Когда мы встретимся вновь - Виктория Александер

Алексей поймал его взгляд:

– Роман, как бы я ни дорожил тобой, я не хочу, чтобы ты сопровождал нас. Ты должен подумать о леди Овертон.

– Ерунда! Мое место рядом с вами.

– Нет, Роман. Я благодарен тебе за твою лояльность, но ты останешься здесь, мой старый друг, – покачал головой Алексей.

Роман продолжал протестовать, но потом все же сказал:

– Как вам угодно, ваше высочество.

Алексей после долгого молчания вдруг спросил:

– Ты считаешь, что я глупец, Роман?

– Не мое право судить об этом.

– И тем не менее...

– Да, ваше высочество, и немалый глупец. – Роман был откровенен. – Мысли о благе своего народа не имеют никакого отношения к судьбе одной женщины...

– Глупости, я...

– Она заслуживает лучшего, ваше высочество. Возможно, она сама хочет отдать все свои дни изгнанному принцу со всеми его сомнениями.

Алексей поморщился:

– Постарайся не говорить таким умоляющим тоном.

– Вы не хотите, чтобы я еще рассказал вам то, что я думаю, ваше высочество? – пожал плечами Роман.

– Нет, говори.

– Из всех ваших сожалений, из всех раскаяний и жертв эта может оказаться самой большой и опасной.

Подняв свой бокал, Алексей сказал:

– Я это, мой друг, знаю.

– Добрый день, Грэм. – Памела быстро вошла в дом, снимая перчатки.

Меньше всего в это утро она хотела совершать конную прогулку в городском парке. Ей хотелось каждое мгновение и каждую ночь быть с Алексеем. Теперь она была уверена, что он любит ее. Он пока еще не сказал ей этого, но об этом говорили его прикосновения, а еще больше – глаза. Он, конечно, преуспел в любовных играх, но в них было что-то большее, чем только страсть. Она сердцем чувствовала это. Теперь только надо заставить его признаться в этом.

Но Кларисса в это утро так настойчиво, как никогда, звала ее на прогулку. Это было странно, ибо она редко бывала такой настойчивой.

– Где все?

– Леди Смайт-Уиндом в гостиной. Она просила вас зайти, как только вы придете, – сказал Грэм.

Памела остановилась. Даже победа над Николаем вчера вечером не развеяла ее сомнений.

– А где его высочество?

– Он на собрании в библиотеке, мисс.

– Неужели? – Повернувшись, Памела поспешила в библиотеку.

– Не надо, – остановила ее Кларисса, схватив за руку. – Не надо им мешать.

– Я не собираюсь им мешать, – солгала Памела. – Я просто хочу знать, о чем они говорят. Я знаю, что все это важно и касается его высочества. – Она пронзительно посмотрела на дворецкого. – Моего жениха, я думаю. У меня есть право на это. Вернее, это моя обязанность – все знать.

– Ты можешь узнать, когда они закончат, – решительно сказала Кларисса и почти толкнула ее к двери в гостиную. – Тетушка Миллисент хочет нас видеть.

– Что ж, хорошо, – вздохнула Памела и направилась вслед за кузиной в гостиную.

– Мои дорогие девочки, как вы себя чувствуете в это прелестное утро? – Тетушка вскочила с софы, чтобы обнять племянниц. – У меня чудесные новости!

Памела и Кларисса переглянулись.

– Я выхожу замуж за Уинчестера, – сообщила им сияющая от счастья тетушка.

– Уинчестер? – Кларисса посмотрела на Памелу.

– Мужчина, с которым она чуть было не обвенчалась, – пояснила Памела.

– Я думала, что вы, тетушка, противница всего постоянного, – удивленно вскинув брови, сказала Кларисса. – Брак – это же постоянство, как я полагаю?

– Я к этому времени, должно быть, преодолела антипатию к некоторым вещам. – Тетушка Миллисент махнула рукой. – Постоянство в отношениях с Уинчестером – это как счастье на небесах.

– Вы более не собираетесь бросать его в церкви? – не без иронии спросила Памела.

– Я и тогда не собиралась. – Тетушка, вздохнув, снова села на софу и уверенно сказала: – Это из тех случаев, которые сами собой случаются.

– Значит, это может случиться опять?

– Уинчестер не позволит, – уверенно сказала тетушка, поудобнее усаживаясь на софе. – Мы с ним много говорили вчера вечером. Кажется, он по-прежнему любит меня и хочет быть со мной. Я собираюсь позволить ему быть со мной до конца дней своих.

– Вы сидите на подушке? – неожиданно спросила у тетушки Памела.

– Во время разговоров он вдруг положил меня к себе на колени и отшлепал как следует. – Тетушка хихикнула. – Это было чудесно! Отшлепать женщину – не самое худшее, что можно для нее сделать.

– Господи! – простонала Памела.

– О, как это интересно! – воскликнула Кларисса.

– Кларисса! – укоризненно упрекнула ее Памела.

– Просто удивительно, – пробормотала притихшая Кларисса.

– Поистине удивительно. – Тетушка Миллисент наклонилась поближе к племянницам. – Все было чудесно. Это было впервые, только вчера вечером...

– Вы уверены? – Памела села рядом с тетушкой.

Та кивнула:

– Да-да, это было великолепно...

– Только не это, – быстро сказала Памела.

Ей не хотелось слушать детали.

– Вы всегда говорили, что никогда не выйдете замуж без любви. Брак без любви ничего не стоит.

– О, он любит меня, и я люблю его. – Тетушка покачала головой. – Я же любила его двенадцать лет тому назад, но была слишком глупа и не призналась в этом. А он был слишком горд, чтобы признаться, и поэтому тоже был глупым. Теперь мы стали старше и мудрее. Я не хочу терять время, поэтому обращаюсь к вам обоим. – Она похлопала по сиденью софы, приглашая Клариссу сесть с ней рядом. – Уинчестер хочет повенчаться сейчас же, прямо в этом доме. У меня нет желания на этот раз передумывать, но я помню его отношение к венчанию в церкви.

– Он умен, – сказала Кларисса.

– У него есть здесь, в городе, красивый дом и прелестное поместье в деревне. – Тетушка смотрела то на одну, то на другую племянницу. – Мы с ним будем жить то в городе, то в деревне.

– Это значит, что в этом доме вы не будете жить? – медленно выговаривая слова, спросила Памела.

– Временами. – Тетушка взяла племянниц за руки. – Уинчестер прекрасно понимает, почему я не могу оставить вас двоих жить здесь без дуэньи. Он согласился посещать меня время от времени.

Посмотрев на Клариссу, Памела покачала головой:

– Я не уверена, что мы это вам позволим.

Кларисса кивнула, соглашаясь: