тот потащил ее к дому.

– Уймись, несносная девчонка, – прошипел он на ухо Джулии. – Уймись, говорю, иначе тебе несдобровать!

Джулия продолжала отбиваться, и он повалил ее на землю и позвал шерифа:

– Постойте, я передумал. Пожалуй, лучше будет отвести его в город и отдать разъяренной толпе…

Джулия обхватила ногу Вирджила.

– Не надо! – в отчаянии взмолилась она. – Вирджил, прошу вас, не надо – его убьют…

– Немедленно вставай, ступай к дому и не доставляй мне лишних хлопот, – приказал он, склонившись и обдавая горячим дыханием ее заплаканное лицо. – Мне достаточно пошевелить пальцем, и твоего драгоценного братца не станет. А ты скоро поймешь, кто твой хозяин, и тебе и в голову не придет спорить со мной! Ну, так что же? – Он пнул Джулию ногой, и она упала лицом в грязь. – Вставай живее! Нас ждут.

Джулия раскрошила пальцами комья красноватой земли, жалея, что это не сердце Вирджила, которое она с радостью вырвала бы из его груди. Вернуться домой означало навсегда покориться ему. Смерть стала бы для нее желанным избавлением. Но попытаться сбежать можно и в другой раз. А пока следовало любой ценой спасти Майлса.

– Хорошо, – наконец выговорила она с ледяным смирением. Она встала, с вызовом вскинув подбородок, и в упор взглянула на человека, которого ненавидела всей душой. – Ладно, Вирджил. Пусть Майлса увезут в Ричмонд, а я пойду с вами.

– Наконец-то! – усмехнулся он. В свете фонарей его лицо казалось мертвенно-бледным. Обернувшись, он отдал приказ, а затем обнял Джулию за талию и повел ее к дому. По пути он больно мял ее грудь, но Джулия сдерживала слезы.

«Будь ты проклят, – думала она, стиснув зубы, – будь про – клят! Больше ты никогда не увидишь моих слез!»

Когда помощники шерифа скрылись из виду, Вирджил запустил руки под платье Джулии. Она стояла неподвижно, точно мраморная статуя в холле Роуз-Хилла.

– Ты еще будешь рыдать, стонать и умолять меня, – хрипло пообещал он, и Джулия ощутила, как он трясется от нетерпения. – Как только мы окажемся дома, я уведу тебя в спальню и овладею тобой по-новому. Конечно, сначала тебе будет больно, а потом понравится, уж поверь мне.

Они приближались к дому. В окне флигеля для слуг Джулия заметила тусклый свет.

– Сара… – проговорила она бесстрастным тоном. – Что вы сделали с ней и с Лайонелом?

– Не бойся, с ними ничего не случилось. Когда они поняли, что их выследили, то с радостью вернулись домой. Саре я велел присмотреть за твоей матерью. – Он хмыкнул. – Иначе что подумали бы люди? Как можно оставить в одиночестве умирающую женщину?

– Вы заботитесь о том, что подумают люди? Странно. Если бы они знали, какое чудовище вы на самом деле, если бы поняли, что вы не останавливаетесь ни перед чем!

– Вот именно, – усмехнулся он. – И тебе, дорогая, еще предстоит выяснить, каким жестоким я способен быть. Сегодня ночью, после того как я покончу с тобой, ты уползешь к себе в спальню и больше никогда не осмелишься перечить мне. И я советую тебе всерьез задуматься о моем предложении: выгонять тебя отсюда я не намерен. А если ты попытаешься сбежать, я приложу все старания, чтобы твоего брата убили. Едва они вошли на веранду, двери дома распахнулись, и на пороге возникла грузная фигура Сары. Ее глаза были широко открыты, полные руки дрожали.

– Что с тобой, Сара? – поморщился Вирджил. – Ступай в дом и успокойся, иначе я накажу тебя за сегодняшнюю выходку…

Сара хватанула ртом воздух, и ее глаза наполнились слезами. Заметив вопросительное выражение на лице Джулии, она всхлипнула:

– Умерла… Ваша мама умерла…

Джулия не расплакалась. Высоко подняв голову, она прошла мимо посторонившейся Сары, быстро и уверенно взбежала по ступеням изогнутой лестницы. Она слышала, как Вирджил резко приказал Саре перестать трястись и заняться подготовкой к похоронам.