Искушение Злодея - Алекса Дж. Блум

Дьявольская усмешка искажает черты лица Ривена, когда он заставляет Элис приблизиться к краю.

— Это твое наказание, сестренка. Когда все закончится, ты больше никогда не посмеешь снова предать меня.

— Нет, пожалуйста!

Мои руки немеют от их железной хватки. Я сама во всем виновата. Как безумная, пытаюсь вырваться, чтобы предотвратить то, что должно произойти. Но у меня нет ни единого шанса.

Чувствую, как по щекам катятся слезы.

— Не делай этого, Ривен, умоляю! Я сделаю все...

Слишком поздно.

В тот же миг он кладет руку на спину Элис. Она одурманена и не понимает, что происходит. А затем он толкает ее.

— Нет!

Элис безмолвно падает вниз.

Не знаю, сколько я стою в оцепенении, уставившись на то место, где она только что находилась. Он накачал ее таблетками и сбросил с башни, чтобы ее смерть выглядела как самоубийство.

Перед глазами проносится картина случившегося, и меня захлестывает ярость.

Ривен возвращается с пистолетом в руке. Он самодовольно ухмыляется, словно спас мир. Хотя с каждым его вдохом мир становится только хуже.

— Ты убил ее! Мучил и...

Когда он останавливается передо мной, его удар достигает цели. На несколько секунд земля уходит из-под ног. Моя челюсть пульсирует.

Я поднимаю взгляд и смотрю в карие глаза своего брата.

Как он способен творить такие вещи и не испытывать ни капли раскаяния?

Как один человек может вмещать в себя столько ненависти?

Элис мертва.

Вероятно, от нее не осталось ничего, кроме огромного кровавого пятна на земле.

И все это из-за меня.

Я потерпела полное поражение.

— Почему? — Не уверена, услышал ли он меня, потому что с губ сорвался лишь хриплый шепот.

— Что? Говори громче, если не хочешь, чтобы твой дружок стал следующим.

— Зачем ты это сделал? Элис? Мама и папа?

— Элис — твоя жертва, не моя. Ты убила ее.

Я убила Элис?

Ривен склоняет голову набок и издевательски ухмыляется.

— Пойдем, Лучиана. Больше никого не осталось, кого ты могла бы спасти. Все кончено.

Он убил их всех.

Так когда же он будет следующим?

— Где ты похоронил маму и папу? — Я смотрю в глаза монстру напротив. Монстру, который называет себя моим братом.

— Рядом с твоим самым большим страхом. Ты же знаешь, как я люблю играть с твоими страхами, любимая сестренка. — Он убирает пистолет, чтобы схватить меня за плечо. Ривен так пристально смотрит мне в глаза, что я боюсь стать его следующей жертвой. — Диспетчерская рядом с колесом обозрения.

Он похоронил их, словно каких-то животных. Даже могила на кладбище показалась бы ему излишней роскошью.

Его прикосновение обжигает мою кожу хуже любого клейма.

Внезапно что-то за его спиной привлекает мое внимание.

Дверь.

Она распахивается шире.

И в проеме появляется синяя маска.

В следующий миг пуля рассекает воздух. Скотта и Каина отшвыривает от меня в сторону. Кто-то хватает меня сзади, и воздух болезненно вырывается из моих легких.

Какого черта здесь происходит?

46

Эйс

Никакие слова не способны передать, насколько я зол на нее.

Мы были в пути точно в назначенное время, когда раздался звонок от Ксавье. Проклятый звонок, потому что он сообщил, что Октавия сбежала. Пока он трахался с Эддисон.

Никогда прежде я не бегал по этому лесу так быстро. Когда я увидел труп — точнее, останки — рядом со смотровой башней, меня охватил настоящий ужас.

Истинный страх.

Только тогда я познал, что это такое.

Это могли быть останки Октавии.

Теперь я резко хватаю ее и оттаскиваю за свою спину, становясь живым щитом. Ронан и Данте расправляются с оставшимися Жнецами — отправляют их в глубокий нокаут — пока я наставляю пистолет на Ривена. Он валится на землю, схватившись за кровоточащую рану на боку, и смотрит на нас выпученными глазами.

— У него за спиной пистолет, — шепчет Октавия дрожащим голосом мне на ухо. Хотя из-за маски я не могу увидеть ее краем глаза, я чувствую, как ее рука ложится на мои ребра.

Я делаю шаг вперед и приставляю пистолет к голове ее брата, который корчится от боли.

— Все кончено.

Призрак выхватывает его пистолет. Я киваю ему, и он исчезает в тени.

— Тогда покончи с этим, Шэдоуфолл, — сипит Ривен, выплевывая струйку крови рядом с собой. — Стреляй.

— Нет.

— Почему? Ты боишься?

— Быстрая смерть — слишком мягкое наказание. Ты будешь медленно истекать кровью.

Ривен захлебывается кашлем и медленно оседает на землю. Его отчаянные попытки вдохнуть оказываются тщетными. Он уже не в силах что-либо изменить.

Я опускаю пистолет и оборачиваюсь к Октавии. Не могу разглядеть выражение ее лица, но, полагаю, она одновременно шокирована и испытывает облегчение.

Я касаюсь ее подбородка свободной рукой.

— С тобой все в порядке? Ты ранена?

— Я в порядке.

— О чем ты только думала? — Возмущенно поднимаю руки и отступаю. Теперь, когда буря, кажется, утихла, моя злость вырывается наружу.

— Я хотела вас спасти.

— Спасти нас?! И при этом подвергнуть себя опасности? — Я гневно качаю головой. — Ты же обещала!

— Мне жаль. Ладно? Я знаю, это была ошибка, но в тот момент другого выхода не было.

Данте поднимается и подходит к нам с окровавленными кулаками.

— Простите, что прерываю вашу ссору, но эти двое без сознания. Переходим ко второй фазе?

— Да. Отведите их в общежитие... — мой взгляд падает на Ронана, — в стеклянную клетку. Мы прибудем чуть позже.

— Вторая фаза? А что будет Ривеном? И почему вы не убили тех двоих?

Мои руки дрожат, как осиновый лист. Я провожу рукой по волосам, словно это способно привести в порядок царящий в голове хаос. Позади нас ее брат издает булькающие звуки. Еще немного, и он испустит последний вздох.

— Первая фаза заключалась в том, чтобы убить Ривена и спасти Элис. — О провале этой части плана я предпочитаю умолчать. — Вторая фаза — оставить Ривена здесь и забрать его приспешников. Они станут нашим алиби и напишут записку. Все должно выглядеть так, будто это они приложили руку к его смерти.

Она откашливается и вытирает руки о джинсы.

— О-окей.

Я зол на нее, но ее вид приглушает мои эмоции. Легкая дрожь охватывает ее тело, и она нервно переминается с ноги на ногу.

— Мы поговорим, когда все закончится. Хорошо? Сейчас нужно позаботиться об алиби. — Я делаю шаг к ней. — Мы справимся, Маленький Шторм. Никакая, даже самая сильная буря не станет для нас непреодолимым препятствием. Поняла? — Осторожно целую ее в лоб.

— Спасибо, Эйс, — легкая улыбка трогает уголки ее губ, но