Похищение по-мексикански - Джанет Дейли

Слезинка соскользнула с ее ресницы и хрустальной капелькой застыла на щеке. Рафага пальцем смахнул ее, мускулы на его лице дрогнули. Не произнеся ни слова, он встал и вышел из комнаты. Шейла отвернулась к стене и свернулась в клубок. Она услышала, как хлопнула входная дверь, и закрыла глаза.

Когда солнце уже зашло, Рафага вернулся и принес ей еду. Шейла пыталась отказаться от ужина, но он настоял на своем. Это были единственные слова, обращенные к ней. Она впихнула в себя едва ли треть того, что он принес, и отодвинула тарелку в сторону. Он молча взял ее и вышел.

Утром процедура повторилась с той лишь разницей, что Шейла съела еще меньше. Она не знала, где спал Рафага, но с ней его не было. Она спряталась в свою скорлупу, видя его отчужденность.

И опять он покинул ее, как только она поела. Шейла встала. Мысль о том, что он снова войдет в комнату и посмотрит на нее, как на чужую, была ей невыносима. Она оделась и подошла к входной двери. Молчание опустевшего дома давило на нее. Она чувствовала себя разбитой и несчастной.

Шейла решилась приоткрыть дверь, но охранник не разрешил ей покинуть дом и, покачав головой, велел вернуться обратно. Итак, она опять превратилась в пленницу.

Шейла беспокойно ходила из угла в угол, боль и обида терзали ей сердце. Она выглядывала в окно, дожидаясь полдня, когда Рафага вновь принесет ей еду. Но вместо него с обедом появился Ларедо. Увидев его, Шейла потеряла власть над собой.

Когда он постучал в дверь, она гневно спросила:

– Что тебе нужно?

Ларедо протиснулся внутрь с небольшим подносом.

– Я рад, что ты встала. – Он быстро окинул ее оценивающим взглядом. – Вот, принес тебе поесть. Рафага говорит, что в последнее время ты мало ешь.

– Если это его так волнует, почему он не пришел сам? – Она сжала кулаки, и ногти больно впились ей в ладони, но злость не прошла. Разъяренная и обиженная, Шейла резко взмахнула рукой и выбила поднос из рук Ларедо. – Я не ела, потому что не была голодна, и сейчас у меня нет аппетита! Так и передай Рафаге, раз он больше не желает меня видеть!

– Шейла, это не так. – Ларедо покачал головой и посмотрел в ее пылающие желтым пламенем глаза.

– Не так? – задыхаясь, спросила она. – Он ни словом со мной не обмолвился за все это время! Прошлой ночью он даже не пожелал спать со мной в одной постели!

– Ты не понимаешь, – начал Ларедо.

– Да, не понимаю! – кричала она с болью и злостью. – Где он теперь? Что делает? Почему не может…

Голос ее сорвался, и у нее началась истерика. Ларедо взял ее за плечи.

– Он сейчас с Хуаном, Шейла.

Тяжело дыша, она с минуту смотрела на него, потом отвернулась и отошла. Он не пытался остановить ее, но Шейла была уверена, что он смотрит на нее. Она вдруг почувствовала, как у нее закружилась голова и тошнота подступила к горлу, но она подавила приступ.

– Как Хуан? – глухо спросила она.

– Все еще без сознания. Он потерял много крови, – ответил Ларедо. – Нож не попал в легкие, но мы не знаем, насколько серьезны внутренние повреждения.

Шейла поникла головой и закрыла глаза.

– Это я виновата. Если бы я не старалась его предупредить, он сам заметил бы нож в руке Ортеги.

Он кончиками пальцев поднял ей подбородок.

– Не вини себя, Шейла. Хуан слишком хорошо знал Ортегу и не должен был ни на секунду спускать с него глаз.

Что-то в его голосе заставило ее посмотреть на него.

– Ты знаешь, что произошло?

Ларедо кивнул.

– Хуан был в сознании, когда мы подобрали его. Каким-то образом он умудрился доползти до водоема. Рафага, я и охранник нашли его, когда стали искать тебя. Кто-то видел, как Ортега и Чавес взяли трех лошадей из загона, и рассказал об этом Хуану. Хуана это насторожило, и он отправился следом за ними. Тогда он и встретил вас.

Она вздрогнула, вспоминая:

– Когда они ранили Хуана, я не думала, что есть хотя бы малейший шанс, что вы настигнете их, прежде чем они…

Не дав ей закончить, Ларедо взял ее руки в свои.

– Рафага знает эти горы как свои пять пальцев. Как только он узнал, в какую сторону они направились, он решил скакать им наперерез. – Она склонила голову ему на плечо, понемногу успокаиваясь. Он погладил ее по голове. – Ничего, Шейла, теперь все позади.

Подумав о враждебности Рафаги, она возразила:

– Не совсем. Рафага…

Дверь распахнулась, и Рафага, не успев войти, остановился при виде Шейлы в объятиях Ларедо. Неподвижная маска спала с его лица, глаза загорелись гневом. Ларедо нежно отстранил Шейлу и твердо встретил взгляд Рафаги.

– Я рассказал Шейле о Хуане, – объяснил он и прошел мимо Рафаги к двери.

Рафага продолжал пристально смотреть на Шейлу, мало-помалу обретая контроль над собой. Неожиданно он заметил поднос и разбросанную по полу еду.

– Еду приготовили для того, чтобы есть, а не бросать на пол, – ледяным голосом сказал он.

Шейла не могла устоять перед его гневом, но его ледяное безразличие выводило ее из себя.

– Ешь ее сам! – крикнула она. – А я не желаю!

Он стоял перед ней неподвижно, холодный и отстраненный.

– Тогда мы оставим ее тараканам.

Рафага направился к двери, но Шейла не могла позволить ему вот так уйти. Она схватила его за локоть. Он остановился, посмотрел на нее сверху вниз, а она пыталась по его лицу определить причину внезапного охлаждения.

– Что случилось, Рафага? Что я сделала? Ты считаешь меня виноватой в том, что произошло с Хуаном? Неужели ты думаешь, что я добровольно отправилась с Ортегой?

Шейла вспомнила, как прискакал всадник и как она была уверена, что привезенное им известие касалось ее. Рафага положил руки ей на плечи и прижался к ней.

– Ты должна ненавидеть меня за глупость, Шейла, – сказал Рафага, дыша ей в волосы. – Из-за моей глупости чуть не погиб прекрасный человек и мой верный друг – Хуан. Он и сейчас все еще в опасности. Из-за нее ты попала в руки человека, который хотел надругаться над тобой. Я заслужил твою ненависть и недоверие, потому что не сумел защитить тебя, хотя обязан был сделать это. Я видел, как ты испугалась тогда, в горах, видел страх в твоих глазах, когда ты смотрела на меня.

– Я действительно испугалась. Меня испугало твое холодное бешенство. Потом я подумала, что ты считаешь меня виноватой во всем. Но я не испытываю к тебе ненависти. Как я могу тебя ненавидеть?..

Она хотела добавить: «…если я люблю тебя», но он повернул ее к себе и замкнул ей рот поцелуем. Шейла обвила руками его шею, он подхватил ее и понес в спальню. Тепло его объятий заставило ее позабыть все перенесенные страдания.