Магазинчик грешницы. Забудь меня… если сможешь - Виктория Вера

Киваю. Хотя в моей голове целый ворох вопросов.

— Кто-то использовал яд пещерного мха, чтобы изобразить эпидемию? Но как это возможно? Ведь люди гибли не только в столице…

— Умница, — он продолжает удерживать моё лицо в своих ладонях, при этом как-то слишком нежно поглаживает мою нижнюю губу подушечкой большого пальца. — А теперь подумай, у кого была возможность травить людей по всему королевству?

Глава 39

Под сводами древнего храма

Ева

У кого?

Мне даже не приходится гадать, потому что из слов Рэйнхарта уже ясно, что он имеет в виду.

— Церковь Варрлаты? Ты поэтому выяснял у Ом Хелии про то, как можно делать яд из пещерного мха? Думаешь, что они добавляют его в наисвятейшую воду?

— Почти уверен, — получаю невесомый поцелуй в губы. — Яд пещерного мха для врагов церкви и случайных жертв. И яд янтарного скорпиона для лечения тех, кто по мнению церковников, этого достоин… ну или просто тех, кто «жертвует» наисвятейшим больше денег.

— Деньги… я слышала, как одна леди хвасталась, что отнесла три тысячи эке епископу за отпущение грехов и кувшин наисвятейшей воды. Сейчас всё это выглядит, как жестокая афера…

— Как часть заговора. Теперь понимаешь, почему тебе нельзя быть в храме Варрлаты?

— Думаю, теперь я просто обязана там быть.

— Лоривьева! — со стоном безнадёги в голосе.

— Я не нужна заговорщикам, верно? Я для них совершенно никто. Но если я останусь в одиночестве, то буду просто умирать от страха и беспокойства, — шёпотом. — Пожалуйста, Рэйнхарт…

— Дальше не проехать! Там люди! — выкрикивает возничий.

— Бери левее и остановись после второго перекрёстка, — темноглазый лорд отдаёт указания и жёстко сжимает зубы, словно пытается сдержать отборные ругательства.

— Что?

— Мы не сможем проехать к твоему особняку.

— Видишь, это знак! Тебе нужно, как можно скорее быть в храме и нет времени на то, чтобы пробираться сквозь толпу пешком, а я не хочу оказаться одна в толпе незнакомых людей.

— Шутишь? Я тебя туда одну не отпущу, — напряжённо хмурится. — Демонская бездна, Ева, пообещай, что не отойдёшь от меня ни на шаг?

— Да запросто, — пожимаю плечами.

— Я серьёзно. Будь рядом и внимательно слушай, что я говорю. Если скажу прятаться, ты спрячешься, если скажу бежать — ты побежишь!

— Угу, — киваю. — Не волнуйся, до сих пор же мне как-то удавалось выжить.

Он дёргается, словно от пощёчины, а я прикусываю язык, чтобы не наболтать ещё глупостей.

Всё это от нервов. Постоянно говорю невпопад, если сильно волнуюсь.

Возничего Рэйнхарт отправляет на Туманную Аллею, чтобы тот передал его коня Кора слугам, у которых на такой случай есть распоряжения. Когда возничий трогается, Рэйнхарт поправляет на моей голове капюшон тёплой накидки и берёт за руку.

— Ни на шаг, — целует пальцы и тянет в сторону храма.

* * *

— Слышала, что в храме сегодня соберутся почётные представители королевской гвардии, разве это не обеспечит безопасность королю и всем, кто там будет находиться? — задаю вопрос, когда мы пытаемся протиснуться к парадным ступеням храма.

Вообще-то, для аристократических гостей предусмотрен специальный коридор, по которому прямо сейчас подъезжают богатые кареты, но в нашем случае лучше подобраться к храму незаметно.

Ну хотя бы потому, что наш совместный выход из старой деревенской повозки смотрелся бы откровенно вызывающе.

А оно нам надо?

— Вот именно поэтому! В храме соберутся самые ярые защитники и сторонники молодого короля, самые достойные генералы и герои войны с Дарцехом. Те, кто присягнул на верность лично королю и успел доказать свою преданность. Именно их больше всего должны бояться заговорщики, так как в руках высшего командования королевской гвардией сосредоточена реальная сила, и этой силы хватит, чтобы пресечь любую попытку узурпации власти. Понимаешь?

— Понимаю. На праздник приглашены самые достойные защитники королевства и… о боги… их хотят отравить прямо в храме? — прикрываю рот, чувствуя, как по спине прокатывается липкий ужас. — Всех сразу?

Кивает, подтверждая, мои слова:

— Если их не станет, королевская армия будет обезглавлена.

Я понимала, к чему ведёт Рэйнхарт, но будучи произнесённой вслух, эта мысль словно обрела краски и раскрылась всей полнотой страшных последствий.

— Капитан Ройс, — Рэйнхарт окликает одного из людей в форме, охраняющих вход в храм. — Мне необходимо пройти внутрь.

— Сию минуту, лорд Орнуа!

Капитан отдаёт приказ, и оцепление расступается, давая нам возможность проскользнуть в распахнутые настежь двери храма.

* * *

Лёгкие наполняются пряным густым ароматом благовоний, а глаза не сразу привыкают к полутьме.

Величественные своды храма пронзают многочисленные колонны. Их вершины теряются в клубящемся тумане ладана. Пламя сотен свечей дрожит на стенах и отражается в каменных барельефах с изображением ликов забытых святых.

Леди Розали рассказала, что когда-то этот храм принадлежал Анхелии и лики на стенах — единственное, что ещё напоминает об этом.

Меж колоннами правой колоннады растянулся широкий балкон, или правильнее было бы назвать это ложей, в центре которой находятся два ещё пустующих трона. Справа и слева от тронов уже собралось несколько десятков аристократов. Они наблюдают за всем, что происходит в зале с высоты более двух человеческих ростов.

Внимание большинства аристократов приковано к фигурам в белых одеяниях, которые медленно движутся по кругу в самом центре храмовой нефы. Каждый их шаг сопровождается монотонным пением и глухими ударами барабанов.

— Не снимай пока капюшон, — Рэйнхарт ведёт меня под своды балкона, туда, где стройными рядами стоят мужчины в парадных мундирах и с военной выправкой.

Именно так обычно стоит Рэйнхарт.

— Дарэн, мне необходимо переговорить с тобой, — Рэйнхарт тихо зовёт одного из гвардейцев.

— Друг мой, наш разговор может дождаться окончания праздника? — отвечает, не оборачиваясь, но я всё равно узнаю в этом мужчине того, с кем Рэйнхарт знакомил меня в загородном дворце.

— Это срочно.

Дарэн плавно отступает, стараясь не потревожить тех, кто стоит с ним рядом. Мы тоже отходим, пока все вместе не оказываемся у стены, скрытые широкими спинами в парадных мундирах.

— Дарэн, что бы я ни сказал, делай вид, что между нами лишь дружеская беседа.

— Всё настолько серьёзно?

Он встречается с нами взглядом и только сейчас вежливо кланяется мне в приветствии.

— Похоже на то.

По мере того как Рэйнхарт тихо высказывает свои