В объятиях повесы - Виктория Александер

Брови Миранды сошлись на переносице, и она взглянула на лорда Стилуэлла.

– Тебе это известно? Я хочу сказать, тебе ведь известно, что я управляю фирмой?

– Я никогда не был настолько глуп, как ты считала.

– Но я никогда… мм-м… ну да, возможно, считала. – Леди Гаррет покраснела, когда произносила эти слова, и виконту это очень понравилось.

– Миранда, – снова заговорил Эйдриан, – ты едва знаешь этого человека.

– Напротив, я довольно хорошо его знаю, – возразила она. – Мне известно, что он упрям, а при необходимости может быть непреклонным и нудным. Я знаю, что он с подозрением относится к прогрессу. Знаю, что у него свое сложившееся мнение о месте женщины в мире.

– Да уж, я хорош, ничего не скажешь, – тихо произнес Уин.

– А еще мне известно, что он ценит традиции и наследие. Виконт привязан к семье и уважительно относится к слугам. Он заставляет меня смеяться так, как я, кажется, не смеялась никогда в жизни. Лорд добр к детям и животным, даже к собаке своей тети, которую язык не повернется назвать приятным зверем. Уинфилд умен и весьма привлекателен. А когда он меня целует…

Один из ее братьев застонал.

– …у меня на ногах немеют пальцы, а сердце начинает биться быстрее, – договорила Миранда.

Лорд Стилуэлл посмотрел на ее братьев с самодовольной улыбкой.

– Еще упомяни мой титул и размер состояния, чтобы они поняли, что я хорошая добыча, – сказал он.

– Добычей я бы вас не назвал, – резко заметил Эйдриан. – Тебе известна его репутация в отношении женщин? Ты знаешь, что у него было три невесты? Три!

– Представить себе не могу, что есть еще живой человек, которому не было бы это известно. Но я бы хотела заметить, дорогой брат, что, хоть у тебя и не было такой вереницы невест, твоя репутация была не лучше, чем у него, – съязвила леди Гаррет. – Да что там, мы уже начинали думать, что ни одна достойная женщина не польстится на тебя, пока ты не познакомился с Эвелин.

Граф Уотерстоун фыркнул.

– Что касается Себастьяна…

– Нет-нет, ты уже достаточно сказала, – тут же оборвал он. – Мне отлично известно, какая у меня была репутация.

– А вот моя репутация никогда не была особенно скандальной, – высокомерно проговорил Хью.

– Да, дорогой Хью, не была, ты был слишком занят учебой, хоть я и помню несколько случаев.

Он нахмурил брови, а затем поморщился.

– Вот что, Миранда… – начал Эйдриан.

– Разве вы не затевали такой же разговор с Дианой о Джеймсе, прежде чем они поженились?

– Я не помню, – пробормотал граф Уотерстоун.

– Зато я помню. – Джеймс поежился. – Моя жена тебя тогда едва не убила. – Он осторожно отступил на шаг. – По-моему, подобную беседу лучше вести с кровными родственниками, так что, возможно, мне следует…

– О нет, Джеймс! – сердито оборвала его леди Гаррет. – Никуда ты не пойдешь. Ты член нашей семьи, и все еще не закончено, а мне хотелось бы еще кое-что сказать. И я была бы благодарна, если бы вы четверо спустились и встали рядом со мной, чтобы у меня не было ощущения, будто я разговариваю с богами Олимпа!

Обменявшись взглядами, джентльмены неохотно исполнили ее просьбу.

– Ты абсолютно права, – заявил Эйдриан, явно пытаясь взять себя в руки. – Все еще не кончено.

– Она на нас кричит, обрати внимание, – сказал Себастьян Уину, когда она спустились на цокольный этаж. – Бьянка кричит, Порция кричит, Диана кричит, а вот Миранда никогда этого не делала.

Лорд Стилуэлл усмехнулся.

– Вы будете удивлены, – заметил он.

– Что ты с ней сделал?

– Вообще, вопрос в том, старина, что она со мной сделала?

Себастьян покачал головой.

– Итак, – произнесла леди Гаррет, переводя взгляд с одного брата на другого, – сообщаю вам, что через несколько минут я уйду с лордом Стилуэллом. Он проводит меня домой. А завтра я вместе с ним вернусь в Миллуорт, чтобы взяться за работу в Фейрборо. Я не занимаюсь стройкой, для этого у меня есть очень опытный человек, который знает, что к чему. Но я имею право голоса касательно планов и чертежей, а также я играю роль связующего звена между офисом, архитектором и стройкой.

Уин изумленно смотрел на нее. Миранда не собирается признаваться во всем?

– И, конечно же, я сообщаю о продвижении работ лорду Стилуэллу и его семье, – добавила она. – У вас есть еще какие-то вопросы?

– Миранда, – заговорил граф Уотерстоун, бросая на нее свирепый взгляд, – как глава семьи я запрещаю тебе уезжать с этим человеком.

– Даю вам слово, что с ней все будет в порядке, – серьезно произнес виконт. – Обещаю, что не продам ее в гарем.

Хью едва сдержал смех.

– Не будь олухом, Эйдриан! Ты не можешь даже говорить об этом. И если я захочу уехать с ним, если пожелаю впутаться в жаркую и скандальную историю…

Уин усмехнулся.

– …если захочу связать его и делать с ним все, что угодно…

– Мечта каждого мальчика, – тихо произнес виконт.

– …я именно это и сделаю, – договорила Миранда, мрачно глядя на братьев. – Вы хотите еще что-то сказать?

Граф Уотерстоун долго смотрел на нее, а потом глубоко вздохнул.

– И что, по-твоему, я должен сказать матушке?

– Скажи ей, что мы скоро увидимся или первое что придет тебе в голову. Я всех вас люблю. Но это моя жизнь, и я устала скрывать, что думаю и чувствую. Однако… – Она задумалась на мгновение. – Есть люди, которые зависят от жалованья, выплачиваемого им компанией, поэтому они заинтересованы, чтобы фирма «Гаррет и Темпест» продолжала работу. Разумеется, я тоже хочу, чтобы компания процветала как можно дольше. Я прекрасно понимаю, что, как только всем станет известно о моем участии в ее работе, мы потеряем большую часть заказов. Так что чем меньше людей об этом знает, тем лучше. Итак… – Леди Гаррет строго посмотрела на братьев, что произвело на них наибольшее впечатление. – Я хочу, чтобы вы дали мне слово, что ни о чем не расскажете маме, Диане, Эвелин и в особенности Порции.

– Бьянке-то, конечно, все известно, – бросил Себастьян.

Хью вопросительно посмотрел на Миранду.

– И что же, по-твоему, мы должны им сказать? – спросил он.

– Мне кажется, самым впечатляющим событием дня стала речь лорда Стилуэлла за столом, когда он рассказывал, какая я замечательная женщина. – Она украдкой улыбнулась виконту. – Думаю, его слов им надолго хватит для обсуждений и раздумий. Боже, да матушка с Порцией смогут говорить об этом инциденте неделями!

– Очень хорошо. – Эйдриан кивнул, и на его губах промелькнуло некое подобие улыбки. – Полагаю, у нас просто нет выбора.