Гори, венчальная свеча! - Елена Арсеньева

Да, да, сначала была эта внезапная боль. И только потом,через какое-то мгновение, ее слух пронзил короткий вопль.

Это был детский крик. Жалобный голос ребенка, терпевшегострашные мучения!

Ноги у Лизы внезапно подкосились, она навалилась на стену,силясь не упасть. И тут же раздался новый стон. Еще жальче, еще сильнее рвущийдушу.

Так вот о чем умолчал Баграм! Она сама должна была решить,слушать ли их до конца. Все восемь! Пока только два…

О господи, уже три!

Ребенок кричал так, словно был вот здесь, совсем рядом, наруках Лизы. И казалось, что это она терзает, мучает его, причиняет нестерпимуюболь, от которой крошечное горлышко трепещет и сжимается, крик переходит всдавленный хрип, полный предсмертного ужаса…

Лиза рывком поднялась, отбросила кинжальчик и, не чуя подсобою ног, выскочила из баньки.

Нет, нет, это невозможно! У нее нет сил слышать, переноситьэту муку умирающего дитяти! Уж лучше выпить котел черного отвара спорыньи,лучше прыгнуть с вершины Агармыша, лучше отдаться в руки бабки-повитухи,которая железным крючком изорвет ей матку, изуродует, может, и до смертидоведет, – что угодно готова была сейчас стерпеть Лиза, только бы не слышатьхоть раз еще тот голосок, который, она знала, ей никогда не забыть.

Она быстро одевалась, смущенно думая о том, что ей сказатьБаграму и его сестре, которые так старались избавить ее от мук, а у неенедостало сил вытерпеть…

Нет. Ни у кого недостало бы на это сил. Эти крики и такбудут преследовать ее в страшных снах, а если б она выслушала все восемь, тоуж, наверное, сошла бы с ума. Баграм простит ее слабость; он ведь заранее знал,как это будет страшно.

Одежда липла к мокрому телу, но Лизе так не терпелосьоказаться подальше от злополучной баньки, что она ни на что не обращалавнимания. Кое-как набросив покрывало, выбежала из развалин.

По счастью, было еще вполне темно, звезды не ушли снебосвода. «Значит, мы успеем вернуться, покуда все спят…» – подумала Лиза, датак и остолбенела. О Господи! А зачем вообще возвращаться?! Во всяком случае,ей, Лизе?! Обессиленная, отупевшая от волнений последних дней, она толькосейчас осознала, что больше не надо мечтать о побеге – она уже на свободе, ужевырвалась из проклятого дворца, из гарема, и теперь главное – уйти как можнодальше от Эски-Кырыма. Не станут Баграм и Гюлизар-ханым чинить ей препятствия.Они помогут, непременно помогут ей скрыться!

Лиза устремилась к темной фигуре, прислонившейся к дереву.Там был кто-то один, она еще не могла понять, Баграм это или его сестра.

– Я не смогла, простите меня! – выкрикнула она покаянно. –Это было так страшно! – И осеклась. Что-то не так…

Ждущий ее человек не двинулся навстречу, как это сделали быдрузья. Он стоял недвижимо, словно затаясь, словно выжидая. И вдруг откуда-тоиз леса донеслось громкое ржание.

Откуда тут взяться коню? Неужели за ними погоня?!

Она метнулась было прочь, но в этот миг темная фигураотстранилась от дерева и шагнула к Лизе. Прежде чем та успела увернуться,человек схватил ее за руки.

– Что же ты делаешь здесь ночью, Рюкийе-ханым? – спросил онс издевкою.

Странно, однако первым чувством Лизы было облегчение оттого,что сей голос незнаком ей. Она-то уж готова была услышать голос Сеид-Гирея или,что еще страшнее, Гюрда!..