Последний долг - Пэппер Винтерс

Придется ли восстанавливать руку? Как долго лечатся подобные повреждения?

Я зажмурила глаза. Неужели я умру с этим переломом?

― Как вы повредили руку, мисс? ― спросила женщина-офицер, поджав накрашенные красной помадой губы.

Мое сердце затрепетало от страха.

― Я не… я не…

Джетро.

Ври убедительней.

Кат скрестил руки, с хрустом сминая рентгеновский снимок.

― Я… я упала. ― Выпрямившись, глубоко вздыхаю. ― Мы с тестем были на сафари. Ехали на джипе с открытым верхом, без дверей. Я не следовала указаниям гида, когда мы поехали через овраг и сильно подпрыгнули. ― Я опустила глаза. ― Я выпала из машины и сломала руку.

Кат рассмеялся.

― Дети. В наше время их нельзя научить навыкам выживания.

Раздражение отразилось на ее лице.

― Сэр, я вынуждена попросить вас отойти. ― Женщина указала в сторону выдачи багажа. ― Ваша невестка догонит вас, когда закончит.

Я прищурилась.

Мне ужасно не хотелось, чтобы он уходил. Я не хотела, чтобы у него был повод навредить Джетро. Он подкрепил мою историю рентгеновскими снимками. Не думаю, что он это сделал для того, чтобы я не нарушила обещание, данное Кайту.

Все, что его волновало, ― бриллианты, находящиеся в гипсе, ― незаконный ввоз богатства, чтобы избежать налогов и государственных ограничений.

Меня снова замутило.

Он отрубит мне голову прежде, чем Джетро найдет способ добраться до Англии. И Джетро пришлось бы жить с осознанием, что он потерпел поражение.

Такая участь хуже смерти.

Я ссутулилась, когда непрошеная слеза покатилась по щеке.

Сотрудник аэропорта смягчился.

― Все хорошо.

Кат отошел на несколько шагов, не переставая наблюдать и контролировать.

― Вы ничего не хотите мне сказать, мисс?

Глаза женщины расширились. Я догадалась, что она пыталась изобразить сочувствие и отзывчивость, но это только усилило ее двуличность.

Я покачала головой.

― Нет, мне просто очень больно, и все.

Держа в руках слинг, который Кат передал мне, я спросила:

― Могу я снова надеть его?

Она выдержала долгую паузу, разглядывая мой гипс и покусывая внутреннюю сторону щеки.

Она собирается арестовать меня.

Она запрет меня, и Кат причинит ему боль.

Наконец, она кивнула.

― Надеюсь, вам скоро станет лучше. ― Выключив фонарик, она махнула рукой. ― Проходите. Идите домой и поспите. Вы выглядите уставшей.

― Так и сделаю.

К сожалению, я не имела понятия, сколько часов мне осталось дышать. Я не буду спать… не буду тратить ни минуты. В конце концов, я не проснусь после смерти ― самого долгого сна, который только можно представить.

Я слабо улыбнулась ей, направляясь вслед за Катом к выходу.

Я победила, но какой ценой?

Бриллианты Ката попали в Англию незамеченными, а я приговорила Джетро к адской жизни, потому что заплачу Последний Долг.

ГЛАВА 20

Джетро

ЧТО БЫ Я ни предлагал Маркизу, он не повелся.

Ему было плевать на меня, он сидел в углу, словно тролль, и копался в своем телефоне. Меня бесило, что у него есть сигнал связи. Раньше в метрах под землей не было никаких сигналов, но это было до появления технологий, роутеров и модемов.

Плечо несколько часов, не переставая, болело. Шея затекла от валяния на полу, глаза затуманило от боли.

Я хотел спать, но не мог.

Если бы у меня было сотрясение мозга ― это могло произойти из-за аварии, ― я бы не проснулся. Мне необходимо действовать. Продолжать пытаться.

Из-за попыток освободиться на моих запястьях запеклась кровь. Я надеялся, что багровая смазка, вытекающая из ран, поможет. Но это были ошибочные надежды, потому что бечевка намокла и затянулась еще туже.

Нила.

Она уже летела на самолете?

Кат помог ей пройти через службу безопасности?

― Когда я получу обещанный сюрприз? ― спросил я, нарушая затянувшуюся тишину.

Мы не разговаривали с тех пор, как Маркиз сообщил об окончательном плане Ката.

У меня не было сомнений, что мое время истекает. Как только Маркиз начнет выполнять приказ, я буду с благоговением вспоминать ту боль, которую испытываю сейчас.

Маркиз оторвал взгляд от светящегося экрана в своих руках.

― Не терпится начать?

― Не терпится уйти. ― Я прочистил горло, отчаянно желая воды. Я не просил его об этом. Он только издевается и мучает. ― Ну же. Назови свою цену.

Он хихикнул.

― Ты ведь не в курсе, да? Считаешь себя главным. Это не так. Я знаю, кто управляет состоянием вашей семьи. У Бонни все полномочия, и она мой работодатель. У тебя нет денег ― ими распоряжается твоя крошечная бабуля, и, готов поспорить, это тебя чертовски бесит.

Я сжал челюсть.

― Она старая. Как думаешь, сколько она еще протянет?

Маркиз пожимает плечами.

― Живая или мертвая ― не имеет значения. Я указан в ее завещании. Она купила мою верность, и она ее получит. ― Он снова смотрит на телефон. ― А теперь заткнись и приготовься к веселью.

Я замолкаю. Не потому, что он велел мне, а потому, что мои силы на исходе. Мне нужно действовать с умом. Я должен найти выход из этого забытого богом склепа, пока не поздно.

Что-то содрогнулось над нами. С потолка посыпалась грязь, смешиваясь с грязью внизу. Я повернулся, посмотрел вверх и прищурился, когда очередной пыльный поток овеял мое лицо.

― Что…

Затем раздался грохот. Низкий, отдающийся эхом и наводящий ужас

Дерьмо!

Взрыв или обвал.

Когда я был маленьким, Кат привел нас с Кесом на