Жизнь и Месть Чёрной Королевы - Головач

В центре можно было взять напрокат катер или лодку, спросить, где и что можно купить, попросить особый ужин или просто насладиться красотами и уютной музыкой.

Также на самом пляже неподалёку от самого отеля располагался небольшой пляжный бар, где по вечерам могли проходить различного рода вечеринки или просто люди приходили за тем, чтобы выпить в отвлечённой обстановке и расслабиться.

Очень скоро после прибытия в отель нам с демонами любезно показали наши домики, в которых мы будем жить в течение всех последующих двух недель.

Я расположилась в своём домике вместе с Азбилем и рухнула в мягкую прохладную от тени кровать и уставилась в окно, выходившее на вид бесконечного морского покрывала, укрывающего свои красоты.

Наконец-то мне представилась возможность, как следует отдохнуть, ни о чём не думая и не беспокоясь. Я смогу насладиться сполна и морем, и солнцем, и теплом. Да даже всеми видами разных услуг, которые есть в этом отеле.

И поверьте, первые несколько дней так и было, даже не смотря на частое нытьё и ворчание со стороны Себастьяна, который был недоволен практически всем.

Но когда мы решили выйти на пляж, все начало превращаться в дешёвую бразильскую комедию типа Санта-Барбары, где был и юмор и ревность с любовью, да и новые персонажи сразу появились.

А началось всё с того, что Себушка вышел с нами на пляж не в купальных шортах, а в костюме для акваланга, а на ногах ещё и резиновые сапоги были, а в руках вообще гарпун.

— Серьёзно, Себастьян? — даже я закатила глаза и захотела хлопнуть саму себя по лбу.

— У-у-у, это ты ещё его на Амазонке не видела, — прыснул в кулак Дорос, который в отличие от брата был одет в пляжном стиле. — Там он погружаться начинал в воду одетым, почти как батискаф.

— Детский сад, блин, — я вздохнула, качая обречённо головой.

— Идите в задницу, — фыркнул в ответ Себастьян. — Вот ужалят вас медузы или укусят акулы или мурена, посмотрим, как вы запищите потом.

— Смотри, не запрей так, — я лишь ухмыльнулась в ответ и пошла в сторону воды, сбрасывая с себя свой лёгкий сарафан и оставаясь в одном только купальнике.

Тут-то оба демона призастыли и уставились на мою женскую фигурку, как на лакомый кусочек желаний.

Себастьян так точно стал преть от природного желания. И его костюм, кстати, отлично показывал его фантазии на этот счёт.

На пару мгновений оглянувшись и посмотрев на них обоих, я ехидно и нагло улыбнулась:

— Челюсти на песок только не уроните, мальчики.

— Себастьян, я и забыл, что наша Регинка красотка, — пробурчал Дорос, сглотнув. — Так, я в другую часть пойду, а ты, братик, давай уж с Регишей сам.

— Да он скорее здесь, на песочке побудет, чем в воду полезет, — с неким вызовом в голосе усмехнулась я. — М-м-м-м, с другой стороны это увеличивает мои шансы во время плаванья найти настоящих ценителей женской красоты.

— Пф, тут пикаперы да звёзды. Куда им до Петербургской тусклой леди ворчуньи, — отозвался сразу Михаэлис.

— Вот и посмотрим, — нагло хмыкнула я, изящным шагом направившись к воде.

— Вот же стерва… Так и хочет, чтобы я ревновал… — бурчал про себя Себастьян, стягивая с ног сапоги. — Ну, поглядим, кого ты выхватишь.

Я же сделала вид, будто не услышала этого и стала постепенно заходить в чистую, прозрачную и приятную морскую воду, даже не выжидая, когда этот демон последует за мной.

Плавать было так приятно.

Я даже поняла, что плаваю за всю жизнь впервые, если не считать походы в бассейн.

Было приятно и прохладно, не смотря на жаркое солнце и тёплый ветерок.

Я даже ощущала себя русалкой, что выплыла полюбоваться землёй и её красотами.

И поверьте, с пляжа и яхт я ловила весьма восхищённые взгляды многих молодых и зрелых мужчин разной наружности.

И я солгу, если скажу, что мне подобное внимание не льстило. Разумеется, льстило и нравилось также ловить на себе несколько ревностные взгляды Себастьяна, который по-прежнему был на берегу.

В итоге скоро Михаэлис сам залез в воду.

Костюм для акваланга он всё-таки снял, и повезло, что на его теле были ещё и плавки. Иначе пляж тут же можно было бы назвать нудистким.

— Смотрите-ка, кто решил всё-таки искупаться, — весьма ехидно проговорила я, видя, как демон плывёт прямиком ко мне.

— Хочу попортить тебе удовольствие, деточка, — фыркнул он, даже выплывая куда вперёд, так ещё и в наглую обрызгал меня водой, когда стал бултыхать ногами, словно кто-то упорно крутил педали на катамаране.

— Ну, кто бы сомневался, — хмыкнула я ему в тон, слегка прокашлявшись после брызг, а затем, задержав дыхание, резко нырнула под воду, в надежде скрыться от этого хитреца и уплыть подальше. Это было очень самонадеянно с моей стороны.

К сожалению, уплыть от Себастьяна мне не особо удалось.

Этот бледный лис плыл за мной, словно угорь, желавший схватить маленькую рыбку. Пару раз у меня получилось заехать носком по его лицу и пустить ему песок в глаза.

Игра на ревность и охоту за вниманием к моей заднице началась. Приходилось по несколько раз выныривать, чтобы подышать. Во всяком случае, мне точно.

И в такие моменты я не упускала возможности повыпендриваться перед некоторыми мужскими взорами, встряхивая сексуально волосами или как бы невзначай проводя кончиками пальцев по влажной от морской воды шее и опускаясь к зоне декольте.

И мне повезло. Несколько мужчин крепкого телосложения от двадцати пяти и переходя к тридцати, обратили на меня внимание. Жест ладони, напоминающий бокал означал, что они приглашали меня в бар.

Я не могла упустить возможности хотя бы пококетничать с этими двумя и почувствовать себя некой потаскушкой, выходящей наружу только для того, чтобы Михаэлис задумался о своём поведении.

С хитрой и довольной ухмылкой на губах я поплыла в сторону берега, а после, деловитым и весьма соблазнительным шагом выходя на песок, я обернулась и нагло подмигнула Себастьяну:

— Кажется, питерскую тусклую леди ворчунью всё же заметили.

С этими словами я направилась прямиком к приглашающим меня в бар мужчинам.

— Ух, ты Жучка бесхвостая. Не знал, что твоя течка началась сразу после того, как я отказался оприходовать тебя вчера ночью в самолёте, — фыркнул тут же демон, который, конечно, говорил спокойным тоном, но при этом веяло от него таким гневом,