Тот самый парень - Джиллиан Додд

Мы все, включая Лори, кричим:

– ДА!

Дэнни кивает, вытаскивает серую бархатную коробочку с кольцом из кармана, открывает ее, и… я не верю своим глазам.

Впервые в жизни рука Дэнни дрожит, когда он делает пас.

Ему удается передать коробочку Лори, но пас неровный и слишком высокий.

Я борюсь с естественной реакцией потянуться и поймать ее.

К несчастью, этот пас предназначается не мне.

Лори, благослови ее бог, скорее всего никогда и не ловила футбольный мяч, или какой другой, но внезапно в ней просыпается кошка. Она подпрыгивает и выхватывает коробочку на лету. Удивительно, что может сделать девушка с правильной мотивацией.

Лори открывает коробочку. Я не вижу кольца, но, заметив ее взгляд и счастливое выражение лица, я сама начинаю плакать.

Дэнни надевает ей кольцо на палец. Девушки приветствуют их и снова начинают петь.

Я легонько толкаю ее плечом.

– Думаю, это твое, – говорю я и передаю ей свечу. Дэнни подмигивает мне и одаривает Лори широкой улыбкой. Теперь она понимает.

Они с Дэнни вместе задувают свечу.

Кто-то включает свет.

Дэнни говорит:

– Эй, я так понимаю, обычно после этого поют серенады. Давайте выйдем на улицу.

Впереди идут Дэнни и Лори, а я бреду прямо за ними.

Мне нужно это увидеть! Не представляю, что Дэнни пришлось пообещать, чтобы какие-то простые футболисты-первокурсники пришли спеть его девушке.

Это может обернуться полной катастрофой.

Эту часть они с Филиппом планировали вместе.

Я просто надеюсь ради Лори, что она не станет сильно смущаться, если это будет выглядеть жалко.

Но когда мы открываем дверь, я вижу буквально море красного.

Я оглядываю массу народу, которую явно собрали Дэнни и Филипп.

Кажется, здесь вся футбольная команда, одетая в красные тренировочные куртки, почти все парни из братства. У каждого значок с названием их домов, и – боже! – бóльшая часть музыкальной группы Кукурузников! Я не шучу!

Они все одеты в красные кофты, шорты и шляпы Кукурузников.

Словно по волшебству с появлением Дэнни начинает играть музыка. Боевая песня Кукурузников. Потом они играют знакомую всем мелодию, и все начинают подпевать. Я пою несколько первых строк, а потом начинаю напевать:

– Хм, хм, хм, хм, хм, хм, хм, хм, хм…

(Ох, мне нужно было все-таки выучить слова этой песни!)

Но одно совершенно ясно: эту церемонию со свечами забудут не скоро!

Это не помолвка.

Это свадебное собрание болельщиков!

После нескольких песен серенады замолкают, но праздник продолжается. Люди вышли из соседних домов и общежитий, чтобы посмотреть, что происходит, и вскоре начинается одна большая уличная вечеринка. Музыкальная группа еще играет, и все начинают танцевать. Я стою на ступенях сестринского дома, с удивлением наблюдая за всем этим действом, когда вижу, что на другой стороне улицы мне машет Филипп.

А я все гадала, где же прячется этот парень.

Я также не могу не заметить, как невероятно сексуально сегодня выглядит Филипп. На нем футболка «Кукурузников» и мешковатые шорты цвета хаки. Ничего особенного, но черт, разве он не выглядит в этом шикарно. Они с Дэнни все еще занимаются вместе. Дэнни пытался накачаться перед подготовкой к НФЛ, и я понимаю, что Филипп тоже много работал. То есть у него всегда были шикарные грудь и руки. Не знаю, может, потому что я вижу его каждый день, но я не замечала, как круто он выглядит. И какие у него накаченные мышцы от шеи до плеч.

Вау!

Я сбегаю по ступенькам, несусь через улицу и прыгаю ему в объятия с криком:

– Филипп! – Я обнимаю его за шею и быстро целую в губы.

– Это к чему? – орет Филипп мне в ухо, хватая меня за бедра и начиная танцевать со мной.

– Не знаю, – пожимаю я плечами. – Не могу поверить, что вы, парни, все это устроили. Я так горжусь вами обоими!

Честно, я не знаю, почему поцеловала Филиппа. Наверное, вся эта романтика в воздухе как-то повлияла на меня. Это и сексуальность Филиппа. Это и поцелуем-то особо не назовешь, просто быстрый поцелуйчик, но по какой-то странной причине, кажется, я бы не против снова его поцеловать.

Секунду Филипп внимательно на меня смотрит, словно читая мысли, и целует в губы. Этот поцелуй длится чуть дольше предыдущего, но все равно больше похож на дружеский.

Теперь уже я спрашиваю:

– Это к чему?

Филипп просто улыбается и пожимает плечами на манер «Если тебе не нужна причина, то и мне тоже».

Мы танцуем остаток вечера, радуясь за Дэнни и Лори.

Мы уже на пути домой, когда Филипп спрашивает меня:

– Так ты расстроилась, что не сможешь задуть свою свечу? – Он держит меня за руку и раскачивает наши руки раздражающе высоко.

– Ну, раз я еще не нашла парня, который сможет пробыть со мной дольше трех месяцев, думаю, все к лучшему.

– Боже, что за зрелище это было. Ты бы хотела, чтобы тебя так удивили перед стольким количеством народа?

– Не знаю, Филипп. Часть меня говорит «нет», слишком показушно, но бóльшая часть меня говорит «да», потому что… боже, это же так романтично, когда парень все это готовит ради меня. Это было бы удивительно. – Я вздыхаю и качаю головой. – Но мне кажется, что не стоит об этом волноваться.

– Почему? Не хочешь выходить замуж?

– Нет, просто кажется, что я не могу найти парня, который выдержит меня.

– Тебя трудно выдержать, – отвечает он, толкнув меня в плечо.

– Ага. Ну ты и Дэнни – единственные, у кого это, судя по всему, получается, и, черт, теперь все официально. Дэнни больше не свободен.

– Теперь снова только мы с тобой, принцесса.

– Ага, – говорю я, гадая, хорошо это или плохо.