Следуй по пути из лепестков персика 2 - Ольга Сергеевна Ануфриева

Почти взлетев по ступеням, она подбежала к краю стены, где стоял большой деревянный домик в китайском стиле над самыми воротами, и вцепилась пальцами в перила с чувством безнадёжной обречённости, трагично вглядываясь вдаль. Наташа увидела вдали карету, повозку, несколько пеших военных и несколько чиновников сидящих на конях. Позади них на лошади, постоянно оборачиваясь, ехал второй принц Ли Бэй Ху.

Бэй Ху заметил на стене Мин Жень и её развивающиеся от ветра чёрные, как смоль, волосы, поскольку резко остановился, что Гюрен даже встал на дыбы, и с радостью на лице посмотрел на Наташу. Он ждал, он знал, что она обязательно придёт! Ветер донёс ржание коня и знакомый голос Ли Ху, но что он сказал, было совершенно не разобрать. Кавалькада остановилась вслед за принцем, но он им дал отмашку, чтобы они продолжали путь.

Наташа улыбнулась и помахала молодому человеку обеими моментально взмывшими над головой руками: «он верил в меня, знал, что я приду, поэтому и не сел в карету». Ли Ху, радостно улыбнувшись, ответил ей, махнув в ответ, но более сдержано и лишь одной рукой.

Немного покрасовавшись и погарцевав на лошади кругами, второй принц Ли Бэй Ху, ещё раз полюбовавшись на свою возлюбленную, нерешительно отправился вслед за колонной, что должна была его сопровождать.

Ната с грустью и тоской прощалась с удаляющейся на коне фигурой взглядом и одновременно открыла шкатулку, оставленную для неё ИМ.

Внутри оказалось в несколько раз сложенное письмо и вырезанная из дерева половинка бабочки. Мин Жень осторожно провела подушечками пальцев по гладкой поверхности дерева: «Наверное, у него вторая половинка».

Бабочка была очень красиво и искусно вырезана, украшена резьбой и покрыта лаком.

«Цинь Жань он тоже, помнится, рыбку вырезал…»

— Замолкни, сама знаю! — с иронией осекла она начавшее нашёптывать чувство здравого смысла, сейчас совершенно не хотелось его слушать. Это только подростки думают, что человек за двадцать пять или за тридцать должен выглядеть и вести себя, как престарелый учёный биоробот. И только когда подрастут, они поймут, что душа человека не меняется, лишь наполняется из-за прожитых лет мудростью и опытом… хорошим и печальным. Даже в сорок человек остаётся человеком, таким же, каким был в пятнадцать. И чем старше человек, тем больше он хочет стать моложе и вернуться в свою беспечную эмоциональную юность… с крепким, выносливым, здоровым и сильным телом.

— Барышня Мин Жень! Барышня, вот вы где! — отвлекли её от мыслей слова, наполненные отдышкой от бега её личных помощниц.

— Вы успели увидеть господина? — спросила Хуан Цзао.

Наташа горестно отрицательно покачала головой:

— Но он знал, что я приду. Оставил мне письмо и половину деревянной бабочки.

— Ух ты, как в легенде про бабочек-влюблённых! — тихонько, но радостно захлопала в ладоши Ци Шуй.

— Давайте, вы мне дома расскажете и письмо прочитаем, а то здесь много ушей, — снисходительно улыбнулась Ната и посмотрела по сторонам.

* * *

Вернулась домой Наташа очень быстро и незаметно. Жэн Суй рассказал, что даос Шень-нань сейчас находится в храме на горе Кунтин. После прочтения письма, трепетно рассматривая вырезанную специально для неё половинку бабочки, Мин Жень попросила рассказать ей легенду о влюблённых бабочках.

— Это легенда о любви Лян Шаньбо и Чжу Интай. Её, наверное, все-все знают, — пояснила Ци Шуй.

Хуан Цзао, Мин Лан и Мин Джу кивнули и сели поудобнее положив голову на руки. Наташа тоже улеглась с комфортом.

— Чжу Интай была прекрасной и образованной девушкой, девятым ребёнком в семье и при этом единственной дочерью состоятельного аристократического семейства Чжу из Шанъюя. Женщины обычно не посещают школы, но Интай убедила отца отправить её учиться, будучи переодетой в юношу, — начала повествование Ци Шуй. — Во время пути в Ханчжоу, она и повстречала Лян Шаньбо, книжника из Куайцзи. Они разговорились и не просто подружились, а почувствовали духовное родство. После, по обычаю, набрали немного земли, зажгли благовония, и принесли клятву братства на крутом мосту, став названными братьями. Три следующих года они учились вместе, и Чжу поняла, что безумно влюбилась в Ляна. Хоть Шаньбо был умён, как и Интай, но всё же он не замечал её женственности, хотя Интай пыталась всячески намекнуть ему.

— А прямо нельзя было сказать⁈ — возмущённо проговорила Мин Жень-Наташа. — Да и как можно существовать с человеком три года в одном пространстве и не понять, что она девушка⁈ Тем более, что намекала! Как может умный человек не понять намёков⁈ Хотя, наверное, ботаник какой-то был, думал всё о высоком. Вот в который раз убеждаюсь, что все проблемы людей от того, что они не разговаривают друг с другом!

— Ботаник? — уточнила Хуан Цзао, желая обзавестись в своём лексиконе новым словом.

— Слышала от путешественников с запада, что так называют учёных, занимающихся изучением и выращиванием растений, — ответила Гу Мин Жень. — И что было дальше?

— Однажды Чжу Интай получила письмо от отца, в котором он просил её срочно вернуться домой, и Интай спешно собралась в путь. В сердце она уже призналась Шаньбо в своих чувствах и поклялась в вечной верности, но не имела возможности попрощаться с ним лично. Перед отъездом она рассказала правду жене владельца школы и попросила передать возлюбленному Ляну нефритовую подвеску в качестве подарка-помолвки. Лян Шаньбо не понял намёка, но догнав соученика, следует за «названным братом» восемнадцать ли. В дороге Интай делает Ляну подсказки, призванные натолкнуть его на мысль о том, что она женщина. Однако Шаньбо всё также не понимает намёков, и перед прощанием Интай просит юношу навестить дом Чжу, чтобы познакомиться с «его сестрой».

— Господи, зачем ей сдался такой тугодум⁈ — возмущённо воскликнула Наташа. — Зачем было так всё усложнять?

Ци Шуй и Хуан Цзао пожали плечами, а Жэн Суй усмехнулся.

— Не вежливо учить кого-то, если не просили. Говорить прямо тоже, иначе человек обидится, подумав, что сомневаются в его умственных способностях.

— Несколько месяцев спустя Лян всё же приехал в гости к соученику Чжу, — продолжила Ци Шуй, — и обнаружил, что его названный брат — прекрасная и умная девушка. Шаньбо безумно влюбляется, и они клянутся друг другу в вечной верности. Однако их счастье нарушают родители Интай, которые уже присмотрели ей богатого и знатного жениха по имени Ма Вэньцай. А Лян их совершенно не устраивает, и они категорически против отношений влюблённых. Новость об этом разбивает Шаньбо сердце и душу, и он заболевает от тоски и страданий. Болезнь протекает тяжело, и он умирает.

— В смысле… умирает⁈ — глаза Наташи