Потерянный рыбак - Э. Энн Джуэл

— Я угощаю. Ты расчистил нам дорогу, — сказала я так, как сказала бы доброму незнакомцу. — Кофе. Черный?

Он кивнул и направился к столику, пока я заказывала напитки. И вместо того, чтобы занять место и ждать, пока назовут мое имя, я бродила вокруг кассы, читая рекламу праздничных напитков. Все, что угодно, лишь бы отсрочить неизбежное.

— Вот, пожалуйста. — Парень у кассы поставил два напитка на стойку.

Я глубоко вздохнула и направилась к столику. Фишер положил перчатки на стол, снял куртку, но его шапочка все еще была надета, а на лице появилось грустное выражение. Когда я села и расстегнула куртку, прошло несколько неловких секунд, прежде чем наши взгляды встретились. Но, как только это произошло, я поняла, что больше не нужно вести светские беседы.

— Мы были больше, чем друзьями, — сказал он так, будто ему было физически больно это произносить.

Я подумала, что это утверждение, но, возможно, это был вопрос. Может быть, ему нужно было подтверждение того, что то, что он вспомнил, было реальностью.

— Мы были больше, чем друзьями, — повторила я, давая ему подтверждение.

— И ты не сказала мне об этом, почему?

Покачав головой, я поджала губы.

— По нескольким причинам. Сначала я не считала нужным делиться этой информацией, учитывая, что ты помолвлен и мы все равно не виделись пять лет. И я не хотела давать тебе что-то, что ты не сможешь запомнить, и заставлять тебя чувствовать, что ты что-то должен мне взамен. Какое-то эмоциональное признание. Да и, честно говоря, мне это было не нужно. Мне нравилось, куда мы движемся. Мне нравилось наше настоящее. И чем ближе мы становились, тем меньше меня волновало то, что мы делили прошлое.

Я остановилась. У меня была целая куча других вещей, которые можно было бы сказать, но я должна была держать себя в руках и понять, в каком состоянии находится его голова после недавних откровений.

— Так мы… что? Мы просто трахались?

— Было физическое влечение. И мы развлекались, да.

— Развлекались. Но мы не спали вместе, потому что ты уже сказала мне, что отдала другому парню свою девственность. Верно?

Я кивнула.

— Я пытался заняться с тобой сексом?

Я сделала глоток кофе, потом еще один, покупая все время, прежде чем прочистить горло.

— Нет.

Он несколько раз моргнул, на его лице застыло нечитаемое выражение.

— Почему нет?

— Потому что я сразу предупредила тебя, что не собираюсь заниматься с тобой сексом.

— Но оральный не считается?

Мои щеки заалели от смущения, и я посмотрела в сторону стойки, чтобы проверить, не подслушивает ли нас кто-нибудь.

— Нужно ли вдаваться в такие подробности? Разве это имеет значение?

— Я просто пытаюсь понять.

— Ну… — Я продолжала смотреть на столик: —…у тебя амнезия, так что, возможно, ты никогда ничего не поймешь.

— Может быть, если ты расскажешь мне все факты, все детали, я смогу понять.

— Как Энджи? Она выложила тебе все. Ты понимаешь свою любовь к ней? Или лучше сказать, до того, как ты уехал в Коста-Рику, ты понимал свою любовь к ней?

— Что это значит? До того, как я уехал в Коста-Рику… — Он сузил глаза.

— Ты хорошо провел время? Массаж для пар был в той же комнате? И как это работает? Если они действительно думают, что вы пара, значит ли это, что вы раздеваетесь для массажа в той же комнате? Ты снял с себя всю одежду для нее? А она сняла свою для тебя? Что насчет комнаты, где вы остановились? Там было две кровати? Потому что на фото в Instagram кажется, что там была только одна кровать. И прежде, чем ты ответишь на этот вопрос, предупреждаю… Энджи рассказала мне, Роуз и Рори о своих планах на вашу поездку. Она попросила номер с одной кроватью, а не с двумя. Массаж для пар. О, и мы не должны забывать о сексуальном нижнем белье, которое она купила, чтобы надеть для тебя. Тебе оно понравилось? Пытался ли ты заняться с ней сексом? Или ограничился оральным, как со мной? Это был оральный секс на всю ночь? Потому что на фото в Instagram, где ты спишь в постели, ты выглядел совершенно измотанным. О… и это определенно выглядело так, будто ты был голым под простыней, так низко лежащей на твоем торсе.

Я была так зла, что у меня задрожали руки, когда я схватила свой кофе. Сердце бешено колотилось. А моя челюсть работала сверхурочно, скрежеща зубами.

— Ты закончила? — спросил он, выглядя совершенно незатронутым моей длинной речью.

Я встала.

— Думаю, мы закончили.

Фишер перевел взгляд с меня на свою чашку с кофе, и через несколько секунд кивнул, натягивая куртку и натягивая перчатки на пальцы.

Я не хотела этого. Я просто была так зла и так обижена. И устала. Рори была права. Я была эмоционально истощена на ближайшие сто лет. Почему у него не было защиты? Ни одного оправдания или объяснения своим действиям? Почему он не мог хотя бы солгать мне, показать отчаяние, как будто мысль о том, что между нами все кончено, задела его? Это потому, что все, что я сказала, было правдой? Неужели у него не было защиты? Неужели он хотел, чтобы между нами все закончилось?

— Я отвезу тебя домой. — Он взял меня за руку, чтобы повести к двери, но я отдернула ее. Падение на заснеженной парковке было бы менее болезненным, чем еще одна секунда его прикосновений ко мне после ее прикосновений.

У Фишера хватило наглости слегка вздрогнуть, словно его задел мой жест. Я протиснулась мимо него к двери и потащилась по снегу к его машине.

Когда он заехал на мою подъездную дорожку и поставил машину на стоянку, он повернулся ко мне.

— Это я?

Я взялась за ручку двери и медленно посмотрела на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Твоя первая любовь? Ты сказала мне, что он не готов к тому, чтобы его нашли. А ты называешь меня своим потерянным рыбаком. Я — это он? Ты влюбилась в меня? Я тот болван, который не захотел лишить тебя девственности даже после твоего предложения?

В тот момент я так и не рассказала ему о нас. Это было ужасное чувство — быть настолько эмоционально раскрытой без единой унции признания. Мне не нужны были вопросы «Ты меня любишь?». Мне нужно было «Я любил тебя, и я помню это. Каждое чувство. Каждый момент. Каждую эмоцию».

Я открыла