Оставь мне музыку! - Мира Ризман

***

Платье село точно по фигуре, а благородный цвет и удачный фасон сделали Вирджин немного привлекательней. Во всяком случае, крутясь перед зеркалом, она находила себя вполне милой, но леди Фрая оказалась ей решительно недовольна.

— Ты не пользуешься косметикой? — строго спросила она, оценивающе оглядев Вирджин, когда та пришла в беседку.

— Пока не приходилось, — вынуждена была признаться Вирджин, ощущая себя посрамлённой. Прежде её мало интересовал макияж, хотя половина её одноклассниц ещё с начала средней школы тайком подкрашивали ресницы.

— Я дам тебе пару уроков, — заявила Фрая, и почему-то Вирджин подумалось, что эти уроки ей не очень понравятся.

А тем временем круглый стол нагружался прекрасными блюдами и напитками, будто бы за ним собирались что-то праздновать. И чего тут только не было, и редкие фрукты, и дорогие морепродукты, и даже стейк из мраморной говядины, и это не говоря о десяти видов сыра, бесчисленных нарезок и закусок. Стол буквально ломился от яств, однако Корин притащила ещё одну тележку со снедью.

— Корин! — возмутилась Фрая. — Сейчас только десять утра! Ты хоть подумала, о наших фигурах?

— Никто не заставляет тебя всё это есть, — недовольно поджала губы Корин. — И вообще я не для тебя старалась!

— Не вздумай съесть больше трёх блюд! — гневно обратилась к Вирджин Фрая. — Иначе точно получишь несварение и проваляешься полдня у Мэл!

Но Фрая волновалась совершенно напрасно. Несмотря на невероятные запахи и потрясающий вид, Вирджин особого аппетита не испытывала, потому, скорее пробовала, чем ела. Корин, конечно, подсунула ей гораздо больше обещанных трёх блюд, но, не заметив особого увлечения едой, быстро охладела.

* * *

— Кормить девушек и омэйю — сплошное разочарование! Ни те, ни другие просто не могут по достоинству оценить вкус! — проворчала она, подтягивая к себе тарелку с устрицами в винном соусе.

— Не всем так повезло с генетикой, — нахмурилась Фрая. — Многие, вообще-то, от еды толстеют!

— Да только посмотри какая она тощая! — возразила Корин. — Тут же кости все видны!

— Не говори ерунды! — впервые вмешалась смуглая брюнетка, имя которой Вирджин пока не знала. — Мы все знаем, что Кирэй-сама предпочитает стройных девушек.

— Но это не повод изводить себя голодовками, Маки! — бросила негодующе Корин. — А ты, Вирджин, запоминай. Завтрак у нас всегда в десять, обед — около трёх, а ужин ровно в шесть! И я буду весьма признательна, если ты поможешь мне с сервировкой! Ты же пока ничем не занята?

— Нет, — Вирджин качнула головой. — И с радостью помогу.

— Ну хоть кто-то! — довольно фыркнула Корин, одарив Фраю многозначительным взглядом, но та даже бровью не повела. Вместо этого она вновь решила заняться Вирджин. Фрая не очень-то церемонилась в своём желании непременно и как можно скорее привести её в надлежавший вид. Вирджин буквально затащили в личные покои, вновь заставили умыться, а затем начался настоящий ад. Кремы, маски, масла и, конечно, не обошлось без выщипывания бровей. Всё это сопровождалось бесконечными рекомендациями и советами. Но больше всего Фрая возмущалась подстриженными коротко ногтями.

— Такой маникюр может носить только ребёнок! — безапелляционно заявила она, потратив не меньше часа на полировку и аккуратную покраску. Возможно Фрая намеревалась проделать что-то ещё, но её отвлекла появившаяся в дверях та самая миловидная шатенка, что посчитала Вирджин милой.

— Довольно косметических процедур! У малышки совершенно нет платьев! — возмутилась Ая, и следующий час был посвящен снятию, казалось, просто бесконечных мерок. Выходя от Аи, Вирджин уже думала, что сможет немного отдохнуть в своих комнатах, но не тут-то было. Спустя всего десять минут к ней постучалась Маки. В руках она держала целую корзину цветов.

— Тебе нужны духи, — с порога заявила она, — так что выбери, пожалуйста, основу и те запахи, которые тебе нравятся. Мэл потом всё приготовит.

С этим заданием Вирджин справилась довольно быстро. Всё-таки она хорошо разбиралась в цветах, чем заслужила большое уважение от Маки и, конечно же, острожное предложение помогать с оранжереей.

— Ты только не подумай, что я собираюсь взвалить на тебя все трудности, — поспешила заметить Маки. — Но обрезку значительно проще делать вдвоём.

Выпроводив очередную гостью, Вирджин принялась было осматривать свои покои, но застряла у первого же книжного шкафа. Читая названия с корешков, она даже удивилась, насколько интересные книги полагались любовницам. Но, не успев прочесть и половины, снова была потревожена. Теперь к ней пожаловала та самая Мэл. Ей оказалась курносая брюнетка с белоснежной кожей, так похожая на фарфоровую статуэтку. Мэл, конечно же, принесла образцы духов, и они просидели ещё пару часов, разбираясь в ароматах. Острое обоняние Вирджин вновь заслужило похвалу и новое предложение. Мэл тоже не отказалась бы от помощницы. Вирджин пообещала, что обязательно заглянет, как только они с Маки управятся с обрезкой кустов. Едва Мэл удалилась, как раздался мелодичный звон колокола, а в дверь вновь постучали. На пороге стояла последняя незнакомка.

— Эстэль, — представилась златокудрая красавица. — Я пришла за тобой, чтобы сопроводить тебя на обед.

— Уже обед? — простонала Вирджин, совершенно не понимая, как на такую ерунду, которой она до этого занималась, могло уйти столько времени.

— Советую поспешить, иначе Корин снова будет дуться, — хитро подмигнув, произнесла Эстэль.

За столом велась обычная беседа. Так как день стоял жаркий, девушки решали не настала ли пора купаться. Фрая мрачно твердила, что море ещё не прогрелось, и они могут все простудиться. С ней больше всех спорила задорная Корин, заявляя, что если слушать Фраю, то купаться можно будет только раз в году на солнцестояние! Добродушная Маки предложила не спорить, а просто сходить на пляж и немного позагорать, отчего меланхоличная Мэл решительно отказалась. Портить свою прекрасную кожу она была не намерена. Активная Ая пыталась убедить всех не сидеть просто так, а поиграть в мяч.

— Если будем двигаться, никто не замёрзнет и не заболеет. Мэл, можешь не раздеваться, чтобы сберечь кожу, и не забудь свою шляпу с широкими полями!

Последняя идея была принята более благосклонно, пока молчавшая всё это время Эстэль не заметила,