Слишком много не бывает - Лори Фостер

Брук быстро вернулась с двумя запотевшими стаканами лимонада.

– Подойдет?

– Спасибо. В самый раз. – Кент взял стакан из ее руки и осушил его до половины одним глотком.

Брук присела в кресло напротив – колени вместе, спина идеально прямая. Она пила лимонад мелкими глотками.

– Сьерра и Бен, говорите? – спросил Кент, хитро прищурившись. – О них вы хотели поговорить?

Брук сняла очки и посмотрела Кенту в глаза. Взгляд ее был прямой и озабоченный.

– Он ведет себя с ней, словно он сам не свой.

– Если я вас правильно понимаю, у него немало подружек?

– Конечно, он дружит со многими. Бен вообще со всеми ведет себя дружелюбно. Но обычно он держит отношения... под контролем.

Кент вынужден был признать, что и его удивлял тот фанатизм, с которым Бен искал пути к сердцу Сьерры. Но Кент видел и то, что Сьерра уже попала под его чары.

Ему нравился Бен по многим причинам, но главная – он научил Сьерру смеяться вновь. Кенту было как-то спокойнее за нее, когда рядом с ней находился Бен. Он всегда мог прийти на помощь в случае нужды. И Кент сильно подозревал, что если Бен до сих пор ее не завоевал, то это очень скоро произойдет.

– Мне кажется, вам нет нужды беспокоиться о сыне. Это за ним бегают женщины, а не он за ними.

Брук улыбнулась. Материнская любовь снисходительна.

– Он очень интересный мужчина, но он при этом серьезно относится к отношениям. Думаю, это весьма сильная комбинация.

– Вы правильно его воспитали.

В ее карих оленьих глазах светилась материнская гордость, и этот свет делал ее еще привлекательнее.

– Спасибо.

– Он похож на отца?

На мгновение Брук напряженно замерла. Словно ничего не произошло, она поставила стакан на стол и откинулась на спинку кресла. Она скрестила ноги в лодыжках, вытянув их перед собой, словно нарочно привлекая к ним его внимание. Кент улыбнулся, разгадав ее игру.

– Я задала вам вопрос, на который вы мне ответили целой серией вопросов. Может, вы что-то скрываете от меня про Сьерру?

– Ах, да вы из тех подозрительных мамаш-наседок, что кудахчут над своими сыновьями до старости лет?

Стараясь не показывать нетерпения, Брук поменяла положение ног и сказала:

– Если да, то, что с того? А вы очень уклончивы. – Кент засмеялся:

– Ладно, я думаю, что я так же стараюсь защитить Сьерру, как вы – своего сына. Разница лишь в том, что ему повезло больше – вы всю жизнь были рядом с ним, а она по большей части была предоставлена сама себе.

Сочувствие перекрыло раздражение.

– Как же так?

– Ее отец был лицемерным ханжой, а бывший муж – драчливый ублюдок.

Брук была шокирована этим открытием.

– О, простите. Я этого не знала.

– Сьерра очень замкнута. Она о себе не любит рассказывать. – Кент склонил голову и как бы, между прочим, заметил: – А ведь у вас с ней есть кое-что общее.

– В самом деле? Помимо любви к моему сыну? – Кенту нравилось, когда Брук его поддразнивала, но почему она делала это только тогда, когда темой разговора был Бен?! Ее любовь к Бену внушала ей мысль, что данная тема самая безопасная.

– Вы обе были еще детьми, когда жизнь сыграла с вами злую шутку.

Встревожившись, Брук подскочила.

– Хотите еще лимонаду?

Кент тоже встал, загородив ей путь к отступлению.

– Хорошо, что Бен с удовольствием уделяет ей столько своего времени. Вы полагаете, это знак того, что он испытывает к ней настоящий интерес?

Как и рассчитывал Кент, этот новый вопрос помог Брук расслабиться. Плечи ее свободно опустились, и она кивнула:

– Я думаю, он в нее влюблен. Но я не хочу, чтобы ему было больно.

– Как было больно вам?

Брук натянуто и невесело рассмеялась:

– Бен силен, уверен в себе и сам зарабатывает на жизнь. Он не молоденькая девчонка. Он не...

Кент прервал поток слов, прикоснувшись пальцем к ее губам.

– Он не вы?

Губы Брук были подкрашены помадой, и Кенту захотелось слизнуть ее, чтобы почувствовать их настоящий вкус.

Брук не шелохнулась, но глаза ее потемнели, и пульс участился. Кент провел пальцем вверх и вниз по ее губам.

– Давайте по порядку, идет? Сьерра – просто прелесть. Она сдержанна и скрытна потому, что у нее есть печальный жизненный опыт, но она не способна намеренно причинить кому-то боль, так что за Бена вам волноваться нечего. Эти двое разберутся между собой и без нашего вмешательства. И, наверное, быстрее, чем выдумаете.

Брук промолчала.

– Теперь второе. – Он еще ближе подошел к Брук и медленно, чтобы не спугнуть ее, просунул ногу между ее ног, с удовольствием глядя на то, как ее миниатюрная ножка в сандалии контрастирует с его грубыми большими ботинками. Обняв Брук одной рукой за талию, чтобы она не могла ретироваться, Кент поднес палец в помаде к своим губам и, лизнув его, с улыбкой заключил: – Вишня. Ах вы, маленькая проказница!

Брук приоткрыла рот, чтобы вдохнуть воздух, и в этот момент Кент накрыл губами ее рот. Он не торопился и не суетился – он делал все очень обстоятельно.

Брук была горячей и остро-сладкой на вкус из-за оставшегося на губах лимонада. Еще она была так трогательно стыдлива, но не безответна.

Кент чуть-чуть отклонился, открыл глаза и встретил ее испуганный и затуманенный взгляд.

– Брук.

Она сглотнула, глядя на его губы. Дыхание ее было хриплым и сбивчивым.

– Я... я едва вас знаю.

У Кента закипела кровь. Тон ее ясно указывал на то, что она готова его принять, что она его хочет.

– Мы не будем торопиться. – Настолько, что она станет умолять его скорее дать ей кончить.

– Вы моложе меня.

Кент усмехнулся. Она искала отговорки и не находила их.

– Мы оба взрослые люди, и мы знаем, чего хотим. Мы можем делать все, что нам, черт возьми, заблагорассудится. – Голос его упал до низкого рокота. – И ты знаешь, что я хочу тебя.

Брук опустила взгляд на его потную грудь, медленно вдохнула его запах и дотронулась до его рубашки. Кент смотрел, как передвигается по его груди ее маленькая узкая рука с наманикюренными пальчиками, такая деликатная на фоне его пропотевшей грязной рубахи. Видит Бог, Брук его заводила.

Кент прижал свои бедра к ее:

– Поверь мне, ты для этого совсем не старая.