Второй шанс на счастье - Вик Лазарева

— Отлично! Можно его посмотреть?

— Конечно, миледи. Сейчас всё подготовим. Мари! — засуетилась хозяйка салона.

Через несколько минут в зал вошла стройная девушка в красивом платье лавандового цвета, с глубоким декольте и длинными рукавами. У него была интересная драпировка на турнюре с белыми оборками и длинный шлейф с плиссировкой по краям.

— Цвет отличный! Мне очень нравится, мадам, — сказала Виктория. — Но я хочу кое-что изменить, — улыбнулась невеста, посмотрев на мадам Дюмаж.

Виктория встала и подошла к девушке в платье:

— Верх обшить белым кружевом. Рукава сделать полностью из кружева, декольте тоже закрыть им же по ключицы, — она показала рукой. — На шлейф и юбку добавить такое же кружево. Но оно должно быть тонкое, с цветочной вышивкой.

— У вас прекрасный вкус, миссис Блэксмут, и чувство стиля, — модистка щёлкнула пальцами, и другая девушка принесла образцы кружев.

Виктория села рядом со своими подругами, и они стали выбирать ткань. Через десять минут она остановила свой выбор на брюссельском кружеве «англетер», с затейливыми фигурными фестонами по краям, а по основному тончайшему полотну с красивыми мелкими цветами и завитками листьев.

— Цветов на платье не будет. Только букет, — подумав, добавила она. — Ещё нужна фата очень прозрачная, невесомая и длинная, под тиару.

— À la perfection (фр. Прекрасно)! — заключила мадам.

— Ещё мне нужно два платья для подружек невесты: для этой прекрасной юной леди и вторая подружка придёт на примерку. Но она такой же комплекции как я, — Виктория повернулась к мисс Дантон. — Элайза, как ты считаешь белый или лавандовый цвет?

Девушка смущённо опустила ресницы.

— Мне, кажется, для такой юной девушки, белый цвет будет лучше, — заключила Виктория.

— Я согласна, — ответила Элайза.

Они выбрали прекрасную ткань и фасон для белых платьев подружек невесты и решили украсить их цветами лавандового цвета в тон платью Виктории. Пока подруги пили чай, Виктория выбрала для свадебного наряда белоснежное нижнее бельё с тончайшими кружевами и шёлковый белый корсет.

Виктория оставила чек на оплату заказа вперёд и спросила:

— Когда прийти на примерку, мадам?

— 10-го января, миссис Блэксмут.

— Отлично! Всего хорошего, мадам Дюмаж.

Они с подругами ещё гуляли по Бонд-стрит.

Артур же с друзьями посетили несколько магазинов на Сэвил Роу и, заехав на Бонд-стрит, купили обручальные кольца. Там они и встретили Викторию с подругами. Уставшие, но в хорошем настроении они ехали в Criterion, где Артур заранее забронировал стол на их компанию. Там они пообедали и отлично провели время, разговаривали в непринуждённой обстановке на различные темы, шутили, смеялись. Сеньор Вискотти явно ухаживал за мисс Дантон, а она смущённо опускала ресницы, когда он на неё смотрел. После джентльмены проводили дам домой.

Глава 28. Подарки и сюрпризы

Виктория любила отмечать свой день рождения исключительно в семейной обстановке и никогда не позволяла отцу и брату устраивать большие приёмы по этому поводу. Она всегда удивлялась, как же так её угораздило родиться в последний день года, и никогда не считала это значимым событием, даже немного грустила в этот день. Вот и сегодня с утра на неё напала меланхолия. Ещё один год пролетел, и она стала ещё старше, уже двадцать три. Но мысль о том, что она сегодня увидит Артура, заставила её улыбнуться.

Лорейн позаботилась обо всём в этот день: сервировка стола, цветы, меню. С самого утра Виктория получала письма и цветы от людей, которые её хотели поздравить. Первые цветы были от Артура с короткой запиской: «Люблю. Целую бесконечно», — она улыбнулась такой краткости и попросила поставить эти цветы в своей комнате, остальные заняли место в гостиных. На ужин они ждали Артура с друзьями, леди и лорда Стэтфорд с мисс Дантон, а также недавно вернувшегося из Франции, дядю Чарльза и Виктории — мистера Ричарда Форсета с супругой и их младшей дочерью. Ричард Форсет был младшим братом их отца и занимал важный пост в министерстве иностранных дел, был членом парламента. Так как Чарльз только начинал карьеру в политике, то дядя его всячески поддерживал.

Артур приехал раньше всех. Он хотел побыть с невестой наедине и, зайдя в гостиную, увидел Викторию. Она сидела на полу у рождественской ели вместе с племянником и читала ему книгу. Маленький мальчик показывал пальчиком на картинки и поднимал на тётю восхищённые глазки. Крофт застыл в дверях, засмотревшись. Эта сцена вызвала в нём тёплые чувства умиления, он знал, что Виктория будет прекрасной матерью. Она подняла глаза и встретилась с его взглядом. Улыбнулась любимому и, поцеловав Генри в щёчку, сказала:

— Генри, давай завтра продолжим. Уже собираются гости.

— Хорошо, тётя Толия, — мальчик обнял её своими ручками.

Артур подошёл к ним и протянул руку Генри.

— Добрый вечер, юный джентльмен.

— Доблый вецел, мистел Кофт! — малыш, совсем как взрослый, с достоинством джентльмена, пожал руку барона.

Артур подал руку миссис Блэксмут и помог ей подняться.

— Добрый вечер, Виктория!

— Добрый, Артур, — с нежностью в голосе ответила она, подарив ему улыбку и склонилась к племяннику: — Пойдёмте, мистер Форсет, я отведу вас наверх, — Виктория взяла Генри за руку. — Мистер Крофт, подождите меня в библиотеке.

Зайдя в библиотеку, где её ждал Артур, она остановилась у двери и, посмотрев на него, замерла. Он стоял у окна с раскрытой книгой в руках. На нём был безупречный серый смокинг, который красиво подчёркивал его широкие плечи, белоснежный воротничок, манжеты с золотыми запонками и белая гвоздика в петлице идеально дополняли его костюм. Крофт обернулся и, увидев Викторию, положил книгу на стол. Она пошла к нему навстречу и они, не говоря ни слова, обнялись.

— Какая же ты красивая, — тихо сказал Артур, проведя ладонью по спине в вишнёвом атласе.

— А я только что любовалась тобой, — с улыбкой посмотрела ему в глаза. — Жаль что свет никак не оценит красоту и удобство смокинга, — она провела ладонью по его плечу.

— Да высший свет, тяжело расстаётся со старыми традициями.

Артур приник к её губам, а потом прошептал на ушко:

— Как же я хочу ощутить тепло твоего тела, — поцеловал её шею.

Виктория закрыла глаза, и от его шёпота у неё по коже побежали мурашки. Волнующий трепет охватил её, а в груди разлилось тепло.

— И снова утонуть в твоих волосах, — Артур поцеловал её в висок и вдохнул тонкий аромат, исходящий от неё.

Возникшее в её груди, тепло от этих слов и его голоса, постепенно перерастало в жар, и она почувствовала возбуждение. Расстегнув