Без ума от тебя - Триш Дженсен

У Росса от удивления отвисла челюсть.

– То есть мой совет?

– Да.

– Но почему вы не обратились к Пейдж?

– Это не по ее части. Кроме того, мне не хотелось бы, чтобы это стало известно Пейдж или кому-либо из других моих родственников.

– У меня создалось впечатление, что вы не женаты.

– Да, верно.

– А доктор Тернер?

– Нет, она тоже не замужем. Во всяком случае, пока не замужем.

– Ну хорошо, – сказал Росс и придвинул поближе блокнот для рабочих записей и ручку. – Какого рода юридический совет вам нужен?

– Но только это строго между нами, хорошо?

– Будьте уверены. И когда же мы услышим свадебные колокола? – спросил Росс, не будучи вполне уверен, что дело касается составления брачного контракта. Росс относился к таким контрактам несколько скептически. По его мнению, они подразумевали, что будущая семейная пара уже заранее настраивалась на возможность неудачи в супружеской жизни.

– Не раньше, чем по этому поводу выскажется Памела Джонс, – угрюмо проворчал Ник.

– А кто такая Памела Джонс?

– Жена Фримена Джонса.

– Крупного медиамагната?

– Его самого. Я делал проект их нового дома.

– Так что такого происходит с женой Фримена Джонса? – спросил Росс. У него в глубине души шевельнулось неприятное чувство. Ему очень не хотелось бы услышать, что у Ника Харта роман с замужней женщиной. Пейдж наверняка жутко расстроится, если узнает об этом.

– Очевидно, многое. Говорят, ее супругу стало известно, что она изменяет ему с неким молодым мужчиной.

Росс предостерегающе поднял руку.

– Прежде чем вы продолжите свой рассказ, Ник, я хочу предупредить вас, что не занимаюсь делами, связанными с супружеской неверностью. Ничего не имею против вас лично, но это один из моих жизненных принципов.

Глаза Ника удивленно расширились.

– Вы считаете, что это я... но это не так!

У Росса словно камень с души свалился. Он едва сдержал улыбку, слегка удивившись, что признание Ника вызвало у него такое облегчение.

– Тогда я не вполне уверен, что вам нужен именно я.

– Дело в том, что она заверила мужа, будто неведомый поклонник – это я, их архитектор... Представления не имею, почему она решила назвать мое имя. Сегодня утром в мой офис подобно урагану ворвался мистер Джонс и потребовал объяснений. Он начал угрожать мне судом, выкрикивал какие-то фразы насчет «отчуждения залога». Мне потребовалось добрых десять минут, чтобы успокоить его и понять, в чем суть дела.

– Но почему она назвала ваше имя, хотя это вовсе не вы?

– Я задал себе тот же вопрос. Я в общем-то терпеть не могу эту сварливую особу.

– Если я вас правильно понял, се все-таки не поймали, так сказать, с поличным?

– Насколько я себе представляю, она призналась ему в измене после того, как он отказал ей в некоторой сумме денег на личные расходы.

– Не слишком большого ума девица, верно?

– Да уж, пожалуй, если хотите знать мое мнение.

– А какова, по-вашему, причина того, что своим любовником она назвала именно вас? – спросил Росс, хотя был совершенно уверен в том, что и сам не смог бы ответить на этот вопрос. Ник Харт – мужчина привлекательный, даже с точки зрения другого мужчины. По мнению Росса, нашлось бы немало женщин, готовых выложить кругленькую сумму за то, чтобы провести с ним время. Ник произвел впечатление даже на миссис Унппл.

– Представления не имею! За исключением того, что мы проводили много времени вместе, обсуждая план нового дома и поправки к этому плану. Джонс фактически предоставил ей в этом отношении полную свободу действий, и его жена вовсю пользовалась открывшимися перед ней возможностями. Теперь мне многое стало ясно. Я передал Джонсу примерную стоимость работ по переделкам первоначального проекта, и, поверьте мне, с тех пор, как она стала единолично распоряжаться строительством, эта сумма утроилась! Неудивительно, что между супругами вспыхнули разногласия.

– Вы готовы поклясться, что в словах Памелы Джонс нет ни капли правды?

– Клянусь!

– И не всплывут счета из мотеля? Не будет чеков на купленные вами драгоценности? Не появятся телефонные счета?

– Мы разговаривали с ней только по сотовому телефону. И это были исключительно деловые разговоры.

– Прекрасно, но зачем вам тогда понадобился совет адвоката?

– Потому что ее муж угрожает мне судом. Он требует компенсации за моральный ущерб! Более того, он угрожал мне – говорил, что не заплатит за дополнительные работы по переделке дома. Я вложил в этот проект слишком много своих денег и не могу позволить себе потерять их.

– Когда вы опровергли все его обвинения, он вам поверил?

– Нет.

– Тогда сделаем вот что. Во-первых, мы докажем, что вы никогда не оставались с женой Фримена Джонса наедине. Во-вторых, представим все необходимые бумаги, подтверждающие, что она лично санкционировала все работы по переделке дома. Ведь именно так и было, верно?

– Да, – кивнул Ник. – Когда она настаивала на дополнительных изменениях проекта, я всегда заставлял ее расписываться на документах.

– Муж уполномочил ее подписывать такие документы?

– Конечно. Фримену Джонсу очень хотелось во всем угодить своей «малышке Памеле». Он разрешил ей делать все, что только пожелает ее «маленькое сердечко»!

– Тогда у него нет, так сказать, никакой юридической почвы под ногами. Я думаю, особых проблем у нас не возникнет.

– А как мы заставим его пойти на попятную? Он же в два счета может смешать меня с грязью – ведь все газеты принадлежат ему!

– Прежде всего я заставлю его жену назвать места всех ваших гипотетических тайных свиданий, а также время, когда эти встречи происходили.

– Она может заявить, что мы встречались на строительной площадке или где-нибудь поблизости. Там мы действительно проводили много времени вместе.

– Вы там бывали одни?

– Нет... Слушайте, вспомнил! Строители могут подтвердить, что мы никогда не уединялись! Клянусь, мы не устраивали там тайных свиданий. Все происходило на виду.

– Правильно. Скажите, у вас есть какие-то родинки на теле? Что-то такое, о чем могла бы знать женщина, вступавшая с вами, так сказать, в интимные отношения?

Ник задумался.

– Ни родимых пятен, ни бородавок у меня нет.

– А шрамы?

– Да! У меня остался на плече шрам после одной давней аварии, когда я ехал на мотоцикле.