Полуночные признания - Дж. Л. Кенна

— Послушай меня, — говорю, приподнимаясь на коленях, касаясь его лица. — Он должен был относиться к тебе лучше, но не стал. Твои родители должны были, но не стали. Ты не можешь изменить прошлое, но можешь быть выше этого. Твои попытки оставаться равнодушным лишь приводят к взрывам вроде сегодняшнего. Ты даешь ему то, чего он хочет, – внимание.

Руки Алека скользят по моей коже, пальцы впиваются в поясницу, притягивая ближе. Он прижимает лоб к моему. Его голос – шепот.

— Я не позволю ему втянуть тебя в это. Не позволю сделать тебя разменной монетой.

— Он уже сделал. Когда ты солгал в люксе вместо честного противостояния – ты сам превратил меня в игру. Но это можно исправить. Игнорируй его. Это его криптонит.

— Я игнорировал…

— Нет. Ты отказывался реагировать, но уделял этому внимание. Твои родители любят тебя, я здесь с тобой, у тебя есть всё, Алек. Глубоко вдохни и выдохни. Раз и навсегда.

Его лоб сильнее давит на мой. Руки сжимают, прижимая мое тело к нему.

— У меня есть всё, что нужно, — повторяет он.

Щеки пылают под его прикосновением, а в животе танцуют бабочки от его слов.

— В каждой книге, что я читаю, есть злодей, Алек. Знаешь, что неизменно ставит их на колени?

Он медленно и нежно целует меня в губы.

— Что? — шепчет.

Уголки губ взлетают.

— Любовь, — говорю, касаясь его губ. — Убей его любовью. А остальное забудь.

Он усмехается, его улыбка отражает мою. Он встает, берет меня за руки и поднимает. Прижимает губы к моим, обвивает талию руками и слегка приподнимает меня над полом. Я смеюсь в поцелуй, бью его по груди, пока он не ставит меня на ноги.

— Убить любовью, да? — его тон теперь игривый. — Это твой гениальный план?

— Лучше, чем орать при твоих родителях, что вырежешь ему гребаный язык, — смеюсь.

— А когда ты швыряла мои костюмы на пол, Уинтер… — моя ухмылка полна веселья. — Ты убивала меня любовью? Или это была ревность?

— Боже, да тебя только костюмы и волнуют! — закатываю глаза. — Ревновала, возможно. Но и ты тоже.

Его глаза расширяются, губы так близко, что чувствую их вкус.

— Ты пошла на свидание с другим. Я был не просто ревнив. Я был смертельно опасен.

— Заслуженно! — мое лицо светится флиртом. — Я пошла с ним, только чтобы забыть о тебе!

Он резко кивает, улыбка растягивается до ушей. — Истина вскрылась.

— Пошли, — говорю, вырываясь из объятий. — Ты обещал мини-экскурсию. А потом – хороший ужин. Твои мама с папой были так счастливы до этого. Давай вернем им этот вечер.

Направляюсь к двери, но он обвивает рукой мою талию, притягивая обратно. Приподнимает бровь, кивая в сторону кровати.

— Ни за что! Не буду заниматься с тобой сексом, пока твоя семья наверху, Алек!

— Я не говорил о сексе, — его губы скользят по шее к челюсти. — Может, просто немного орального…

— Алек! — смеюсь, вырываюсь и иду к двери. — Пошли.

— Гримм… — он скрежещет зубами, но я игнорирую. — Уинтер!

Его взгляд предупреждает: не переступай порог. Усмехаюсь через плечо и выхожу в коридор.

— Маленькая дрянь! — шипит он.

Мой смешок перерастает в хохот. Ускоряю шаг, слыша, как его шаги за спиной учащаются. Успеваю подняться лишь на полпролета, как сильная рука Алека хватает меня за лодыжку и стаскивает на ступеньку вниз. Хихикаю, извиваюсь, а он уже нависает надо мной, как грозовая туча. Прижимает своим телом к ступеням.

Он вжимает набухшую твердь между моих бедер, его губы касаются уха. — Дай мне отведать твою восхитительную розовую киску, прежде чем мы поднимемся.

Дрожь пробивает меня так сильно, что глаза сами закрываются, а спина выгибается. Тело само рвется раздвинуть ноги, но эта чертова юбка-карандаш не дает.

А он продолжает, голос низкий и голодный.

— Я хочу подняться и убить брата любовью, пока вкус твоей киски еще свеж на моем языке.

Призрак Джейн Остин!

Самое время для стоп слова – зажим для сосков!

Глава 26

Смотреть Ричарду и Милдред Фокс в глаза за ужином, зная, что я только что испытала оргазм в их домашнем спортзале, пока они сидели наверху и ждали нас, будет непросто, но не невозможно. Полагаю, это будет сродни возвращению на ланч в отель с мокрыми от возбуждения трусиками. Смотреть в глаза всем подругам после того, как меня только что трахнули у стены, потому что Алек должен был напомнить, кому я принадлежу.

Разница между первым и вторым? Все мои подруги точно знали, чем мы занимались. Молю Бога, чтобы Ричард и Мидж не распознали мой после-оргазменный румянец. А Хейден... ну, надеюсь, земля разверзлась и засосала его обратно в адское логово.

Когда мы с Алеком выходим из коридора за руку, понимаю, мои молитвы остались без ответа. Семья Алека переместилась с террасы в дом и теперь сидит за обеденным столом. А Хейден, который, к несчастью, не был низвергнут в ад, сидит справа от Ричарда и слегка поворачивается, когда мы подходим. Мидж во главе стола, напротив Ричарда, оставляет нам с Алеком места напротив Хейдена.

— Прости за ту вспышку. Это было грубо и неблагодарно. Мам.

Алек наклоняется и целует ее в щеку, проходя мимо.

— Я ценю всё, что ты для нас приготовила. Давайте просто приятно поужинаем.

Алек отодвигает мой стул, сажусь и чувствую, как кожа зудит под вызывающим взглядом Хейдена. Он что, слышит мои мысли? Вполне возможно. Он идеальный кандидат на демонические способности.

— Хейден, ты меня слышишь? — мыслю, глядя ему прямо в глаза. Если судить по его мимике – да, потому что он щурится в ответ. — Ты мудак, — продолжаю, забавляясь, и кладу салфетку на колени.

Алек садится рядом, без промедления протягивая руку через стол.

— Брат…

Хейден смотрит на протянутую руку, затем коротко кивает и пожимает ее.

— Очень хорошо, — говорит Ричард. — Приступим к еде? Сыновья, поблагодарите маму за ужин.

— Спасибо за ужин, — говорит Алек, поднимая блюдо с лазаньей и кладя квадратик на