Запретная нота - Нелия Аларкон

После последнего сокрушительного удара бандитов он рушится на землю. Бандиты не останавливаются. Они наносят жестокие удары по его животу и спине.

Сердце колотится в ушах.

Моё зрение становится красным.

Я оборачиваюсь и замечаю, что идиот, который меня ударил, отводит руку назад, чтобы снова выпустить биту.

Мир кружится. Я уверен, что кровь сочится по моей шее, но я бегу на чистом адреналине и ярости.

С ревом бросаюсь на землю, подбираю камень и изо всех сил бью бандита по лицу. Он пошатывается, но он такой большой, что мой удар не сбил его с ног. Быстро восстанавливает равновесие, но я уже иду вперед.

— Сол! — Кричу я, подбегая к нему.

Врезаюсь в одного из парней, который пинает моего лучшего друга. Двигаясь как дикая тварь, я бью другого в коленную чашечку. Он падает на землю.

Протягиваю руку к Солу.

Он хватается за мои пальцы, лицо его в кровавом месиве.

Бандиты снова окружают нас.

Холл присоединяется к ним.

Шестеро против двоих.

Ужасные шансы.

Я сплевываю кровь на бетон, чувствую головокружение и борюсь за контроль над собой.

— Второй раунд? — Я ухмыляюсь.

Холл кричит и снова бросается на меня. Я готов к нему и держусь. Как только он оказывается рядом, уворачиваюсь и обхватываю его за талию, повалив на землю.

Мой кулак врезается ему в челюсть и грудь. Раз, два, три раза.

Прежде чем я успеваю нанести ещё один удар, меня оттаскивают двое головорезов. Один бьёт меня в живот, а другой хватает меня за горло.

Я задыхаюсь, чернота ползёт по краю моего зрения.

Холл прыгает на меня сверху и обрушивает удары на голову и живот.

Я позволяю ему выдохнуться, а затем обхватываю его ногами и катаю нас по земле. Его глаза расширяются, и я понимаю, что у меня есть преимущество.

Или, по крайней мере, было.

Пока его головорезы не выкручивают мне обе руки и не оттаскивают меня от него.

Холл ухмыляется, поднимаясь с травы. Его рубашка свисает с плеча, и он держится за рёбра, как будто я нанес им серьёзные повреждения.

Хорошо.

Я улыбаюсь, когда он хромает ко мне, но улыбка превращается в рев боли, когда хватает меня за запястье и выкручивает его обратно.

— Ты ведь барабанщик, верно?

Он усмехается мне в лицо. Его мерзкое дыхание омывает мою щеку, когда он оттягивает мне запястье.

— Ах! — Кричу я.

— Каково это будет, если ты больше никогда не сможешь барабанить?

— Зейн! — Кричит Сол.

Я вижу, как он налетает на удерживающих его парней и борется за то, чтобы добраться до меня.

Ему удается опрокинуть одного, но его удерживают ещё двое. Они наваливаются на его тело, подавляя неистовые и отчаянные попытки освободиться.

— Держите его. — Приказывает Холл.

Его головорезы крепче сжимают меня.

Холл ещё сильнее выкручивает мне руку. В отчаянии я бросаюсь на землю, чтобы стряхнуть его с себя и ударить ногой, чтобы вывести Холла из равновесия, но головорезы хватают меня. Меня прижимают к асфальту, а Холл снова и снова топчет моё запястье.

Я слышу, как трещит кость.

Мой рот открывается в крике агонии.

Ничего не могу поделать.

Это самая мучительная боль, которую я когда-либо испытывал.

Бандиты отпускают меня, и я сажусь, не сводя глаз с руки. Запястье висит под странным углом.

Холл злобно ухмыляется.

— Какого чёрта вы делаете? — Кричит кто-то.

Холл и его головорезы замирают.

К нам приближается Рик, размахивая чем-то взад-вперёд.

— Отойдите!

— У него пистолет! — Кричит Холл.

Бандиты не ждут дальнейших указаний. Они заваливаются в чёрный фургон. Холл бежит за ними, выглядя как жалкий сопляк, которым он и является. Фургон уже движется, когда он запрыгивает в него.

— Ребята, вы в порядке? — Спрашивает Рик, когда Холл и его головорезы отъезжают.

— Опять ты и этот пистолет. — Задыхаясь, отвечаю я.

Рик смеётся, но смех превращается в удушливый звук, когда его глаза опускаются ниже.

Я больше не смотрю на свое запястье.

Если я не буду смотреть, оно не будет сломано. Оно будет в порядке.

Рик осторожно опускается на колени рядом со мной.

— Пистолет пуст, но они этого не знали.

— А если бы они продолжали нападать на нас?

— Ну, они не напали. — Он тяжело сглатывает. — Я…это сработало.

Сол бросается ко мне. Его взгляд падает на мою руку, а рот искажает выражение ужаса.

Мир начинает чернеть по краям.

Я не чувствую своей руки.

Нет, я в порядке.

Я в порядке.

Я собираюсь подлатать себя, а потом выследить Холла. Он заплатит за то, что сделал сегодня.

— Думаю, тебе стоит вызвать скорую. — Тихо говорит Рик.

Сол достает свой мобильный телефон.

Вдалеке визжат шины.

Слышу, как хлопает дверь машины.

В этот момент мои силы иссякают. Я падаю спиной на утоптанную мостовую, и вся кровь разом отливает от моей головы.

Надо мной появляются Датч и Финн.

Руки Финна опускаются мне на живот. Когда он поднимает их, кончики окрашиваются в красный цвет.

— Зейн?

Глаза Датча расширены и сверкают от боли. Такое ощущение, что это на него сегодня набросились.

На лице Финна тоже застыла паника. Я никогда не видел, чтобы мой брат выглядел таким обеспокоенным.

Я в порядке.

Хочу сказать им об этом вслух, но я устал.

Так устал.

Слишком много крови.

Я чувствую её запах.

Откуда она идёт?

Не может быть, чтобы это было моё запястье.

С запястьем все в порядке.

Я в порядке.

— Зейн!

Боль пронзает мою грудь. Этот голос ломает меня. От этого голоса меня начинает трясти.

Не хочу, чтобы она была рядом с этим.

Она не должна этого видеть.

— Зейн, нет, нет. — Грейс опускается на колени рядом со мной и сжимает моё лицо между ладонями. — Зейн.

— Я…в порядке. — Удаётся мне выдавить из себя.

Это последнее, что я произношу перед тем, как мир становится чёрным.

ГЛАВА 42

ГРЕЙС

— Операция прошла успешно. — Доктор подносит рентгеновский снимок к свету. — К счастью, серьёзных травм головы нет, а рваные раны незначительны. Плохие новости: у него сильно повреждено запястье. Ему придётся носить шину как минимум шесть недель, а затем пройти курс физиотерапии…

— Но он поправится. — Говорит Датч, его голос хриплый и грубый. — Правда?

Лицо доктора мрачнеет.

— Да. Но…

— Но что? — Требует Финн.

— Кости заживают, а сухожилия — нет. Я давно не видел такого серьёзного перелома…

Моё сердце