Негасимое пламя - Патриция Филлипс

С этими словами Рис повернулся, чтобы уйти, не заботясь о том, что представляет собой отличную мишень: он успел заметить приготовившегося стрелять лучника. Рис едва успел дойти до узкой стрельчатой двери, как мимо его уха просвистела стрела и воткнулась в щель между камнями.

Все, кому не надо было дежурить на крепостной стене, собрались в большом зале. Одного взгляда, украдкой брошенного на Уолтера, было достаточно, чтобы Джессамин стало ясно: вряд ли от него будет какая-то польза. Ее брат тяжело опустился в кресло, едва не упав при этом. Когда она заговорила с ним, Уолтер оглянулся, и она со страхом увидела на его лице глуповатую ухмылку.

— Все в порядке, не так ли, сестричка? — пробормотал он невнятно. Голос его слегка дрожал, лицо было перепачкано вином.

— Пока да. Почему бы тебе не пойти к себе, Уолтер? Тем более что самое страшное уже позади.

— Хочешь от меня избавиться?

— Послушай, завтра тебе станет лучше!

— Лучше? Если мне станет еще лучше, чем сейчас, я просто умру! — Он попытался встать, уцепившись за стол, но ноги у пего дрожали, глаза были мутными. За спиной сестры маячила какая-то высокая фигура. Уолтер с трудом сообразил, кто этот мужчина. — Хорошая работа, лорд Рис. Вы надежный союзник.

— Спасибо, Уолтер, — сухо ответил Рис, заметив, что брат Джессамин попросту напился. — А теперь отправляйтесь спать, завтра поговорим.

— Ну, о чем ты… еще рано! Мы ведь можем сыграть в шахматы, — промямлил Уолтер и предпринял еще одну неудачную попытку выпрямиться. — Послушайте… я так счастлив! Мы сыграем партию в честь нашей победы.

Рис покачал головой:

— Только не сегодня. Это был нелегкий день. Не забывай, я с утра успел поработать плотником, потом тушил пожары… так что партию в шахматы мы сыграем завтра. Идет?

Уолтер уже начал было плаксиво ворчать, как вдруг неожиданно для всех лицо его расплылось в улыбке и он мешком свалился в кресло.

— Ладно, уговорили… Завтра так завтра!

После этого он упал головой на стол и захрапел. Рис позвал слуг, чтобы те перенесли своего хозяина в постель. Джессамин не знала, куда девать глаза.

— Я должна извиниться за Уолтера. Он никогда не переносил вида крови, так что этого следовало ожидать. Теперь ты и сам видишь, что из него плохой помощник.

— Ты не можешь всю жизнь оберегать его, — тихо сказал Рис. Он любовно пригладил ее растрепавшисся волосы и направился в сторону собравшихся в зале воинов.

Тут были и его люди, и воины Кэрли. Поговорив с ними, Рис объяснил каждому, чего ждет от них. А старый Саймон уже проникся искренним восхищением к высокому темноволосому валлийцу и всем его людям и догадывался, что и воины Кэрли испытывают те же чувства. И сейчас, когда лучники Риса должны были рассредоточиться вдоль стен вместе с солдатами гарнизона, никто и не подумал возражать.

Освободившись наконец, Рис сел ужинать вместе с Джессамин.

— Как ты думаешь, мы еще в опасности? — спросила она, когда они разделались с супом.

Рис тяжело вздохнул. Ему так не хотелось разрушать ее иллюзии!

— Джессамин, не хочу тебя обманывать… Похоже, что сейчас замку ничто не угрожает, но я не уверен, что они не вернутся! Будем надеяться, что такой крохотный замок, как твой Кэрли, не так уж важен для сэра Ральфа и он предпочтет оставить все как есть. К тому же им неизвестно, получим ли мы подкрепление. Если повезет, они даже не узнают, что я покинул замок. Конечно, если не позаботились оставить поблизости своих шпионов.

— Когда ты собираешься уехать?

— Я смогу остаться здесь дней на десять, не больше, Я и так рискую опоздать, особенно если погода испортится. Если отряд не прибудет в назначенное время, Глендовер сочтет меня изменником.

— Иногда десять дней кажутся вечностью, — прошептала Джессамин, взяв его руку в свою, и ужаснулась, увидев на гладкой коже свежие царапины и порезы. — Я попробую вообразить, что ты мой муж и хозяин этого замка. — Улыбнувшись, словно оказывая ему огромную милость, Джессамин добавила: — И я даю тебе разрешение, если пожелаешь, поместить в герб Дакре спои цветы Ллиса!

Услышав такое великодушное предложение, Рис весело ухмыльнулся;

— Ага, стараешься умаслить меня! А как насчет валлийского дракона?

— Никакого дракона! — решительно возразила Джессамин.

— Может быть, поспорим на этот счет?

— Послушай, мы же договорились, никаких споров и ссор! — ласково напомнила она, боясь, что Рис снова разозлится не на шутку. — Так ты принимаешь мое великодушное предложение?

— Принимаю. А теперь, госпожа, не хотите ли, в свою очередь, выслушать и мое великодушное предложение?

— О, любимый, ты же знаешь, что я готова для тебя на все! — прошептала она, уронив голову на его мускулистое плечо, и вдруг впервые почувствовала себя слабой женщиной, которую любят и лелеют.

— Тогда пойдем, не будем терять драгоценного времени. Почему-то у меня такое чувство, что эти десять дней и ночей промелькнут для нас как одно мгновение.

— Как один сладкий поцелуй, — добавила она, подставив ему свои губы. — Мне кажется, мы никогда не сможем насытиться!

— Надеюсь… я бы этого просто не вынес, — хрипло прошептал он, подхватив ее на руки.

Джессамин с улыбкой вспомнила, что они в первый раз будут делить ложе в ее родном Кэрли. Поежившись от смущения, она вдруг представила, что подумают слуги о своей госпоже — наверное, сочтут распутной? Ей стало неловко, но она заставила себя не думать об этом.

Было раннее зимнее утро. Воздух был свеж и прозрачен, как хрусталь, реку затянула тонкая корочка льда, а промерзшая за ночь трава покрылась инеем и сверкала в лучах солнца, как чистое серебро. Вдруг, вырвав их из сладкого утреннего сна, из-за крепостной стены прозвучал пронзительный вой трубы.

Рис одним прыжком соскочил с постели, отбросив в сторону одеяло.

— Что это? — закричала Джессамин. Завернувшись до подбородка в одеяло, поскольку утренний холодок пробирал до костей, она широко раскрытыми глазами испуганно уставилась на Риса, который, судя по всему, готовился к битве.

— Похоже, наше блаженство пришло к концу, любимая! Если я правильно угадал, это сэр Ральф явился к нам с визитом. Знаешь, лучше оставайся здесь. Мне бы не хотелось, чтобы ты пострадала.

Едва он ушел, Джессамин подскочила к окну. Внизу сверкали доспехи и реяли стяги. На них Джессамин с ужасом разглядела свернувшуюся в клубок змею — казалось, мерзкая гадина безмятежно греется в холодных лучах зимнего солнца. Так, значит, сэр Ральф из Кэйтерс-Хилла все-таки явился! Джессамин мгновенно отметила, что у них с собой не было ни одного осадного орудия, стало быть, мысль о том, чтобы взять Кэрли приступом, не приходила им в голову.

Спустя какое-то время Рис отыскал ее, дрожавшую от страха и холода, в маленькой комнатке на самом верху осадной башни. Лицо его было похоже на маску.