Отец сводной сестры - Валентина Кострова

— У папы превосходный вкус на украшения, - Регина еще раз любуется моим обручальным кольцом, отпускает руку. Хватает бокал, сияющими глазами приподнимает его.

— Выпьем за молодых! – чокаемся, я смеюсь над ее тостом.

Сегодня утром я еще была в России, и вот сейчас ужинаю с любимой подругой в прекрасном ресторане. Ее радость за меня с ее отцом пьянит сильнее вина. В последнее время именно одобрения и поддержки не хватает в отношении меня и Ромы. Ему лично все равно до общественного мнения, он достиг того состояния, когда слухи, домыслы не затрагивают ни одну струну души. Я еще не поймала такой дзен. Нет-нет да мимоходом ловлю сплетни в офисе, которые сильно расстраивают. Например, что никакой любви между мной и Романом нет, есть только взаимный выгодный интерес. Его выгода в молодой спутнице рядом, мой -  в финансовой поддержке. Естественно это не правда.

— Когда свадьба? Хочу присутствовать на таком важном торжестве.

— Не знаю, - пожимаю плечами. О свадьбе я не задумываюсь. – Я хочу просто расписаться, а потом через год сыграть настоящую пышную свадьбу. Считаю, что в подготовке лучше не спешить, чтобы не разочаровываться. Не хочу в спешке покупать платье, я еще не знаю, какой образ мне подойдет. Не хочу большие суммы тратить на ресторан из-за срочности. У нас ведь нет желания кого-то удивить, шокировать.

— И правильно мыслишь. Тоже так сделаю, когда буду выходить замуж. Главное встретить нормального парня.

— Ты, правда, не против моих отношений с твоим отцом? – пытливо всматриваюсь в лицо Регины, она одаривает меня радостной улыбкой. Берет мою ладонь, сжимает.

— Не против. Я знаю, что ты не эгоистичная охотница до хорошей жизни. Я хочу, чтобы отец почувствовал по-настоящему себя любимым и нужным, чтобы закрыл все шлюзы по поводу себя, как отца. Ты же родишь ему ребенка?

Вопрос смущает, кажется, что без спроса залезают на частную территорию и устанавливают свои порядки. Но Регину понимаю. И понимаю, что именно она сейчас имеет ввиду: Рома должен ощутить себя настоящим папой. Должен пережить бессонные ночи, первые зубки, первую улыбку, первые шаги, первые слова. Для него это важно, хоть и никогда никому в этом не признается, даже себе.

— Время покажет. Мы о детях не говорили.

— Он не будет настаивать, так что бери этот вопрос в свои руки, иначе дождемся второго явления Христа перед народом, - ирония Регины сглаживает неловкость. Я смотрю на нее, в очередной раз восхищаюсь ее красотой и невольно задумываюсь, а какие будут у нас с Романом общие дети. Наверное, голубоглазые, темноволосые и с очаровательной улыбкой, как у папы. Я не против, если они будут полностью его копией.

— Если тебе неловко отвечать, я пойму, но мне любопытно, почему ты рассталась с Диего? – подошедший официант наливает нам еще вина, Регина благодарит его на французском, делает глоток и серьезно смотрит на меня.

— Я представила нас лет через двадцать и поняла, что не готова.

И я сразу же представляю себя с Ромой через двадцать лет. Мы будем жить в доме, заведем овчарку, будем гулять по лесу возле дома. Вечерами сидеть у камина, занимаясь своими делами, а по выходным будет ждать приезда детей в гости, чтобы в дружно, с улыбками посидеть вместе за столом. У Ромы уже будут полностью седые волосы, он будет носить очки, и в глубокой задумчивости вертеть их в руках,  глядя перед собой. Я отращу волосы ниже лопаток, буду их заплетать в толстую косу, печь вкусные булочки с корицей и сахаром. И между нами будет по-прежнему любовь.