В поисках того самого - Галина Васильевна Герасимова

Как оказалось — есть. Полыхал сарай, от которого, по сути, остался только чёрный остов, и пламя грозило вот-вот перекинуться на избу. У Ниты подкосились ноги от понимания, что дом ещё цел, но выдохнуть себе она не позволила. Тут всё деревянное, загорится — моргнуть не успеешь. Чудо, что ещё не полыхает! А может, и не чудо вовсе, бабкины заговоры: прежняя хозяйка была умелой ведьмой и заботилась о своём жилище. Но как ни силён заговор, против открытого огня долго не устоит.

— Надо пламя сдержать, — сориентировался Караш и, бросившись во двор, откинул тяжёлую деревянную крышку колодца. Загремела цепь, ведро с бульканьем упало в воду. Здоровенный мясник неплохо управлялся и одной рукой. — Марташ, помогай! Нита, если в доме что ценное… — повернулся он и осёкся, уставившись на крыльцо.

Нита почуяла чужака раньше, чем увидела. Прислонившись к косяку, в дверях стоял Аркон, лениво наблюдая за суетой. С их последней встречи лучше выглядеть он не стал: наставленные Ларсом синяки почернели, ссадины воспалились. В руках бывший проводник крутил охотничий нож. Помнится, этот нож Караш подарил Ните год назад.

— Надо же, и правда прибежала, стоило поджечь эту халупу. Волчицы всегда слишком привязываются к своему логову, — усмехнулся он, не глядя ни на кого, кроме ведьмы.

Логово, тут он прав. Ещё недавно это место было её единственным домом. Здесь она могла быть собой, радоваться и грустить. Здесь Нита впервые за многие годы почувствовала себя нужной. Это была единственная память о женщине, ставшей ей семьёй, заменившей мать и бабушку. И сейчас…

— Аркон, уйди по-хорошему! — зарычала Нита. Каждая секунда промедления могла стать фатальной.

Но оборотень не думал двигаться с места.

— А ты хорошенько попроси. Как просишь своего волка, раздвигая перед ним ноги, — со злой усмешкой предложил он и демонстративно огляделся. — Где он, кстати? Наигрался и бросил? Похоже, забрал своего щенка и вернулся в стаю к Мериар. Не удивлюсь, вполне в его духе.

Он повёл носом, пытаясь учуять Ларса, и заметно расслабился, убедившись, что его нет.

— Молчишь? Значит, я прав. А ты, погляжу, снова прибилась к человеку. Зря, после волка ни в какое сравнение.

— Делишься собственным опытом? — подняла верхнюю губу Нита, демонстрируя клыки.

В пику ожиданиям Аркон не разозлился, а рассмеялся.

— Злючка! Люблю, когда кусают, — оскалился он, спускаясь со ступенек.

— А когда бьют, тоже любишь? — не вытерпел Караш.

Бросился на Аркона, намереваясь повалить — сложением он ничуть не уступал проводнику. Вот только где зверь, а где человек? От нескольких ударов Аркон увернулся, один пропустил, сплюнул кровь. А мгновением позже мясник уже лежал на земле. Закричал как раненый зверь — оборотень пригвоздил его не столько тяжестью собственного тела, сколько воткнутым в бедро ножом. Ещё и провернул для верности, пресекая любую попытку вырваться. Стало понятно, насколько Ларс сдерживался в драке с её бывшим, позволяя Карашу сохранить остатки самоуважения.

Бил Аркон сильно, наотмашь, превращая лицо мясника в кровавую маску. Всего пара ударов — ни Марташ, ни Нита даже дёрнуться на помощь не успели, — а проводник уже поднялся, стряхивая с рук капли крови.

Караш остался неподвижно лежать и дышал тяжело, с хрипами.

— Ну вот, разве так встречают дорогих гостей? — с укором покачал головой Аркон, потирая сбитые костяшки. — Мне с таким трудом удалось собрать большую тёплую компанию и никакой благодарности!

Густой дым пожарища не мог заглушить запаха болотной тины и мертвечины. Они выходили из-за дома — разной сохранности, от выбеленных одинаковых скелетов до раздутых, неуловимо знакомых туш. Кажется, вон тот мертвец с проломленным черепом был пропавшим полгода назад картёжником. А этот однорукий — бандитом с большой дороги, Нита видела его портрет в газете.

Ведьма несколько мгновений таращилась на них, не веря своим глазам. Как?! Нежить — среди бела дня! И Аркон, выходит, не только управлять ей умел, но и создавать?..

— Как тебе гости, хозяйка? — поинтересовался Аркон, медленно приближаясь к ней. Истекающего кровью Караша у ног он проигнорировал, на мертвецов тоже не смотрел. Те остановились у дома, не атакуя и переминаясь с ноги на ногу, но все прекрасно понимали: одно слово Аркона, и они нападут.

Марташ, метнувшись в сторону, схватил воткнутый в колоду колун, приготовившись защищаться от мертвецов. Вышибала посерел от страха, но сбегать не спешил.

— Что тебе от меня надо, Аркон? — звенящим от напряжения голосом спросила ведьма.

— Ты сама, Нита. Почему-то рядом с тобой мне дышится легче. Может, это любовь? — Аркон сделал вид, что задумался. — Хотя я склоняюсь к магии, — уже без насмешки закончил он. — Мне нужна твоя сила. Талант к вторичной магии — такая редкость в наши дни… — Он странно усмехнулся.

— Забрать магию невозможно, — напомнила Нита прописную истину.

— Как примитивно, — скривился он. — Ты же разбираешься в проклятьях, так?

— Хочешь сказать, ты проклят?

— За всё надо платить. Мне кажется, я заключил с Емшаном невыгодную сделку, — он медленно сжал пальцы в кулак, будто прислушивался к чему-то. А затем раздражённо встряхнул руками. — Ну же, Нита, разве так сложно мне помочь?!

В этот момент крыша сарая обвалилась, и вверх взметнулись клубы искр и дыма.

— Я бы поспешил с выбором, пока дом ещё цел, — поторопил её Аркон.

А Нита вспомнила, как Ларс целый день провёл в сарае, ремонтируя дверь и крышу. Как они ругались после, валялись по полу, и ведьма впервые почувствовала, что её тянет к белому волку. Вспомнились и их разговоры по душам на крыльце. И бережное, уважительное отношение к решениям волчицы — остаться или уйти.

Да кто такой этот Аркон, чтобы её заставлять?!

— Гнили тебе под кору! — со злостью выдохнула Нита, и во все стороны от неё брызнули бабочки-лазурницы. Выплелись из