Мечтай обо мне - Джози Литтон

Когда она оказалась в поле зрения Магнуса, тот закричал, пытаясь ее остановить. Кимбра не слушала. Она стрелой летела к углу, за который уволокли Бриту. Парню ничего не оставалось, как последовать за ней.

За углом, довольно близко, находились конюшни. Судя по тому, как всхрапывали и пританцовывали потревоженные лошади, Бриту потащили именно туда. Она больше не кричала, и очень скоро стало ясно почему. Когда Кимбра вбежала в строение, первое, что она увидела, была распростертая женская фигура. Со лба Бриты капала кровь. Подол был задран, ноги раздвинуты, и между ними уже пристраивался один из троицы.

— Дрянь! — крикнула Кимбра. — Ничтожество!

Она с ходу бросилась на насильника, пиная его и царапая, отчего тот скатился с ирландки на покрытый соломой пол.

— Да уберите вы эту суку! — наконец прохрипел он, пытаясь спихнуть ее с себя.

Кимбра держалась цепко. Она никогда не знала такой слепой ярости и всерьез пыталась выцарапать насильнику глаза. Ей это почти удалось, но потом он все же оторвал ее от себя и отшвырнул как можно дальше. Ударившись головой о столб, Кимбра на несколько мгновений потеряла сознание. Когда в голове прояснилось, она увидела Магнуса с мечом наголо. Он смотрел на нее и был заметно перепуган.

Беспамятство миновало, но потрясение не прошло. Казалось, время замедлилось, и сердце стучит тяжело, медленно, ритмично, как тамбурин. Кимбра успела подумать, что промедление дорого обойдется Магнусу. Насколько она знала викингов, опьянение путало их мысли, делало речь бессвязной, а походку нестойкой, но оно не мешало им сражаться. Хватаясь за меч, викинг мгновенно трезвел. Вот и эти трое атаковали сомкнутым строем, на редкость слаженно, как на поле битвы.

Из горла рванулся крик. Кимбра принялась шарить вокруг в поисках хоть какого-то оружия, а когда ничего не подвернулось под руку, подскочила к среднему из нападавших и забарабанила кулаками ему по спине. Он оттолкнул ее, прошипев проклятие. На этот раз она ударилась плечом, болезненно, но не так сильно, как в первый раз, и имела возможность видеть, как металл погружается в живую плоть.

Магнус был ранен в правую руку, потом в бедро. Кровь хлынула ручьем, он рухнул без сознания, успев лишь послать Кимбре взгляд, полный упрека.

— Кто-нибудь, свяжите его! — приказал тот, что постарше.

Самый низкорослый снял с крюка веревку, но заколебался, глядя на бесчувственное тело. Азарт схватки миновал, и хотя опьянение навалилось снова, бесшабашности поуменьшилось.

— Он истечет кровью…

— Дьявол с ним!

Кимбре пришло в голову, что она была права, когда сочла того, что постарше, жестоким. Именно он пристраивался между ног у Бриты, но теперь утратил к ней интерес. Он адресовал ирландке презрительную усмешку, зато Кимбру смерил оценивающим взглядом. Ее страх только подогрел его похоть.

— Ну ее! — бросил он приятелю, который направился было к Брите. — Вот кем мы сейчас займемся!

Двое других заколебались. Как следует рассмотрев Кимбру, они были поражены ее красотой — впрочем, ненадолго. Сознание того, что ее ждет, придало Кимбре сил, и она сумела подняться. Увы, путь к дверям был отрезан. Она прижалась спиной к стене, пытаясь подавить леденящий ужас. Поддаться ему означало потерять всякий шанс на спасение.

— Я — супруга ярла! — Кимбра старалась говорить ровно и с достоинством. — Только посмейте меня тронуть, и он вас убьет!

— А как он узнает, кого убивать? — со смешком спросил старший. — Я не так глуп, чтобы оставить тебя в живых.

Не дав ей возможности вставить слово, он разорвал платье до пояса. Кимбра вцепилась в обрывки, прикрывая груди, — и очутилась на полу. Сверху навалилась тяжесть.

— Что стоите, вы двое! Раздвиньте ей ноги!

Кимбра закричала, но насильник зажал ей рот. Она укусила его за ладонь и получила такой удар в челюсть, что в глазах завертелись огненные круги. Голос донесся до нее словно издалека:

— Английская шлюха! Ты только и годишься что на подстилку! Дьявол, да раздвиньте же ей ноги!

В лодыжки больно вцепились, потянули ноги в стороны. Кимбра сопротивлялась, как могла, но силы ее слабели, а с ними и сознание. В нос бил отвратительный запах перегара и похоти. Насильник перехватил ее рот покрепче, зажав заодно и нос, что совершенно лишило Кимбру возможности дышать.

Тогда она закричала — не голосом, а всем существом: «Вулф! Вулф!..»