Квест Академия. Том 1 и 2 - Марина Ефиминюк

Старый маг осмотрел нас от макушки до пяток, задержал взгляд на переплетенных замком пальцах. Мы стояли под жестяным козырьком и по-прежнему держались за руки, хотя водонепроницаемый магический щит был давно погашен.

– Храмовник живет тремя домами ниже, – принял он нас за влюбленных, желающих немедленного благословения.

– К храмовнику в следующий раз, – не очень-то умно пошутил Илай и покрепче сжал мою руку, не давая расцепиться. – Сегодня мы к вам, господин заклинатель. Моя девушка…

– Я тебе не девушка! – шикнула.

– Моя женщина, – немедленно поправил он, едва не заставив меня зарычать, – выиграла спор и требует печать от курения. Немедленно.

– В начале девятого вечера? – удивился заклинатель. Согласна, нормальные люди в разгар вечера дурными привычками наслаждаются, а не избавляются от них.

– По горячим следам, – подтвердил Илай.

– Девушка, приходите завтра утром, – устало посоветовал маг.

– Я?

– Вы-вы. Зачем прятаться в потемках? Стесняться нечего, дело-то житейское. Поставим мы вам печать от неожиданностей, а если настаиваете, то и от курения.

– Каких еще неожиданностей? – искренне заинтересовалась я, покосившись на Илая, будто задавала вопрос именно ему. В ответ он кашлянул в кулак, стараясь скрыть смешок. В отличие от единственной дамы в нашем трио, он, похоже, прекрасно понимал, о чем толковал заклинатель.

– Тех самых, которые потом ножками бегают, кушать просят и растут как на дрожжах, – печально вздохнул старый маг. – Еще и печать от пьянства можно сообразить.

– Но я не страдаю пьянством, – ошалела я от щедрого предложения, а заодно от идиотской ситуации.

– Очень жаль, – заключил заклинатель. – У меня правило: если клиент ставит сразу три печати, то четвертая – в подарок.

– Господин заклинатель, а можно сегодня только от курения? – проговорил Илай, с трудом сохранявший серьезность. – Мне. Я доплачу за внеурочную работу.

– Ах, так это вы решили пристраститься к здоровому образу жизни. – Старик поскучнел. – По двойному тарифу.

– Естественно, – обаятельно улыбнулся заядлый курильщик, вставший на путь выздоровления.

Когда мы входили в дом, я тихо спросила:

– Говоря «бегают и кушать просят», он кого имел в виду? Кустик, что ли?

– Ага, – хмыкнул Илай. – Цветущие кусты жизни.

– Божечки!

Смущаться постфактум было глупо, поэтому я просто мысленно ругнулась нехорошим словом, в тысячный раз нарушив данный в начале учебного года зарок.

– Девушка будет присутствовать на магическом ритуале? – над стеклышками очков строго посмотрел заклинатель.

– Девушка воздержится, – буркнула я и выразительно плюхнулась на истерично скрипнувший стул.

– Молодой человек, вы хорошо подумали? – начали пытать Илая. – Потом снять печать будет дороже.

– Ее можно снять? – возмутилась я, не дав молодому человеку открыть рот. – А такая, чтобы не снималась, существует?

Так и знала, что дело нечисто! Слишком просто он согласился избавиться от пагубной привычки!

– Кто платит, тот заказывает музыку, – развел руками заклинатель.

Илай что-то хотел вставить, но я немедленно выпалила:

– Доплачу!

– Ведьма, – буркнул он.

– Печать для усмирения нрава тоже можно поставить, – оживился маг, неожиданно в начале девятого получивший двух горяченьких клиентов с целым букетом пагубных привычек и отвратительных черт характера. Просто золотая жила, а не клиенты!

– Хорошая идея, – кровожадно улыбнулся Илай. – Скидочку сделаете?

– И тюкнете ему на лоб! – рявкнула я. – Вы всех сильно обяжете. Спасибо, что предложили. Про скидку не забудьте!

