Египетские хроники. Кольцо огня - Мара Вульф

– В соленом озере можно купаться? – интересуюсь я немного не в тему. – Ты не знаешь, содержание соли в нем достаточное, чтобы не тонуть?

Азраэль расплывается в улыбке.

– Сначала поедим, пока ты не влипла в новое приключение.

Положив руку мне на спину, он направляет меня в холл светлого и гостеприимного отеля. Служащий забирает у нас багаж и ведет на террасу на крыше. Остальные уже там. В разгар лета тут наверняка можно сидеть только по ночам, однако в это время года под большими солнечными зонтами жара вполне терпима. Подают ледяной лимонад и горячий чай. Азраэль что-то шепчет обслуживавшему мужчине, и вскоре у меня в руках оказывается чашка кофе по-турецки. Скинув обувь, я устраиваюсь на удобном диванчике и пью его маленькими осторожными глоточками. Не считая последствий нападения саранчи, создается впечатление, словно эта поездка – мой отпуск. Я слушаю разговоры вокруг, и на меня накатывает усталость. Утреннее напряжение спадает.

Раньше в поездках я самостоятельно заботилась о собственной безопасности, пусть Азраэль и считает, будто я бросаюсь из огня да в полымя. Будь это так, я бы недолго прожила в нашей сфере. Сейчас на какое-то время мне не требуется быть начеку и можно расслабиться. Ни у кого не хватит глупости напасть на нас с Кимми, когда рядом пятеро бессмертных.

Трое юношей в традиционной берберской одежде подают фетир – пироги из слоеного теста с начинкой, рис с куркумой и шакшуку – блюдо из яиц-пашот, жареных в томатном соусе с перцем чили и луком. На вкус все угощения просто прекрасны.

– Если жрицы не оставили подсказок, что будем делать дальше? – интересуется Кимми после того, как мы сметаем с тарелок все до последней крошки.

– Твоя кузина решительно настроена что-нибудь найти. – Азраэль наливает себе еще воды. – И насколько я ее знаю, так и будет. А пока вам стоит ненадолго прилечь и отдохнуть. Все-таки у тебя выдалась довольно короткая ночь, а укусы еще не до конца зажили.

Вообще-то я бы лучше немного погуляла, но последовать его совету разумнее. Позже мне понадобится вся моя внимательность. Попытка у нас только одна.

– Пойдешь со мной в город? – спрашивает Гор у Кимми. – Можем посмотреть на озеро.

К его и моему удивлению, она отрицательно качает головой.

– Я хочу поработать над дипломом. Придется тебе найти кого-нибудь другого.

– Да, ладно, – с недоумением протягивает он. – Жаль. Тут очень красиво.

На мгновение мне кажется, что кузина передумает, но вместо этого она ослепительно ему улыбается.

– Да. Возможно, я когда-нибудь приеду сюда еще раз. Прошу меня извинить, но я в комнату. Ты со мной?

Я так удобно устроилась на диване, что в принципе не хочу шевелиться, но все-таки принимаю вертикальное положение.

– Конечно.

Сую ноги в кроссовки. Мужчины и Энола явно не собираются нас провожать.

Мы с Кимми спускаемся по лестнице.

– Ты правильно поступила, – говорю я. – Ты не обязана по первому его желанию подпрыгивать.

– Я отказалась не в попытке как-то его наказать, – признается она. – У меня правда много работы. Кроме того, я не думаю, будто оказываю на него такое влияние, что из-за меня Гор пересмотрит поведение. Я не играю в игры.

Изумленно кошусь на кузину, но ее мысли, похоже, уже где-то далеко.

За спиной слышатся голоса, и нас догоняет Данте.

– У нас гости, – объявляет он. – Прибыла моя мать.

– Королева? Зачем?

Ничего не ответив, джинн сбегает по узкой лестнице в фойе. Стены здесь украшены великолепными разноцветными мозаиками, но у меня нет времени уделить им должное внимание.

Данте резко замирает, заметив Саиду. Она подходит к нам и обнимает сначала нас с Кимми, а потом своего сына.

– Мы слышали, что произошло. Почему вы остановились здесь? Это небезопасно, вы же сами должны понимать.

Перед узкой входной дверью стоят охранники королевы. На них темно-синие галабеи и тюрбаны того же цвета. Боюсь, вздремнуть мне не удастся. Побледневший портье за стойкой администратора судорожно сглатывает. Принимать таких высокопоставленных гостей ему наверняка прежде не доводилось.

– С нами был Сет, он убил саранчу, – отмахиваюсь я. – Ничего страшного не случилось.

Окинув взглядом все еще заметные следы от укусов на моих руках, она выгибает бровь. Видимо, догадалась, что Данте дал мне мазь. На мгновение повисает тишина, и наконец она откашливается.

– Вы будете жить во дворце. Я не потерплю возражений.

– Спасибо за предложение, но мы приехали только на сегодня, чтобы посетить оракул. Если ничего не найдем, то завтра сразу уедем обратно.

Почему она так упорно настаивает?

– Найдете, – понизив голос, произносит королева.

А вот теперь становится интересно. Ну разумеется! Она знает больше, чем говорила.

– Почему ты так уверена? – удивляется Данте.

Выпрямив спину, она твердо смотрит в глаза своему сыну.

– Оракул – священное место, там широко открыты врата к энергии земли. Их ни в коем случае нельзя оставлять без охраны, иначе энергия покинет свое вместилище.

Несколько долгих секунд я не свожу с нее глаз.

– Что конкретно это значит?

– Это значит, что оракул никогда не был заброшен, – медленно отвечает вместо нее Данте. – Там до сих пор живут жрицы, и оракул активен.

– Мы просто спрятали его от мира, – кивает Саида. – Так было лучше. Да и кто сейчас верит оракулам? – пытается оправдаться она.

– От меня ты тоже это скрывала, – строго припечатывает Данте. – Почему?

– Мы с Гекатой посчитали, что так будет лучше. Не хотели заставлять тебя выбирать сторону. Исрафилу нельзя было знать, что она там спряталась.

– Ты объединилась с Гекатой? – Почти странно наблюдать, как непоколебимый Данте теряет самообладание. – Остальные аристои искали ее, а ты ее прятала? Это ведь измена!

Саида пожимает плечами, словно это самый обычный поступок в мире.

– Геката была моей подругой, и я не считала преступлением ее действия. Кроме того, кто-то должен был ей помочь.

– Женская солидарность, – с ухмылкой шепчет Кимми. – Парням не понять.

Данте ее фраза не кажется такой забавной, как мне, поскольку у него вырывается негромкое ругательство.

– Я ожидаю, что ты не побежишь сразу докладывать все Исрафилу, – требует его мать.

Данте бледнеет еще сильнее, что с темным цветом его лица моментально бросается в глаза, и запускает руки в свои иссиня-черные волосы.

– Твои предположения, будто я больше предан ему, чем тебе, уже сами по себе оскорбление.

Саида вздрагивает, как если