Моё пушистое величество, или Новый Год для Властелина - Алиса Чернышова

— Но потом пришли драконы.

Это звучало двусмысленно, учитывая, что у меня на родине дракон является в первую очередь метафорой, символизирующей императорскую власть. Также мужское начало в творении, но в первую очередь всё же власть и силу, конечно — по крайней мере, если мы говорим об очевидных символах. У нас водятся драконы, преимущественно грозовые и речные. Но это в первую очередь магические животные, полубоги, во многом лишённые человеческих слабостей.

Забавно, что местные драконы объединяли в себе не только два обличья, но и два понимания драконьего символа: их сила была почти божественной, но их слабости оставались всего лишь человеческими.

Как неоднократно показывала история множества миров, это очень опасное сочетание.

— Нет. То есть, драконы пришли, это да; но не сразу. Сначала этот мир нашли дивные, просто потому что у них свои собственные отношения с Древом, дарованные их отцом и создателем. Не уверен, что есть мир куда дивные не могут прийти. Так что да, ши заселили этот мир, но их природа настолько близка к фоморьей, что они сразу стали своими. Потом люди, но они научились сосуществовать… Не без проблем. И именно тогда стало очевидно, что баланс нарушен. Люди были… добычей и агрессорами, проблемой в экосистеме, как принято порой говорить о таких вещах. И именно тогда поднялся вопрос о том, чтобы заключить местный вариант Великого Договора.

Я кивнул, показывая, что понимаю, о чём речь: под “Великим Договором” как правило подразумевался свод принципов, по которым будет возможно сосуществование духов и людей в рамках одного или нескольких миров. Разумеется, всё было намного сложнее, чем только это, но суть такова. Обычно, вспоминая о “Великом Договоре”, подразумевают тот, что запечатал однажды техногенные миры. Однако, в рамках каждого мира возможны варианты. Только логично, что тут есть свой.

— ..Значит, люди, фоморы, духи и ши заключили договор, я понимаю верно?

— Да. После чего этот мир окончательно принял людей.

— ..И вот потом пришли драконы.

— Да.

Тут уже дальше и объяснять-то нечего.

— Дальше, я думаю, нечего объяснять, но сам догадываешься: после всего, что драконы совершили, никто не стал бы добровольно перезаключать с ними Великий Договор. Да и не смогли бы, говоря откровенно: драконы очень уж постарались на ниве истребления местного населения и подавления традиционной магии. А для заключения нового Договора было необходимо выполнения ряда условий, вроде присутствия истинной Королевы Эльфов и как минимум семи фоморьих Королей, рождения уникальных драконов, принадлежащих исключительно этому миру, божественного одобрения и межмировых свидетелей… В общем, это всё не так просто, с сакральной и магической точки зрения. И, тем не менее, лорд Бонифаций был тем, кому доверили эту миссию.

— Кто в здравом уме… — начал я, но под скептическим взглядом многочисленных глаз Бордо примолк.

— Что-то он не похож на великого спасителя мира, — только и отметил я. — Не слишком ли он для этого… жалок?

Бордо хмыкнул.

— Не все великие деяния награждаются соответственно; собственно, зачастую не награждаются. Не притворяйся, как будто ты этого не знаешь.

Не буду.

Мне ли не знать, какие вещи возносят на вершины — и как мало отношения к истинному величию они обычно имеют. И всё же…

— Но неужели существо, занятое такой важной миссией, не заслужило почёта, более устойчивого положения, славы? — меня можно назвать самодуром и даже властным мудаком. Но даже в худшие свои дни я бы постарался держать максимально близко существо, которое является настолько ключевым игроком и носит с собой великую судьбу.

Бордо вздохнул.

— Ну, во-первых, ты удивишься, но далеко не всех по-настоящему интересует богатство и статус. Особенно если тот, о ком мы говорим, и не человек вовсе, а разумный кот-оборотень с миссией. Опять же, лорд Бонифаций провёл при императорском дворе много лет; также ему приходилось жить при дворе недавно коронованной Эдели Болотные Огни. Он твой ровесник, так что за это время успел увидеть достаточно, чтобы очароваться, разочароваться, смириться и разобраться. Если бы он хотел власти, она бы у него была; если бы он хотел признания, мог бы его заслужить. Однако, его миссия из тех, что не предполагает величия или признания. Он добивается равновесия, но, к сожалению, очень мало кого оно интересует: большинство, говоря это слово, предпочитают быть теми, в чью сторону склоняются весы. Опять же, не то чтобы он анонсировал свои подлинные цели; сейчас, как и всегда, лорд Бонифаций именно там, где он нужен, и нигде больше.

— Вот оно как. Значит, в некотором смысле путь этого кота и леди Шийни схож?

— В некотором смысле. И леди Шийни, разделяя его взгляды, с удовольствием помогает ему там, где может.

Я снова покосился на парочку.

Дурацкий гаремный кот! И ведь его, как выяснилось, даже не убьёшь… По крайней мере, не устроив одному отдельно взятому миру “экологическую катастрофу”. Вот ведь как бывает!

35

— Что же, спасибо большое за информацию. И всё же, что ты хотел обсудить?

Бордо клацнул жвалами.

— Может быть, я просто соскучился. И захотел составить тебе компанию — и заодно рассказать всякое.

— Может быть, — хмыкнул я, — но ты сам учил меня, что не бывает на этом свете событий и действий, у которых есть только одна причина и только одно последствие. Так что…

— ..Хоть чему-то толковому ты учишься, значит. Да, отвечаю на твой вопрос: леди Шийни попросила, чтобы кто-то из нас составил тебе компанию и заодно обсудил новости.

Информация, которую я запрашивал? Быстро.

Как и ожидалось от Паучьей Королевы.

— Новости?

— Во-первых, леди Мин жива и здорова, но отправилась на северную границу решать очередной вопрос с кочевниками. Судя по всему, это произошло в вечер перед твоим исчезновением.

Ну, могло быть хуже.

— Вот как… Кто отдал распоряжения?

— Советник Лит, хотя на документе стоит твоя личная печать.

..и могло быть лучше.

Но, по крайней мере, теперь почти нет шансов на разночтения.

— Какова официальная позиция по поводу меня?

— Ты в заточении, чтобы стабилизировать магическую энергию дворца перед рождением сына, и оставил управление лорду Литу и Её Величеству Первой Жене.

— Что с остальными моими жёнами и наложницами?

— Её Величество вторая жена отбыла на южную границу усмирять живых мертвецов и пропала