Но последнее наставление они уже не услышали, дверь в соседнюю комнату закрылась, а я осталась в тесной приемной с блеклой тканью на стенах.

Некоторое время разглядывала трещащий светильник, потом заметила на высоком столике ворох объявлений об услугах «профессионального заклинателя с сорокалетним стажем», такие обычно вывешивали на столбы и заборы. Прислушавшись, не собираются ли мужчины вернуться, я быстро сцапала листовку, сложила и убрала в напоясный кошель. Не поймите неправильно, на всякий случай. Девушка должна быть предусмотрительной.

Илай пробыл у мага не больше десяти минут. Он вышел и начал немедленно надевать пальто.

– Поставил? – с подозрением уточнила я, как будто действительно волновалась, а не обманул ли.

– Хочешь проверить? – с неожиданной охотой он снова вытряхнулся из пальто, задрал правый рукав и продемонстрировал мне внутреннюю сторону предплечья без каких-либо знаков.

– Какая замечательная печать! Незаметная только, – хмыкнула я, но все-таки подошла и с любопытством исследователя аккуратно пальцем провела по бледной коже с выпуклыми прожилками вен. В том месте, где заклинатель поставил метку вдруг вспыхнул зеленоватым цветом мудреный знак, силуэтом напоминающий паука.

– Смотри-ка, не соврал, – стараясь скрыть смущение от этого неожиданно интимного прикосновения к мужской руке, съязвила я и немедленно, чтобы совершенно точно никто не заметил, что ведьма в замешательстве, поступила как натуральная ведьма – ткнула в печать кончиком пальца.

– Боже мой, Эден! Ты зачем в меня пальцем тычешь? – поморщился Илай от боли. – Я не статуя!

– Очень, очень жаль, – наигранно вздохнула я. – Статуи просто стоят и загадочно молчат. Тебе бы пошло. Не узнавал, у заклинателя есть печать немоты?

– И я уже готов ее тебе оплатить, – пригрозил он.

До академии доехали на кебе и благополучно успели до закрытия ворот. Дождь усилился и хлестал по въездной площади, ледяной ветер продувал до костей, а мы, держась за руки, неторопливо дошли до здания общежития, прикрытые магией от буйствующей стихии.

В выходные дни лестницы и пролеты были безлюдны, коридоры пусты и окутаны полумраком. Смотритель специально приглушал светильники для экономии магических светляков, нет-нет да норовивших потухнуть. Илай, выказывая удивительные манеры, проводил меня до двери. В закутке, как всегда, царила темнота, видимо, лампа мне не светила до самого выпуска. Притом в прямом и переносном значении этого слова.

Я полезла в напоясный кошель за ключом и… сложенное вчетверо объявление о возможности хитро предупредить всякие жизненные «неожиданности» коварно выпало. Недолго думая придавила листовку ботинком и начала с деятельным видом совать ключ в замочную скважину. Обычно попадала с первого раза, но после долгой прогулки руки замерзли, и меткость несколько увяла.

– У тебя из сумочки выпала бумажка, – проговорил Илай.

– Тебе показалось, – отмахнулась я. Божечки, зачем ты сделал его таким глазастым? Нет бы одарить куриной слепотой.

– И ты на нее наступила.

– Да не может быть!

– Подвинься, – сдвинул он меня и лично поднял объявление. На губах моментально вспыхнула ехидная усмешечка знакомого белобрысого придурка.

– Я взяла листовку для тебя! – вывернулась я. – Подумала, мало ли, твоим девушкам пригодится. Знаешь, жизнь длинная, учеба долгая, а кому хочется, чтобы неожиданности начали бегать и просить есть…

– Какая предусмотрительность, – протянул он, помахав листочком.

– Забирай-забирай, – кивнула я. – Потом спасибо скажешь.

Да что ж этот замо`к никак не отпирается? Замо`к, не видишь, мы сейчас с девичьей гордостью скончаемся от конфуза. Гордость уже издает