Время лечить засосы - Карин Риверс

Но гороскоп ошибся. Ничто на свои места не встало. Просто эти предсказания разбередили мои раны. А все мои вопросы остались при мне.

Я прошла мимо нее на улицу, где шел снег, и по пути похлопала маму по руке. Она ведь не из тех, к кому можно лезть с нежностями. Интересно, она хоть раз обнимала меня? В ответ мама подняла руку. Вид у нее был печальный. Словно она понимала, что не достаточно дала мне.

И я ушла. Никому звонить я не стала. На улице темнело, хотя на часах не было еще и трех. Я прошла несколько кварталов мимо магазинов, торгующих всякой рождественской ерундой. Руки я засунула поглубже в карманы, чтобы не мерзли. Чтобы никто не заметил, как сильно меня трясет. В конце концов, я вспомнила, что мне еще нужно купить платье. А потом пойти домой и привести себя в порядок перед балом.

Я зашла в первый попавшийся магазин, в витрине которого висели платья. Очень симпатичные. Но это было нереально. Я не могла себя представить в подобном платье. И просто купила первое, которое подошло. Я даже толком не видела, как оно выглядит. Словно между мной и зеркалом стояла стена тумана. Продавщица без конца спрашивала, все ли со мной в порядке, а я повторяла «да», имея в виду «нет».

Знаю, это глупо, но у меня была дурацкая фантазия, что мы пойдем за платьем вместе с мамой. В моих мечтах это было грандиозным мероприятием. И вот, нате вам, я одна, мокрые волосы прилипли к голове, руки трясутся. Я пытаюсь извлечь деньги из кошелька, а продавщицы с подозрением поглядывают на меня, словно я могу сбежать из магазина вместе со всеми их кружевными платьями, расшитыми бисером.

Купленное мной платье было черным. Это все, что я заметила. Наверное, оно было мрачновато, но мне плевать. У нас был «черно-белый» бал. И другие девчонки, наверное, купили себе белые платья, думая, что будут не такие, как все. Но я не хочу быть «не такой». Хочется хоть раз быть похожей на всех.

Я взяла пакет с покупкой и, вместо того чтобы сесть на первый же автобус, решила прогуляться. Не понимаю, о чем я только думала. Я шла, пока не добралась до школы, а она была довольно далеко. На это я потратила час. Я села на футбольном поле и сидела так долго, сколько смогла выдержать (то есть не очень долго). Все же было холодновато.

Если бы я просидела там подольше, то наверняка заработала бы пневмонию. Одного опасного для жизни заболевания в год вполне достаточно. В школе горел свет, и я подошла к окну, размышляя, не зайти ли мне внутрь и не воспользоваться ли туалетом перед тем, как я отправлюсь домой. И тут я поняла, что свет горит из-за того, что дурачки из школьного совета бегают по школе и украшают ее перед балом.

— Что за черт, — сказала я и вошла.

Только никому не говорите. Просто у меня было ощущение, что я должна внести свою лепту. Вот и все.

Ничего особенного.

По дороге домой я позвонила Кики, но ее мама сообщила, что Кики в душе, и спросила, что передать.

— Ничего, спасибо. Я увижусь с ней сегодня вечером.

Я была слегка разочарована. Теперь мне хочется поговорить о маме, но не с кем. Я набрала номер Джул, но мама Джул сказала, что она уже ушла. Я взглянула на часы. 19:02. Я опоздаю, если не потороплюсь. Брэд заедет за мной ровно в восемь.

Что я чувствую после встречи с мамой:

1. То же, что и раньше.

2. Что-то другое.

3. Мне грустно.

4. Я рада.

5. Облегчение.

6. Опустошенность.

Очень, очень поздно

Дорогой Джуниор!

Бал прошел просто замечательно. Я бы написала о нем длинный абзац, но это будет глупо. И слащаво. А вы же знаете, что я не хочу выглядеть сентиментальной. На мне было самое ужасное платье. Черное, длинное, с перышками, пришитыми к лифу. Крошечными такими перышками.

Если честно, я сама себе напоминала большую ворону.

Но Брэд сказал, что я выглядела потрясно. Лучше всех присутствовавших девушек, но это глупость, поскольку Кики и Джул были просто принцессами. Лебедями. В красивых белых платьях, расшитых блестками.

Они были потрясающи.

А я напоминала гадкого утенка, но ничего страшного: я хорошо провела время.

С любовью,

Хэйли Андромеда (сокращенно ХА)