Любовь на пиках - Чарли Кочет

Пакстон вздохнул и кивнул.

– Ты прав, – его хмурый взгляд стал еще глубже. – Наша семья имеет привычку быть чересчур эмоциональной.

– И они называют меня королевой драмы.

Его отец захихикал, а затем их внимание привлек стук в дверь.

– Войдите, – сказал Колтон, радуясь появлению Кинга.

Этот человек был впечатляющим, без сомнения. В нем чувствовалось присутствие. Несмотря на то что он был ростом ниже Колтона и не такой мускулистый, как Рэд, он был больше, чем жизнь. Он был высок, его темно-русые волосы и ярко-голубые глаза резко контрастировали с загорелой кожей. Его брови были густыми, а заросшая щетиной челюсть топорщилась, и когда он стоял в боевой стойке с высоко поднятым подбородком, было ясно, что внутри Уорда Кингстона бьется сердце воина. Это был человек, который помог собрать воедино его разбитых братьев.

Пакстон прочистил горло и сделал шаг вперед.

– Кинг, я должен извиниться перед тобой и твоими людьми. Я позволил своим эмоциям взять верх над собой. Увидев Колтона в одной комнате с теми, кто пришел причинить ему боль... Я был вне себя. С моей стороны было неправильно угрожать таким образом. Контракт между «Морскими перевозками Коннолли» и «Четырьмя королями безопасности» в безопасности. Информация о связи Эйса с моим сыном не выйдет за пределы этой комнаты. Я даже позабочусь о том, чтобы это стало частью соглашения о конфиденциальности в новом контракте. Ты простишь меня за мое поведение?

– Вам не за что извиняться, мистер Коннолли. Вы имели полное право быть расстроенным. Уверяю вас, это единичный случай. Никто из наших сотрудников никогда не переходил эту грань с клиентом, и Эйс понесет ответственность за свои действия.

– Что это значит? – спросил Колтон, отталкиваясь от дивана.

– Когда Эйс стал эмоционально вовлечен, он поставил под удар себя, тебя и нашу фирму. Он должен был отстраниться от дела, но не сделал этого. В нашем деле доверие - это главное, Колтон, а Эйс это доверие нарушил. Нам очень повезло, что ты и твой отец - хорошие люди и могут простить эту неосмотрительность. Если бы это был кто-то другой, нам могло бы не повезти. Я не могу замять это дело, и Эйс это знает.

Решив вопрос с отцом, Колтон повернулся к Пакстону.

– Папа, можно нам занять комнату?

Пакстон кивнул. Он подошел к Кингу и положил руку ему на плечо.

– Ты благородный человек, Кинг. Ты и все твои люди, – он похлопал Кинга по плечу. – Не будь слишком строг к Эйсу, сынок. Любовь заставляет умных людей делать глупости.

Брови Кинга поднялись к линии роста волос, но он просто кивнул.

Как только Пакстон закрыл за собой дверь, Колтон заговорил.

– Что ты собираешься делать с Эйсом?

– Это еще не решено. В большинстве случаев я решаю, но мы все четверо - равноправные партнеры. Как бы мне ни хотелось сказать, что к нему не будет особого отношения, он наш брат и совладелец. Однако это не оправдывает его поступков, и он это знает. Мы все знаем. Мы вчетвером проведем встречу и обсудим, как двигаться дальше.

Колтон кивнул в знак понимания.

– То, как вы решаете вопросы в своей компании, не мое дело, но, как я уже говорил отцу, я был инициатором наших отношений. Эйс не хотел.

– Но он все равно продолжил.

– Знаешь, что пугало его больше всего?

Кинг наклонил голову, изучая его.

– Что же?

– Разочаровать тебя. Он любит тебя, Кинг. Ты его семья. Я имею в виду, вы все, но ты.... То, как он говорит о тебе. Ты - его герой.

Единственным признаком того, что Кинг расстроен, было то, как напряглись мышцы его челюсти, прежде чем он ответил.

– Тогда он не должен был предавать меня или своих братьев так, как он это сделал.

Колтон подошел к Кингу, возмущаясь.

– Дело не в тебе! Дело в нас и в том, что мы значим друг для друга. Я люблю его.

– Что? – впервые с момента появления в комнате Кинг выглядел ошеломленным.

– Я люблю его. Не знаю, когда это произошло, но это случилось.

Казалось, прошла минута, прежде чем Кинг повернулся и провел пальцами по волосам.

– Господи, – он потер заросшую щетиной челюсть и снова повернулся к Колтону. – Ты действительно любишь его?

– Думаешь, Эйс рискнул бы причинить тебе боль ради интрижки? Ради секса на одну ночь?

Кинг покачал головой и тяжело вздохнул.

– Нет.

– Я хочу быть с ним. Сделать его счастливым. После всего, что вы все пережили, разве он не заслуживает счастья? Быть любимым? Вы все этого заслуживаете, Кинг.

- Он рассказал тебе?

Это не было сказано как обвинение. В голосе Кинга звучало скорее любопытство.

– О том, что случилось с вашим отрядом? Да. О возвращении домой и о том, как ты помог ему и остальным братьям найти свой путь. Как он светится, когда говорит о тебе и своих братьях - вы его мир.

– Он должен был прийти ко мне, – тихо сказал Кинг.

– Он собирался. После того как все закончится, он собирался попросить у тебя совета, как нам вести себя на публике. Он ни разу не перестал думать о тебе или об остальных. Мы оба облажались по полной программе, я знаю это, но не каждый день встречаешь человека, ради которого стоит так рисковать.

Кинг кивнул.

– Спасибо за понимание.

Его телефон зажужжал, и он достал его из внутреннего кармана костюма, посмотрел на него, отправил быстрое сообщение и вернул его в карман.

– Прибыла полиция. Они берут показания у Эйса, так что мне нужно идти. Я дам тебе знать, когда придет время давать свои. А пока, пожалуйста, оставайся здесь. Рэд возьмет на себя обязанности Эйса. Я сообщу тебе, когда с ним можно будет связаться.

– Хорошо.

Колтон ненавидел, что не может поговорить с Эйсом, но не хотел усугублять его положение. Как бы сильно он ни хотел оказаться в объятиях этого человека, он подождет. Кто-то постучал,