Блондинки от "Бергдорф" - Плам Сайкс

— Не подвезете ли меня домой?

— Это куда?

— Олд-Ректори. В Стиббли.

— Малость далековато. Бычки, — пояснил он, показывая на трейлер. — Могу высадить вас у фермы. Они позволят вам позвонить.

— О'кей, — кивнула я. Наверное, папочка подъедет за мной.

Дейв (так звали парнишку) протянул руку, помог мне забраться в трактор, включил мотор, и мы мирно попыхтели вниз. Все, что могу сказать по этому поводу: благодарение Богу за «Херца» и их бесполезные прокатные машины. Я была так счастлива сидеть рядом с Дейвом, что едва заметила на своих прелестных кремовых брючках масляное пятно и что мои ноги покоятся на связке сена, покрывшего пылью сногсшибательные туфельки.

Через пару миль Дейв с шиком подкатил к загородке, откуда начиналась извилистая тропинка. Никакого следа фермы. Единственным признаком жизни была отара овец, пасущихся на лугу.

— Ферма там. — Дейв кивком указал на холм. — Пятьсот ярдов.

— Йо-о-о, — прошептала я. Дейв, очевидно, понятия не имел о Джимми Чу и его шедеврах. В них можно пройти не более пяти ярдов. О пятистах нет и речи.

— Порядок?

— Конечно, — нерешительно пробормотала я, соскользнув вниз. — Спасибо.

Дейв отъехал. Я перелезла через загородку и, почти свалившись вниз, услышала подозрительное чавканье. Я опустила глаза. Мои миленькие чудесные туфли обзавелись черным торфяным ободком. Американцы и не подозревают, что в Англии существует нечто подобное. Даже в жаркий день тут всегда найдется невидимое болотце. Вроде бы место вполне симпатичное, но на самом деле — настоящее минное поле для обуви. Проблема в том, что английская сельская местность скорее напоминает обстановку из «Грозового перевала», чем из «Эммы».

«Господи, — думала я, карабкаясь на холм, — я беру назад, честное слово, беру назад все, что сказала об английской сельской местности. Лазурный берег куда лучше, клянусь, неизмеримо лучше!» Больше ноги моей тут не будет! Кое-как я доплелась до вершины, подошла к деревянным воротам. Тут дорога разветвлялась. Далеко внизу, через маленькую деревушку, змеилась река. Берега ее поросли плакучими ивами, между которыми бродили овцы. Справа виднелись хозяйственные постройки и коровники. Слева — большой дом, выраставший из обширного зеленого газона. Должно быть, замок. Суайр-Касл. Примыкающая к нему ферма — скорее всего часть поместья. Нужно сказать, вид весьма живописный. Как в кино. Куда красивее, чем я считала в детстве. Конечно, на замок это не слишком похоже, скорее на обычный особняк, но так уж принято в Англии. Никто не называет свой дом домом: обязательно должна быть приставка «парк», «холл», «дворец» или просто «замок». Думаю, это делается для того, чтобы сбивать с толку иностранцев.

Суайр-Касл был так чудесен, что я почти излечилась от фобии к загородным домам. Выстроенный из медово-желтого песчаника, он представлял собой прекрасный образец безупречных английских зданий восемнадцатого века в греческом стиле, знаете, из тех, что похожи на гигантский кукольный дом, только с двумя большими пристроенными крыльями. Я несколько минут стояла неподвижно, глядя на замок и почти сочувствуя Коричневым Табличницам. (Таких по-прежнему целая куча в Нью-Йорке и Париже, просто в наше время они в основном изображают из себя модных дизайнеров для Луи Вюиттона. Это на самом деле прекрасное прикрытие.)

Мамочка и папочка, должно быть, гадают, куда я подевалась.

Я снова оглянулась на хозяйственные постройки. Кажется, ферма немного ближе замка, но если девушка вроде меня поставлена перед выбором «замок или ферма», я всегда выберу ферму. Хотя мамочка доводила меня до безумия своими охами и вздохами о замке, меня, похоже, все еще терзало любопытство. Может, попросить разрешения воспользоваться телефоном, а в ожидании папочки украдкой осмотреться? Никому не обязательно знать, что это именно я, то есть вовсе незачем сообщать, что я — дочь соседа с поддельным чиппендейлом из прошлого.

Я повернулась и побрела к замку по узенькой немощеной дорожке. Может, я наткнусь на Маленького Графа? Впрочем, какая разница? Он, возможно, лысеет и носит эти кошмарные ярко-розовые вельветовые штаны и носки в горошек, так обожаемые племенем джентов.

Тропинка скоро перешла в усыпанную гравием подъездную аллею, и я поковыляла по ней, стараясь следовать вдоль решетчатого ограждения (что, если вам так уж любопытно, tres сложно в туфлях от Джимми Чу, но все же возможно).

Парк тут сногсшибательный! Боже, я боготворю английские парки, к которым приложил руку Потенциальный Браун, а вы?

Добравшись до главного входа, я заметила над крыльцом герб в золотых и голубых тонах. Типичная манера британского высшего света: на случай если вы еще недостаточно унижены, они еще больше распоясываются и рисуют герб, чтобы окончательно выбить вас из колеи неудивительно, что ни у кого в Англии днем с огнем не сыщешь никакой самооценки.

Я схватила дверной молоток-горгулью и нервно постучала.

Тишина.

Я постояла немного под злобным взглядом горгульи. Ни звука. Может, никого нет дома? На подъездной аллее не было машин, хотя это ничего не означало. Бриты — ужасные собственники и ревниво прячут машины в сараях и конюшнях, даже самые симпатичные, вроде «ауди» с тем чтобы их не обвинили: а) в порче пейзажа; б) в выпендреже.

Я снова постучала, уже громче. Безрезультатно.

Мысль о том, что придется брести к ферме, была невыносима. «Джимми Чу», как обычно, полностью перекрыли кровоснабжение, и я почти не чувствовала ног.

Я вцепилась в ручку и повернула. И ничуть не удивилась, когда дверь открылась. Дженты всегда оставляют двери незапертыми, словно живут в Кейп-Код или тому подобном месте.

Переступив порог, я оказалась в гигантском холле, обремененном лепниной и фигурными карнизами. Чувство было такое, что я вдруг попала в свадебный торт. Господи, содержать такое место в чистоте, должно быть, стоит немало труда и уймы денег!

— Хелло?! — окликнула я. — Кто-нибудь дома?

В ожидании ответа я сбросила туфли. Каменный пол приятно холодил распухшие ступни. Единственным звуком было громкое тиканье часов над камином. Никто не появлялся. Полагаю, дом так велик, имеет так много входов и выходов, что даже если кто здесь и есть, Суайры не всегда знают об этом. Немного напоминает проживание на сирийской границе, разве только террористов поменьше.

Может, я сама найду телефон? И заодно проведу экскурсию?

Открыв обшитую панелями дверь слева от холла, я очутилась в роскошно обставленной столовой. Стены были увешаны фамильными портретами. На меня смотрели фарфорово-бледные, похожие на призраков физиономии. Им необходим искусственный загар! Иногда я поражаюсь стойкости девиц, выносивших лишения восемнадцатого века. То есть совершенно непонятно, как женщины обходились без крема для загара «Бобби Браун» и помады «Джуси тьюбс» двенадцати оттенков? О современности свидетельствовали только проектор и экран в одном конце комнаты: должно быть, тут и помещался конференц-центр.