Ночь для двоих - Шерри Томас

От этой мысли тоскливо заныло сердце.

— В книге, которую я видел в твоем комоде, — кажется, это был путеводитель по Северной Италии, — было что-то о Капри?

— К сожалению, немного. У меня была еще одна книга, там было больше информации, но она была уничтожена вместе с остальной библиотекой.

Неожиданно на Вира нахлынули воспоминания о минувшей ночи: обнимающие его руки, чарующий голос, рассказывающий о далеком острове. Он понял, что никогда не задавался вопросом, как его извечная спутница — молоко и мед — поведет себя, столкнувшись с его кошмарами. Вероятно, он считал само собой разумеющимся, что они перестанут существовать, когда рядом будет его нежная утонченная спутница — само совершенство.

Элиссанда отвернулась от окна и подозрительно взглянула на супруга:

— Зачем ты заставил меня полночи слушать песни? Ты ужасный певец.

— В комнате твоей тети находился взломщик сейфов. Я должен был тебя задержать.

— Надо было сказать мне, и я предложила бы подержать ему лампу.

— Я не мог ничего тебе сказать. Ты выглядела так, словно искренне наслаждалась жизнью в доме дяди.

— Ну и глупо. Ты мог бы избавить себя от испытания этим браком.

Вир бросил ручку на стол. Внезапно воспоминания сменились. Теперь он мог вспомнить только моменты радости, связанные с Элиссандой: их сон в поезде, ее возмутительно искаженный монолог относительно домашних заготовок, после которого он посмеивался весь следующий день.

— Я бы не стал классифицировать этот брак как испытание. Скорее уж как обременительную ношу.

Она швырнула через всю комнату небольшой горшок с цветком. Терракотовый контейнер с грохотом разбился о каминную полку. Земля и росшая в ней орхидея полетели на пол.

— Прими мои искренние соболезнования.

Его идеальная спутница не знала, что такое гнев, в ее голосе никогда не мог звучать убийственный сарказм. И поскольку она не была настоящей, ей было легко не испытывать сильных эмоций, а только улыбаться, обнимать его и оставаться совершенством.

Маркиз не мог отвести глаз от реальной женщины, сидящей на подоконнике. Она была потрепана жизнью, но не сломлена. И все ее эмоции были сильными — гнев, разочарование, отчаяние и любовь.

Он взял тарелку с бутербродами и подошел к ней.

— Не стоит голодать. Лишившись сил, ты не поможешь ни себе, ни тете.

Леди Вир скорчила гримасу, как будто тарелка была полна живых скорпионов. Но когда он уже подумал, что она и ее сейчас швырнет на пол, Элиссанда вздохнула и пробормотала:

— Спасибо.

— Я прикажу принести горячий чай.

— Ты можешь не проявлять ко мне любезность и внимание. Я все равно не оценю.

Это он знал даже лучше, чем она.

— Неправда. Я еще не встречал женщины, которая бы умела быть настолько благодарной даже за сущие малости.

Она нахмурилась и отвернулась к окну.

С вечерней почтой пришло письмо от тети Рейчел.

«Дорогая Элиссанда,

по дороге в Лондон я встретила свою школьную подругу. Представь мой восторг! Мы решили остановиться в Эксетере и осмотреть достопримечательности. Миссис Холидей мечтает познакомиться с тобой. Она предлагает тебе сесть на семичасовой поезд из Пейнтона и выйти на станции «Куин-стрит». Мы ждем тебя в «Роугмонте».

Твоя любящая тетя.

P.S. Приезжай одна, она не любит незнакомцев.

P.P.S. Надень свои лучшие драгоценности».

Элиссанда отдала письмо Виру.

— Но у меня нет драгоценностей.

В этом-то и была ирония. Ее дядя сделал состояние на алмазах. Драгоценности — удачная форма помещения капитала. Они имеют небольшие размеры, легкие и высоколиквидные. Вот дядя и не хотел, чтобы она их имела.

— У меня остались драгоценности моей матери. Они подойдут.

Элиссанда потерла пальцами виски. Она даже не сразу почувствовала, как сильно у нее болит голова.

— Иными словами, я должна прийти в «Роугмонт» и покорно отдать драгоценности твоей матери?

— Не ты. Мы. Я тоже там буду.

— Ты же видел, что сказано в письме. Я должна быть одна.

— Он будет считать, что ты одна. Меня он не увидит. А я буду присматривать за тобой.

— Но если мы поедем вместе...

— Ты поедешь на семичасовом поезде, как он велел. А я поеду в Эксетер раньше и посмотрю, что там можно сделать.

Элиссанда не ожидала, что он поедет раньше. Она не хотела быть одна. Она хотела... она нуждалась... Да какая разница, в чем она нуждалась. Если он сможет сделать хотя бы что-то для возвращения тети Рейчел, пусть отправляется в Эксетер.

— Хорошо.

Маркиз легонько коснулся ее руки:

— Ты справишься с ним.

— Хорошо, — повторила она, отбросив воспоминания о последней встрече с дядей.

Он внимательно посмотрел на нее:

— У меня еще есть несколько минут до отъезда. Давай я помогу тебе подготовиться.