Танцы, и не только - Элайна Фокс

Она замужем, она отдана другому. И меньше всего она бы хотела причинить зло этому ни в чем не повинному человеку, хотя и успела совершить по отношению к нему смертный грех. Хватит, она слишком долго откладывала момент истины, состоявшей в том, что она навеки принадлежит Феррису. Пришла пора расставить все по местам.

Катра решительно распахнула гардероб и вытащила отделанную кружевами шелковую ночную сорочку, пошитую нарочно для брачной ночи. В придачу к этой чудесной вещице имелся такой же шелковый халат и домашние туфли. Благодаря этому наряду жених должен был сразу оценить достоинства ее фигуры и воспылать бурной страстью.

Едва дождавшись, пока горничная расшнурует платье, Катра отослала ее вниз, сама облачилась в неглиже и уселась на кровати, поджидая Ферриса.

Как ни глупо это выглядело, но Катра не могла отделаться от чувства, что если она переспит с Феррисом сегодня же, сразу после бурного объяснения с Райаном, это в какой-то степени уменьшит ее вину в том, что ее девственность отдана другому.

Ждать пришлось довольно долго – и все равно ей показалось, что Феррис явился в спальню слишком скоро. Она вскочила с кровати, так – что халат совсем распахнулся, и пошла ему навстречу.

– Ты все еще не спишь? – Феррис явно удивился. Он так был погружен в свои мысли, что далеко не сразу заметил ее неглиже и невнятно буркнул: – Как мило!

Смущенно потупясь, Феррис прошел к бюро и принялся не спеша освобождать карманы своей жилетки. На безупречно полированную поверхность легли часы с цепочкой, перочинный нож и еще какие-то мелочи.

– Спасибо. Тебе нравится? Это свадебный подарок от Мелиссы.

Феррис обернулся, и Катра скинула халат, представ перед ним практически голой – тонкий шелк сорочки не скрывал почти ничего, Мучительно краснея до самых корней волос, Феррис едва успел отвести взгляд.

Нервно ломая пальцы, Катра следила, как Честер снимает сюртук и путается в мелких пуговках на жилетке.

– Позволь это сделать мне. – И она подошла вплотную.

Он повернулся, но так и не посмел поднять глаза. Вместо этого Феррис понурился и замер, безвольно опустив руки.

Катра расстегнула его жилет, развязала галстук и взялась за ворот сорочки. Осторожно раздвинула тонкую ткань, робко коснулась его голой груди и погладила ее ладонью. Его кожа оказалась гладкой и теплой, совершенно безволосой. Ладонь Катры скользнула дальше, ему на плечо.

Феррис упорно смотрел куда-то в сторону и не посмел поднять глаза даже тогда, когда Катра придвинулась к нему совсем близко.

– Посмотри на меня, Феррис, – ласково попросила она. Феррис подчинился, но, стоило ей сделать попытку снять с него рубашку, он снова отвернулся и даже попятился и уперся спиной в дверцу гардероба.

– Кэт… Я… я не знаю…

– Тсс… – Она прижала пальчик к его губам и взяла его за руку. Кокетливо глянула на него и осторожно потянула к кровати: – Идем?..

Это было смешно, это было противно: заигрывать с ним вот так, изображая робость и желание, – но что прикажете делать? Ведь с самой их свадьбы Феррис вел себя с ней как брат или как друг детства, и Катра решилась пойти на что угодно, но заставить его сделать их брак настоящим. Но даже теперь он не шевельнулся в ответ. Испуганно вжавшись спиной в гардероб, он крепко стиснул ее пальцы.

У Катры в глазах стояли слезы, но она проглотила их молча, не давая воли обиде и злости. Если бы он хоть раз поцеловал ее или хотя бы обнял так, как Райан, ей было бы проще выкинуть из головы мысли об утратах и ошибках. Если бы он осмелился взять то, что принадлежало ему по праву, у нее появился бы шанс перестать относиться к нему как к другу детства и начать воспринимать его как супруга.

Но Феррис вел себя так испуганно и робко, что Катра окончательно утратила решимость, обретенную с таким трудом и болью.

Наконец он посмотрел ей в глаза. Не отнимая своей руки, привлек ее к себе и поправил сорочку. Взял Катру за обе руки и сказал:

– Милая, я… я не знаю, что на меня нашло прошлой ночью, но я… в общем, мне следует сказать тебе всю правду!

На секунду Катре стало страшно: неужели он знает о них с Райаном?! Но на лице у Ферриса были написаны такая боль и раскаяние, что ее страх мигом улетучился. На его место пришли сострадание и жалость. Никогда она не видела его таким растерянным и… пристыженным!

– Какую правду? – мягко спросила Катра.

Феррис горько ухмыльнулся. Его руки снова безвольно повисли по бокам. Закатив глаза к потолку, он начал:

– Я и сам не знаю, как это назвать. Не могу найти нужных слов. Я… боюсь… Ну, не знаю и все!

– Феррис, ты же знаешь, что со мной можно говорить о чем угодно! Мы с тобой дружим так долго, что мне не страшно доверить любую тайну!

А вдруг у него есть любовница? Вдруг он тоже любит другую? В ее груди затеплилась надежда. По крайней мере это снимет с нее хотя бы часть вины!

– Знаю, – улыбнулся Феррис дрожащими губами. – Мы дружим с тобой с незапамятных времен. Вот почему я надеялся, что все получится. Но, Кэт, я не знал… нет, скорее, просто не думал об этом. Ну, о том, что ты… что ты захочешь, чтобы наш брак завершился… в общем, как полагается.

– То есть как не думал? – охнула Катра. Феррис шумно выдохнул и скрестил руки на груди.

– Я понятия не имею, как то, что случилось прошлой ночью… могло случиться вообще! Понимаешь, я ведь никогда… никогда еще этим не занимался!

– Я тоже, – несмело улыбнулась Катра. На этот раз не Феррису, а ей пришлось прятать глаза.

– Нет, ты снова не понимаешь! Я не делал этого, потому что не хотел! По крайней мере… по крайней мере с женщиной! – Последние слова он произнес свистящим шепотом, и только после долгого молчания Катра осмелилась посмотреть на него прямо.

– Как это понимать?

Феррис, и без того красный как рак, покраснел еще сильнее. Катра смотрела на него, постепенно осознавая смысл услышанного только что признания. Не в силах терпеть эту пытку, он схватил ее за плечи и прижал к себе, как будто равным образом старался утешить и найти утешение для себя.

– Ты такая чистая, невинная, – сдавленно пробормотал он. – Поверь, я ненавистен себе за то, что разрушаю эту чистоту!

Вот так штука! Ведь Катра успела возненавидеть себя за то же самое!

– Пойми, я не могу! Я просто не в состоянии… – Феррис по-прежнему не выпускал ее из объятий, но теперь Кат-ре казалось, что он делает это нарочно. Уткнувшись носом ему в грудь, не очень-то разглядишь, что творится с его лицом. – Я не могу заниматься с тобой любовью. Большинство мужчин, как ты знаешь, они… могут. А у некоторых… бывают проблемы.

Он замолчал, и пауза так затянулась, что Катра сочла своим долгом что-то сказать.

– Ну так и что, все равно придется с чего-то начинать. Мы же оба с тобой новички, Феррис! И справимся с этим, если станем помогать друг другу. Думаешь, я не боюсь? – И это было правдой. Она боялась, да еще как!