Силубра. Огонь драконов. Часть 2 - Алиса Вайт

вместе с ними будут проживать все приспешники Маара, которые были взяты в плен. В их число входил и Алов с десятком своих магов. И прежде чем их отправили на постоянное место жительство к троллям, всех без исключения лишили магических способностей. Наказание было не из лучших, однако они и сами понимали, что вряд ли их где-нибудь примут, после того что случилось. Тот день битвы, как и предыдущий, навсегда остались в нашей памяти, запечатленными в наших сердцах и на страницах исторических хроник Силубры.

И еще, все собирались в долине Кораудана, не только чтобы встретить Звездопад, но и поздравить Беат и Армлуона с рождение двух чудных малышек, которым уже исполнился месяц. И похоже малышки тоже с нетерпение ждали этого дня, потому что приехавшие бабушки и дедушки, должны были выбрать им имена. Одной внучке имя выберут Аркуэнон и Таурэтари, а второй выберет имя Арвелия. Погрузившись в воспоминания и раздумывая над кучей подарков, которые мы приготовили для девочек, я не заметила, как прошла сад и вышла на поляне у озера. Не спешив раскрывать своего присутствия, я пожелала остаться в стороне и полюбоваться беззаботной идиллией, царившей в эту минуту на поляне. Аврелия и Лейв играли с нашим малышом, которому уже исполнилось полтора года, и он во всю познавал этот чудесный мир. Мы назвали его Илиан и наш сын родился с бирюзовой отметиной на межбровье, обозначающей будущего Хранителя портала. Аврелия и Лейв весело смеялись, по очереди оттаскивая маленького Илиана от Аргуса, который безропотно терпел нападки маленького сорванца, то дергавшего его за усы, то трогавшего его за все части туловища, в попытках изучить огромное и красивое существо. Они были такие счастливые, особенно Аврелия, глаза которой просто светились от счастья. И даже не верилось, что еще совсем недавно, эта женщина была лишена смысла жизни и не хотела жить после гибели Маара. И теперь мы всей душой были рады, что появившийся на свет Илиан, пробудил в ней желание снова жить. А новость, о рождение внучек и вовсе окрылила её и после поездки Аврелия собиралась задержаться в долине и вдоволь насладиться рождением девочек. И вот мое тайное наблюдение было раскрыто, когда я попала в поле видимости моего сына. Он вырвался из объятий отца и неуклюжа и смешно побежал в мою сторону.

— Мама, мама! — радостно кричал он, направляясь ко мне.

— Сынок! — откликнулась я и побежала ему на встречу.

Подхватив Илиана на руки, я крепко прижала его к себе, а затем расцеловала его пухленькие щечки.

— А для папы сегодня будут поцелуи? — улыбаясь прокричал нам Лейв.

Илиан посмотрел на отца, а затем поцеловал меня несколько раз в щечку и крепко обнял за шею.

— Ну что сынок, теперь пойдем целовать нашего папу? — спросила я у него.

Илиан утвердительно мне кивнул и пожелав спуститься с моих рук, побежал к Лейву и бросившись ему на шею начал его целовать.

— А бабушку будем целовать? — подходя к ним спросила я, обнимая и целуя супруга.

И Илиан тут же бросился в объятия Аврелии и стал ей тоже дарить свои поцелуи. Затем подбежал к дремавшему Аргусу и чмокнул его в нос, чем обескуражил ранее измученного им дракона, в проявление неожиданной нежности к нему. И вид Аргуса вызвал у всех неподдельный смех. Он сделал вид, что поцелуй малыша был лишним, но его глаза говорили об обратном, он был счастлив от проявления этой детской любви к большому другу.

— Не удивляйся Аргус, мы не только за усы умеем дергать! — одобрила поступок внука Аврелия и все снова весело рассмеялись.

День потихоньку подходил к своему концу, и мы собрались возвращаться в замок. Илиан не хотел покидать Аргуса и только, когда Лейв посадил его себе на плечи, тот согласился отправиться домой. Отец с сыном задорно зашагали вперед, а мы с Аврелией последовали за ними.

— Кэнерис, постойте! — окрикнул нас Аргус, когда мы еще не успели далеко отойти.

Обернувшись к нему, я не успела задать ему вопрос, как он указал мне в сторону неба. Посмотрев ввысь, я увидела возвращавшихся с Зеркального моря Хармда и Ор’беруса.

— Кажется, с ними еще кто-то летит? — проговорил Лейв, вернувшись к нам.

И как только они опустились чуть ниже, мы увидели летящих с ними рядом двух белых пантер. Они быстро достигли земли и приземлились в начале поляны. Ор’берус и Хармд опустившись остались на месте, а пантеры легли на землю и с их спин спрыгнуло по два маленьких детеныша. Пантеры поднялись, а оказавшиеся на твердой поверхности малыши, похоже не спешили отходить от своих родителей. В багровом закате и в зажигающемся свете Фловитасов, мы стояли и смотрели друг на друга и мое сердце бешено забилось от радости, в которую я не могла поверить.

— Луя? — неуверенно произнесла я, глядя на белую пантеру, которая, как две капли воды была похожа на мою крылатую подругу.

Пантера не отреагировала на имя, не двигалась и не выказывала ни каких эмоций. И я уже не понимала, что происходит. Обретенная надежда и радость вдруг оказались под сомнением, что это может быть не она. Отведя взгляд, я посмотрела на Лейва, все так же державшего нашего сына на плечах и по его лицу я поняла, что и он удивлен не меньше меня.

— Кэнерис! — неожиданно прозвучал до боли знакомый голос.

И в эту секунду мои глаза стали мокрыми от слез, и я как безумная побежала на встречу к ней. Упав на колени возле нее, я посмотрела на нее глазами мокрыми от счастья и обняла за шею. Моя подруга положила голову мне на плечо и обняла меня своими белоснежными крыльями.

— Луя, Луичка, ты жива! — повторяла я, прижимая ее к себе еще сильнее.

— Жива. И я вернулась. Примете? — тихо проговорила она.

— И ты еще спрашиваешь? — опустив объятия, удивлено воскликнула я, посмотрев в ее большие глаза, полные силы и искоркой сомнения, которая полностью улетучилась после моих слов.

Следом ко встрече присоединились все остальные и никто до конца не мог поверить, что это не сон.

Последующие часы до полуночи мы провели на поляне, устроив вечернюю трапезу вокруг костра, в кругу нашей большой семьи. Мы узнали, что сразу после того как мы покинули остров, Лую отнесли к целебному Радужному источнику, в водах которого всегда стояло отражение радуги. Как поведал Аел, избранник Луи, это была их последняя надежда на ее исцеление.

— Трое суток она пролежала в воде без движения, не подавая никаких признаков