Квест Академия. Том 1 и 2 - Марина Ефиминюк

Разделенные широкой ареной, мы с Илаем встали друг напротив друга. Я сжимала волчок, напитывая его магией.

– Играть ради игры скучно, – заявил противник. Кольца волчка в его руке от любого движения вспыхивали яркими цветами.

– В средней школе тетка мне доходчиво объяснила, почему девочки не должны играть на деньги, – отказалась я делать ставки.

– А на что играют девочки?

– На интерес.

– Эден, в нашей команде может быть только один зануда, и это Ботаник. – Он мотнул головой, убирая постоянно падающую на глаза длинную челку. – Если выигрываешь ты, то я прощу долг.

– Нет никакого долга! – взбунтовалась я. – Из-за тебя меня в женском туалете едва не избили! И кустик напугали! Он до сих пор при любом шуме мигрирует под кровать.

– Ты же сама понимаешь, что те стерв… милые дурочки были обречены, как только заперли в уборной дверь.

– Ну хорошо. – Я выразительно закатила глаза. – Если выигрываю я, ты списываешь несуществующий долг, а если ты…

– То тебе покупать нам обоим содовую воду.

– Содовая вода? – с иронией уточнила я.

– Все, что крепче, обязан покупать мужчина, – развел он руками.

– Ты имеешь в виду кофе?

– Особенно кофе, – подмигнул он.

Глядя на парня, расслабленно сидящего на высоком стуле, я, к собственному ужасу, начинала понимать, почему девчонки рядом с ним сначала дурели, а потом, отлученные от тела, зверели. Он умел завлекать: лукаво смотрел из-под длинной челки, ухмылялся уголком рта, закидывал за голову руки, язвил, подтрунивал и вдруг резко, буквально на пустом месте, возвращал раздражающе высокомерный вид столичного сноба. Другими словами, Илай Форстад выглядел неприступной горой, которую хотелось всенепременно покорить.

– Согласна, – кивнула я и отвела взгляд. От греха подальше, а то, знаете, думается всякая чушь.

Ставки были сделаны, сделка заключена. Первый бой начался!

Мы выбросили волчки одновременно, но если у Илая конус провернулся буравчиком и, оставляя в воздухе светящийся след, разноцветным мерцающим вихрем легко заскользил по арене, то мой еще в полете развалился и рассыпался по дну частями. Противник остановил игру, заставив волчок застыть в воздухе, и с ироничной улыбкой развел руками:

– Эден, я восхищен.

А я чувствовала себя полной дурой. Совершенно не ожидала, что подло растеряла навыки. Как же мышечная память?! Как же это их хваленое: голова забыла, а руки помнят? Ничегошеньки они не помнят. Предатели!

– Схожу за напитками, – вздохнула я и сбежала к стойке, за которой маячил хозяин игрового заведения.

Содовая вода в кружках булькала и исходила белесым дымком. На вкус она была чуть кисловатой и ужасно, просто катастрофично колючей, царапала горло мелкими пузырьками. В восточных долинах напиток не особенно любили, даже на ярмарках, где, казалось бы, пили и ели абсолютно все, в том числе то, что не стоило пробовать, к палаткам с содовой никто не приближался. Простой народ не принимал столичных изысков и уважал традиции: предпочитал питье послаще и покрепче. То самое, за которое, если верить Форстаду, обязательно платили мужчины.

– Держи. Мое тоже. – Я поставила обе кружки на бортик арены рядом с Илаем (в тайной надежде, что он толкнет угощение локтем, когда будет бросать волчок, и тоже проиграет бой еще до его начала).

– Все мне? – удивился он.

– Не люблю содовую воду.

– Зачем купила две?

– Чтобы ты упился и лопнул, – съязвила я, хотя просто не хотела ставить парня в идиотское положение, что напиток ему покупала девушка.

Не притронувшись к угощению, Илай с любопытством следил, как я споро собирала игровой конус, прилаживала кольца, закрепляла снизу острие.

– Может, тебе дать парочку уроков? – принялся подтрунивать он. – Клянусь, абсолютно безвозмездно.

– Это был не проигрыш, а досадная случайность! – начала злиться. – Я даже деньги раньше выигрывала!

– Не очень-то верится, учитывая, что ты, Эден, не донесла волчок до арены.

– Пф-ф! – насмешливо фыркнула я. – Поднимем ставки?

– Ты сама предложила! – моментально уцепился он за брошенные в сердцах слова. – Делай ставку.

Вдруг стало очевидным, что Форстад очередной раз меня провоцировал, а я, глупая золотая рыбка, вытаращила глаза, схватила наживку и попалась на крючок. Опять!

– Если я выиграю, то ты поставишь у заклинателя печать от курения, – выдвинула совершенно невообразимое требование. Хотела предложить подстричься и превратиться в порядочного ботаника по крайней мере внешне, но ставка показалась не особенно притесняющей мужские слабости.

– Ла-а-адно. Принимаю. – Илай уперся ладонями в бортик арены, состроил вид, будто сильно задумался над ставкой, некоторое время разглядывал меня, словно что-то просчитывая в уме, но наверняка давно все решил. – Если выиграю я, то ты меня поцелуешь.

У меня вспыхнули щеки.

– Нет.

– Струсила, Эден?

– Можно подумать, я никогда ни с кем не целовалась.

Дура, ты действительно никогда и ни с кем не целовалась, кроме Илая Форстада!

– Признайся, ты боишься, что тебе понравится.

– Не испытываю желания за один раз поцеловать всю академию Дартмурт.

– Спасибо, мне польстило, – ни капли не обиделся он. – Сыграем на деньги?

– Хорошо, я согласна на ставку! – воскликнула, чтобы остановить поток дурацких шуточек.

– На деньги? – Он издевался.

– На этот твой поцелуй.

– На твой поцелуй, – с преувеличенным педантизмом поправил Илай. – Начинаем бой?

Гудящие от магии волчки, расплескивая вспышки света, подлетели в воздух и коснулись арены. Управлять моим было тяжело, как неповоротливой повозкой. Непослушный и тяжеловесный, он не хотел приноравливаться и слышать приказов, однако теснил противника. Неожиданно сверкающий смерч пошел юзом и от сильного удара разлетелся на части. Собрать волчок с помощью магии удалось в последний момент. Детали сошлись неровно, образовав кривую фигуру, но верчение продолжилось.

– Это против правил! – возмутился Форстад.

– Покажи, где написаны правила игры в волчки? – справедливо заметила я.

– Ты жульничаешь.

– У тебя научилась.

Удар! Волчок Илая разлетелся, части прыснули в разные стороны. Потухшее кольцо вылетело за пределы арены, и парень ловко его поймал. Я остановила конус. Тускло мерцая, он медленно вращался вокруг своей оси, изредка злобно вспыхивал и желал продолжить бой.

– Я что, выиграла?

Резким жестом я ослабила силу магии и волчок сорвался на дно.

– Признаю, ты мастер, – развел руками Илай, соглашаясь с победой. – Ты доказала, что когда-то действительно обдирала детишек как липки.

Только почему-то этот мастер в обтягивающих штанах, специально надетых, чтобы подчеркнуть стройные ноги, неожиданно ощутил разочарование из-за собственного триумфального выигрыша.

Через полчаса мы стояли на крыльце местного заклинателя и стучали медным молотком во входную дверь. На окне шевельнулась занавеска, потом нам открыли. На пороге появился невысокий сухопарый старичок с лысиной, прикрытой легким седым пухом волос, и с круглыми очками в тонкой оправе на длинном носу.

– Добрый вечер, – бодро поздоровался Илай. Признаться, он вел себя так, словно давным-давно