Константа - Александра Лимова

Впрочем, я поняла, что с Аркашей. Он работал, ему было не до греховных сладострастий. Я видела такое у Дениса. Я видела подобное в отражении своих глаз. Я поняла этот Аркашин муд и внезапно поняла Арчебальда, сильно гневающегося, когда я вот так же его игнорила, вот ровно в такие же моменты, когда голова была забита вещами, далекими от плотских утех. Поняла, что Аркаша был в работе, это подтверждал его диалог по телефону, когда я, вся такая придурковато-соблазнительная оленина, в пируэте пересекала коридор мимо открытых раздвижных дверей в гостиную, где Аркаша, развалившись на диване с довольным прищуром и многообещающей полуулыбкой глядя в нетбук у себя на колене, расслабленно так трещал по телефону:

— … а такие условия уже нас не устраивают, поэтому, когда про пролонгацию начнете говорить, если не согласятся на наши поправки, скажи им, что тогда разорвем, и на их вопрос, что именно, загадочно улыбнись и только потом скажи, что контракт. Да. Нет, ему пока не звони, ему вообще сейчас не до этого. Да, я сейчас посмотрю, что еще можно сделать, вечером перезвоню, скажу.

Аркаша, выебавший себя за утро и половину дня, сейчас полноправно так с ленцой отбросил телефон на низкий журнальный стол и, на мгновение прикусив губу, поддаваясь краткой победной эйфории, вновь углубился в дела. С еще большим энтузиазмом, ведь за плечом победа.

Нет, это, конечно, охуенно, и я кронпринца сейчас понимаю как никто другой, но мне нужно сбежать, блять!

Я уже всерьез подумывала на него напасть. А что? У меня диагноз, я многое могу себе позволить. А дальше по плану — коронный Брюса Ли и вперед на свободу, но, разглядывая Аркашу, который был выше меня на голову и явно на досуге спортом не пренебрегал, ибо сейчас, когда он относительно вне рабочего режима и одет просто в футболку и спортивные зауженные джоггеры, было заметно, что он не худощав, а подтянут и подтянут ну очень хорошо, и что-то мне подсказывало что план внезапного варварского нападения окончится провалом прямо на стадии начальной реализации, а значит нужно придумать что-то другое. Чисто из вредности, когда мы с ним трапезничали жратвой, доставленной из ресторана, чисто из отчаяния и природной вредности, решила пощекотать ему нервишки.

— Можно сходить в магазин? — спросила я, не моргая глядя в кресло за его плечом.

— Зачем? — Аркаша бросил на меня взгляд и оглянулся на пустующее кресло.

— Мне нужен степлер. — Уверенно сказала я, все так же глядя в кресло и покивав.

— Зачем тебе степлер? — хоть он и старался скрыть, но в голосе помимо раздражения мелькнуло эхо нервозности. Прелестно!

Я промолчала. Откусила кусок хлеба, все так же глядя в кресло позади него, улыбнулась от души и, выпив сок, поднялась с кресла. Посмотрела на напряженного Аркашу и сказала:

— Он сказал тебе не спать сегодня, а то случится что-то плохое.

— Кто сказал? — напряжение в его глазах стало выраженным.

— Мужчина в кресле, — шепотом доверительно сообщила я и направилась в свою комнату.

Аркаша хоть и прыснул, но явно деланно. Когда я вышла из коридора в столовую через пару часов, он все еще сидел за столом, а во всей квартире горел свет. И когда выплыла я, разлохмаченная, со слюнями, у него волосы дыбом встали и рука дернулась к ножу, лежащему рядом с тарелкой. Я выпила полезные таблетки, сквозь ресницы глядя в кресло. Покивала и уплыла.

Удовольствие маленькое, конечно, но хоть какое-то. Грызя сушки на постели и угрюмо глядя в стену, пыталась придумать как наиболее эффективнее использовать произведенное на кронпринца впечатление и никак не могла подобрать варианта. Я уже почти отчаялась, но в этом городе был свой герой.

Стук во входную дверь. Скрип стула из столовой.

— Клининг-служба, — голос чокнутой, пусть и изменен.

Я подорвалась с кровати и ринулась было к выходу, но вовремя опомнилась и уже робко переступила порог, с болью глядя на значительно поднабравшую, благодаря подкладкам под униформой, Данку, затаскивающую в апартаменты стойку со всякой хренью для уборки, напротив которой, прислонившись плечом к стене и разговаривая по телефону, стоял Аркаша.

Жена топ-менеджера криминального банка, зверюга-спец по планированию бюджета в черной экономике, кою Серж и Алекс трансформировали до неузнаваемости, круче чем Шарлиз Террон, сыгравшей в «монстре», чинно прибирала хату капо ди капи, почесывая поролоновые телеса в униформе клиниг-службы, под непрерывным наблюдением пиздец какого сторожевого пса-кронпринца, постоянно трущегося рядом с ней, чем на корню обрубал возможность отчаянным душам синтегрироваться.

Когда Данка деловито водила шваброй по мозаичной плитке пола кухни, я возникла в арочном проеме и трагично возвестила:

— Аркаша, в моем шкафу кто-то разговаривает, — взгляд из-под ресниц на кронпринца, поджавшего губы и отведшего телефон от уха, — посмотри, пожалуйста.

Он, закатив глаза, поднялся с кресла и направился по коридору. Я, с замирающем сердцем смотрела как чокнутая, зажав швабру между ног, метает телефон в прогал между шторами и полом, подпихивая отскочивший от стены смартфон под штору шваброй, зажатой между бедрами, при этом торопливо вынимая провод зарядника, когда я пиздила с края стола, заваленного бумагами Аркаши, шариковую ручку и оборачивалась и вставала так, чтобы за моей спиной возвращающийся кронпринц не спалил, как чокнутая запихивает обратно в шикарные поролоновые буфера провод от зарядника, который так и не успела достать. Штекер за сиську зацепился, наверное…

— Потом вместе посмотрим, — заключила зеленоглазая скотина, падая в кресло у стола и не глядя на меня, уже едва сдерживающуюся чтобы его не избить, застыв посередь столовой с ручкой между ягодиц, когда чокнутая усердно протирала полы в кухне.

Печально покивала и с возвышенным видом удалилась. Чтобы отодвинуть кровать в спальне и незаметно оторвать маленький кусок обоев, на котором спешно и с сокращениями накатала порядок действий для чокнутой, указав ключ шифрования для моих записей в записной книжке. Нужно найти Дениса. Найти срочно. Он отвисает по определенным адресам после дел.

Скомкала кусок обоев, рассеяно оглядываясь. Пакет из-под сушек, ага. Подхватив лифчик и пакет, пошла на выход. Демонстративно кинула лифон с запиской в подкладке и пакетик с недоеденными сушками в мусорный пакет у порога, что, разумеется, не укрылось от соколиного взора кронпринца, подошедшего к изображающей Пьеро мне, пока псевдопокойница пидорасила полы в столовой.

— А эту деталь гардероба зачем? — осведомился он, с сомнением глядя на мой кружевной лифон венчающий пакетики с мусором в большом пакете для мусора.

— Мне так сказали, — оповестила я, отрешенно глядя в потолок.

— Кт… о-а-о-о… — искренне горько простонал Аркаша с силой проведя ладонью по страдальчески поморщившемуся лицу и, повернувшись к монстру-Данке, изображающей растерянное недоумение, велел, — просто выбросите. Без вопросов, пожалуйста.

Она покивала и, как только он направился в арочный проем столовой, сделав страшные глаза, кивнула в сторону столовой, понимающе глядя в мусорный пакет.