Нежеланный брак - Джо Беверли

В этот момент кто-то завел механизм и розовощекий гренадер, выстрелив из мушкета, упал на ковер. Его ножки несколько раз смешно дернулись. Это привлекло внимание Арабеллы, она взвизгнула и потянулась к игрушке.

Ее отец поднялся с пола и подошел, чтобы взять ее на руки.

— Нет, нет, моя маленькая Сливка. Учись не поддаваться жалости к раненым солдатам. Они умеют разбивать сердца честным девушкам. — Он улыбнулся Хэлу, нимало не смущаясь тем, что тот ранен, а затем повернулся к Бет:

— Добро пожаловать в наш дом. Какого рода безумие томит ваше сердце? Здесь вы всегда сможете найти родственную душу.

Бет невольно бросила взгляд на Люсьена, и Николас это заметил. Впрочем, выражение его лица нисколько не изменилось.

— Не знаю, — поспешила ответить она. — Думаю, безумие мне вообще несвойственно.

— Тогда поговорите с Арабеллой. — Он усадил ей на колени девочку. — Из всех здесь присутствующих она одна совершенно нормальна.

Бет никогда прежде не держала на руках младенца. Самым младшим девочкам в школе мисс Маллори было по семь лет. Арабелла же нисколько не стеснялась: она удобно устроилась у нее на коленях, ткнулась головой ей в грудь и сунула в рот кулачок.

— Какой милый ребенок, — обратилась Бет к Элеоноре.

— Да. — Элеонора стала серьезной. — Иногда мы получаем бесценные дары из самых неожиданных мест. — Она улыбнулась. — Ей пора есть, а потом спать. Если вы не против, мы могли бы пойти наверх и выпить чаю в спокойной обстановке, пока я буду ее кормить.

Это предложение показалось Бет странным, но она согласилась.

Элеонора взяла дочь на руки и поднесла ее к мужу, чтобы он поцеловал малышку.

— Хороших сновидений, Сливка.

Арабелла улыбнулась отцу, а потом с серьезным видом повернулась к матери. Очевидно, насущные потребности желудка возобладали над правилами хорошего тона.

Бет размышляла над тем, является ли это милое создание причиной или результатом нежных отношений между ее родителями. Бет никогда не жила в семье и даже представить себе не могла, что бывают такие любящие отцы, как Николас Делани.

Она невольно отыскала взглядом Люсьена. Он улыбнулся ей:

— Пойдите и поучитесь тому, как это нужно делать. Я хочу, чтобы наш ребенок был таким же милым и послушным, как Арабелла.

— Мне казалось, что вы хотите наследника рода Белкрейвенов, — приподняла бровь Бет.

— Нет, этого хочет мой отец. А я хочу много маленьких Арабелл. И только потом наследника рода Белкрейвенов, — лукаво улыбнулся он.

Учитывая, что она все еще была девственницей, этот разговор в присутствии посторонних показался Бет неуместным.

— Как жаль, что мужчины сами не могут выносить и родить ребенка, — насмешливо произнесла она. — Тогда мы могли бы разделить бремя осуществления ваших грандиозных планов. — Ее слова были встречены общим смехом, и Бет поспешила присоединиться к Элеоноре и Эми.

— Правильно, — похвалила ее Элеонора. — Мужчины иногда считают, что родить ребенка так же просто, как испечь буханку хлеба. Холлигирт, — обратилась она к дворецкому, — принесите нам чай в будуар, а потом узнайте у мужчин, чего хотят они.

Бет провела восхитительный час в непринужденной беседе за чаем. Разговоры в основном касались беременности и воспитания детей, и она с интересом слушала рассуждения Элеоноры на эту тему. Когда-нибудь и для нее эта тема станет актуальной, правда, пока это казалось невероятным. Ей хотелось попросить у этих двух милых и явно счастливых в браке женщин совета, как заставить мужа оказаться в ее спальне, но она не осмелилась.

Когда пришло время расставаться, Элеонора Делани обняла Бет:

— Я рада, что вы пришли. Вы непременно должны навестить нас снова. Здесь не всегда такой бедлам, как сегодня. Просто сейчас все собрались в городе, чтобы узнать что-нибудь новое о Наполеоне. У Питера брат в сорок втором полку, а остальные четверо из старой «Компании». Они привыкли собираться у нас, — пояснила она.

— Да… У вас очень уютный и счастливый дом.

— Это правда. Но счастье не так-то легко нам досталось. Больше она ничего не сказала, но Бет все поняла и сама.

* * *

Когда дамы оставили гостиную, Николас Делани обратился к своим друзьям:

— Прошу внимания, джентльмены! Все шестеро повернулись к нему.

— Элеоноре не нравятся разговоры о Девериле. Не нужно ей также знать, что я снова готов впутаться в неприятную историю. Однако мы не можем допустить, чтобы этот человек продолжал заниматься своими грязными делишками.

Его слова были встречены гулом одобрительных возгласов.

— Я всесторонне изучил ситуацию. Судя по всему, у него теперь еще больше денег, чем в прошлом году. Должен сказать, что ему каким-то образом удалось лишить Терезу Белэр большей части добытого обманным путем состояния — это не может меня не радовать, — но я не могу допустить, чтобы дела его процветали. Хотя бы потому, что этот человек может использовать деньги во зло другим.

— Но как мы можем ему помешать? — спросил лорд Мидлторп.

— Пока не знаю, Фрэнсис. Насколько мне известно, он не держит деньги в банке и не делает никаких капиталовложений. Думаю, золото хранится у него дома в сундуках.

— Ты предлагаешь кражу со взломом? — усмехнулся Хэл Бомон.

— Нет, — нахмурился Николас. — Мы все порядочные люди, кроме того, среди нас есть члены парламента.

— Я глух, как телеграфный столб, — отозвался из-за стола блондин и снова погрузился в свои бумаги.

— Так что же? — спросил Хэл.

— А вот что, — начал Николас. — Первым делом по возвращении в Англию Деверил нанял команду головорезов. Они охраняют его самого и его дом так, что к нему не подступиться. Идея проникнуть в его жилище и выкрасть сокровища кажется мне весьма соблазнительной, но я не хочу доставить ему удовольствие поймать меня с поличным и предать суду. Нужно найти другой способ прибрать к рукам его состояние.

— Я слышал, он собирается потратить часть денег на приобретение невесты, — проговорил лорд Мидлторп.

— Вот еще одна причина, по которой мы просто обязаны разорить его, — отозвался Николас Делани. — Его пристрастия слишком грязны и отвратительны даже для проституток, не то что для порядочной женщины.

Стивен Болл, член парламента, вдруг обрел слух и вмешался в разговор:

— Его обвиняли в убийстве девушки, тело которой было найдено в реке несколько месяцев назад. Над ней жестоко надругались. Она только приехала из провинции и была чиста и невинна, как ягненок. Впрочем, улик было мало и расследование зашло в тупик.

— Или просто в дело были запущены большие деньги, — сердито пробурчал Люсьен. — Этот негодяй на все способен.