Королевская охота - Инна Брюсова

Екатерина без теплоты наблюдала за его маневрами, безошибочно угадав в них желание помириться.

— Ну-с, а вы, Екатерина Васильевна, готовы к встрече Нового года? — светским тоном продолжал Леонид Максимович, усаживаясь на диван. Усевшись, потянул за ухо спящего Купера, сказав при этом: — Ах ты, зверь!

— Готова! — кратко ответила Екатерина. — Чай? Кофе?

— Чай! Большую чашку и очень крепкий. С коньяком и лимоном!

— Есть, гражданин начальник!

— Почему «гражданин»?

— Я же под домашним арестом.

— Ну, какие пустяки! Какой домашний арест! Я же пошутил тогда, а вы и поверили. Вы — наш самый ценный секретный агент с дамскими логикой и интуицией, который очень помог следствию. В американской полиции, например, привлекают ясновидящих, а до женской логики не додумались.

— Ничего не помогла! А разве следствие уже закончено?

— Ну что вы! Там еще работы непочатый край! — Он посмотрел на Екатерину и спросил прямо: — Обижаетесь?

— Обижаюсь, — также прямо ответила Екатерина.

— Но хоть понимаете, что я был прав?

— Понимаю, но…

— Всегда есть «но», которое портит всем жизнь, как ложка дегтя! Я же о вас пекся! Вы не представляете себе, насколько близко вы подошли к краю. Даже не подозревая о том! Ну как, я прощен? Я, может, жизнь вам спас!

— Посадив под домашний арест!

— Но ведь под домашний же, а мог ведь и куда подальше упечь! Для пользы дела. Так что скажите спасибо!

Они помолчали. Леонид Максимович помешивал ложечкой чай.

— Знаете, Екатерина Васильевна, — начал он, — вы как ребенок, который нашел золотую монету и сменял ее на оловянного солдатика.

— Какого еще солдатика?

— Ну, это я образно выражаясь. Имея в виду, что вы не знали ее ценности.

— Что-то я не вижу никакой монеты!

— Ну вот, вы не только не осознали ее ценности, но и вовсе не заметили!

— Леонид Максимович, а вы собираетесь арестовать Ситникова?

— Александра Павловича? А что, стоит?

— Не знаю. Я вам все рассказала! Он — единственный, кто мог это сделать, у кого был мотив. Да просто некому больше!

— Какой мотив? Мне ничего не известно о его мотивах!

— Я неудачно выразилась! Я хочу сказать, что он был настолько близок к ним всем, что все эти убийства близких людей как-то взаимосвязаны… — Она замолчала, не зная, как закончить фразу.

— Близкие люди, близкие убийства! Виноват, не понял! А вы верите, что он убийца? Или, решив, что с ним не все чисто, «сдали» его нам, как и подобает всякому достойному члену общества?

Екатерина задумалась. К сожалению, убийцы не всегда соответствуют описанию мэтра Ламброзо. Можно сказать, никогда не соответствуют. Они — самые обыкновенные люди. Внутри — другие, но этого сразу не разглядишь.

— Не знаю. Я знаю только то, что я общалась с пятью известными вам людьми. Им всем я послала письма. Я не знаю, убили ли эту несчастную Ларису, приняв ее за Зинаиду, из-за моих писем. Может быть. Ведь до этого ее не трогали.

— А вам не приходит в голову, что ее не трогали по той простой причине, что ее не было в городе? А приехала — и…

— Может, и так, пусть не из-за моих писем. Но все равно, это был тот же, кто убил Алину и Елену. Тот же, кто пытался убить меня. Кто-то из известной вам пятерки! Тот же, кто убил Алину, Елену и Ларису! Ведь ни с кем больше я не встречалась. И не разговаривала.

— Значит, согласно вашей теории убийца — Ситников! А ведь он-то знал Зинаиду в лицо!

— Ну, видел один раз! А в прихожей было темно. Я не знаю, он это или нет, но ему, согласитесь легче это было сделать, чем кому-либо другому! А потом, откуда он мог знать, где в моем доме кухня?

— Да, кухня — это серьезно! А вы верите, что он мог устроить это дикое зрелище?

— Не знаю! Чужая душа — потемки. Но если честно, то не думаю.

— Значит, один из пяти! И главный подозреваемый — Ситников, потому что он сообразил, где у вас кухня! За что вы его так не любите? А хотите, скажу, где вы прячете кухню? Вторая дверь по коридору налево! Ну что, угадал?

— Нет. Совсем не там!

— Ну ладно, это я пошутил. Ваша логика безупречна… для, как бы это сказать, для безвоздушного пространства. Есть вы, есть пятеро предполагаемых убийц, есть три жертвы. Даже четыре, если считать с вами. А вокруг — десятки различных людей: друзья, знакомые, сослуживцы. Знаете, есть такие две замечательные теории, теория распространения информации и теория накопления информации.

— Боюсь, я о них не слышала.

— Это легко. Слушайте. Допустим, вас заинтересовало нечто. Возьмем самый бытовой пример. Чтоб вам было понятнее. («Нахал!» — подумала Екатерина.) Вы решили купить автомобиль. Скажем, «фольксваген» последней модели, знаете, «жучок» такой смешной, одинаковый спереди и сзади. Почему? Ну, не знаю. Фантазия у вас такая. Вдруг увидели в журнале и заторчали, как выражается моя младшенькая. До этого вы его никогда не видели, вам не попадалось ни одного объявления о его продаже, ни одной рекламы, и к вам никто не подходил и не предлагал его купить. И вот вы говорите соседу Стасу: «Слушай, Стас, не знаешь, никто не продает «фольксваген»?» «Не припомню», — отвечает Стас. Ваш вопрос в виде информационной волны ушел в пространство. И через какое-то время к вам начинает поступать информация — то в журнале увидели, то по телевизору, то объявление о продаже где-нибудь на столбе. И в итоге вы становитесь обладателем коллекции материалов по данной теме. Не замечали?

— Не задумывалась. Но звучит интересно. И понятно даже мне! Но… не может ли быть, что вы раньше просто не интересовались этой машиной и информация о ней проходила мимо?

— Браво, Екатерина Васильевна! Конечно, может! Скорее всего так оно и есть!

— То есть теория не выдерживает критики?

— Не выдерживает!

— А кто ее автор?

— Боюсь, что ваш покорный слуга!

— Чувство юмора на мне свое оттачиваете?

— Нет, просто хочу вам напомнить, что мы живем, тесно общаясь друг с другом. И тот факт, что мы годами не видим нашего соседа по лестничной клетке, не значит, что мы ничего о нем не знаем. Согласны? Мы слышим его через стенку. Мы слышим о нем от других соседей. И находимся, более или менее, в курсе его дел. Я вас еще не утомил своими занудными рассуждениями?

— Нет, я вас внимательно слушаю!

— И вот вообразите себе, Екатерина Васильевна, что существует некто, назовем его «мистер икс», который занят противозаконными деяниями. У него есть помощники-соучастники. Алина случайно узнает, чем занимается этот, нет, не «мистер икс», о нем она даже не подозревает, а его помощник. И обещает вывести его на чистую воду. И платит за это жизнью. Затем Елена, зная характер сестры, предполагает, что ту убили. И решает действовать. Трудно сказать, на что она рассчитывала и верила ли в успех, посылая эти письма. Может, просто успокаивала тоску по сестре. Отдавала долг, как она это понимала. И тут возникает вопрос: попала она пальцем в убийцу или нет? Кстати, вы уверены, что она их послала?