Свет мой зеркальце, скажи… - Екатерина Риз

Про субботний ужин рассказать особо нечего. У меня не было настроения, но Валеру обижать не хотелось, и я нарядилась, вовремя спустилась вниз, и даже сумела восхититься подаренному букету. Почему-то я не ждала цветов, ведь ужин, по договорённости, должен был быть дружеским. Любимый ресторан, долгая беседа за бокалом вина, как раньше, возможно, какие-то признания. Маленькие, не рвущие душу и не поражающие в самое сердце. А тут цветы, которые переводили этот вечер в нечто большее, чем ужин с другом. И то, что пришлось вернуться домой, чтобы поставить цветы в вазу, мне энтузиазма тоже не добавило.

Правда, оказавшись в знакомом ресторанном зале, в полумраке, при свечах и с тихой приятной музыкой, у меня появилось ощущение, что я вернулась на несколько месяцев назад. Когда такие вечера были привычным делом, когда мы с Валерой могли сидеть за столиком допоздна, пить вино и говорить. Признаюсь честно, я даже вспомнить не могу, о чём мы говорили. Наверное, о работе, наверное, о том, что произошло за неделю, наверное, о нас с ним. Но не вспоминалось ничего неординарного, за что бы мне хотелось зацепиться, чтобы вернуть те мгновения. Я и сегодня слушала Валеру, даже поддерживала разговор, он делился со мной радостью и мыслями по поводу своего повышения, а я пыталась вспомнить свои ощущения от наших прошлых встреч. Валера был знакомым, понятным, но совсем не родным. Я знала его ожидания и надежды, со многим соглашалась из его мыслей, поэтому так легко было кивать и молчать. Но думала я о нём совсем не так, как думают о мужчине, с которым хотят, если не связать жизнь, то хотя бы провести эту ночь.

— Как тебе Сочи? — спросил он, перескочив с темы работы.

Я моргнула, вырываясь из плена своих невесёлых мыслей, поторопилась улыбнуться.

— Хорошо.

— Где жила?

— В «Богатыре».

Валера удивлённо и одновременно заинтересованно вздёрнул брови.

— Серьёзно?

А я скромно пожала плечами.

— Так получилось.

— Поедем в следующем году? В этом я вряд ли вырвусь.

Я водила пальцем по краю бокала. Уклончиво качнула головой.

— Посмотрим.

Я не могла сказать, что ужин прошёл удачно. Но в понедельник утром Валера заехал, чтобы отвезти меня на работу. И вёл себя, как примерный муж. Видимо, мою просьбу дать мне время, он понял и воспринял по-своему. Словно он провинился, и я его отлучила от дома и тела. Но он старательно делает вид, что ничего существенного в наших отношениях не поменялось, просто он должен быть понимающим и терпеливым. Вот он и старается. А я… я молчу и не спорю.

Хотя, и не понимаю, для чего пересиливаю себя.

Пожалуй, надо позвонить Васе. Может, хоть в кино меня пригласит. Валера не любит кинотеатры и попкорн.

— Слава богу, завтра пятница. — Света вошла в комнату отдыха, устало опустилась на диван. — Что-то у меня за эту неделю голова кругом.

Я кивнула, соглашаясь с ней. Протянула подруге чашку с кофе.

— Валерик всё-таки тиран, — продолжила она, а я торопливо шикнула на неё и выразительно посмотрела. Света помедлила, осознавая, после чего фыркнула. Но исправилась: — Валерий Анатольевич. Куда же без него. Не помню, чтобы Гаврилов был так требователен.

— Пётр Петрович был старше и опытнее, — негромко проговорила я, всё же кинув на дверь опасливый взгляд. — А Валера осторожничает.

— Выслуживается, так и скажи. Карьерист он, Липа.

— А кто не карьерист? И, помнится, совсем недавно ты расписывала это его качество, как исключительно положительное и полезное.

— Полезное, — согласилась Света. — Для него. И для тебя, наверное. А для нас, простых смертных?

Одних отчётных бумажек прибавилось.

— Вот станешь начальником отдела, отменишь всё, — подбодрила я её. Светка не оценила и показала мне кулак.

Я кофе допила, посмотрела на часы.

— Последний перерыв на сегодня, скоро домой. Терпи.

— А завтра пятница! — Света блаженно улыбнулась. А через мгновение устремила на меня заинтересованный взгляд. — Какие планы на выходные? Вадику клятвенно обещали два свободных дня, так что, мы планируем съездить за город. Ты как?

— Хочешь меня пригласить третьим колесом?

— Возьми с собой четвёртое, всем будет удобнее. Пригласи Валерия Анатольевича, — Света произнесла его имя и отчество официальным тоном, затем задорно улыбнулась. — Или Васю.

Кого тебе захочется, того и пригласи.

— Какая ты добрая, — усмехнулась я. — Тебе самой любопытно, кого я выберу, да? У меня проблемы в личной жизни, а ты наслаждаешься. Тебе не стыдно, подруга?

Светка меня под руку подхватила, пока мы по коридору шли. И заверила:

— Решишь ты свои проблемы. Я уверена. Вот с кем эти выходные проведёшь, с тем и останешься. Поверь моему слову.

Я сама посмеялась.

— Васю пригласить?

— Толку от Васьки, конечно, мало, но зато это поставит точку, — она зашептала, — с Валериком.

Я подругу от себя шутливо оттолкнула.

— Тебе нужно устроиться семейным психологом. Ты так хорошо разбираешься в чужих проблемах, что меня оторопь от твоей мудрости берёт.

Мы посмеялись, разошлись каждая за свой стол, поздоровались с подошедшими клиентами. До конца рабочего дня оставался час. Валерий Анатольевич появился из своего кабинета, прошёлся по залу, лично общался с клиентом за одним из столов. А когда уходил, на меня обернулся. Меня эти его призывно-изучающие взгляды за последнюю неделю изрядно утомили.

Я даже улыбаться ему забывала в последние два дня, осталась одна сплошная вежливость. И, видимо, нужно было принимать решение. Потому что, не смотря на все доводы рассудка и Светланы, которые, будто, спелись, я понимала, что попросту пересиливаю себя. Я Валеру уважала, была благодарна за всё хорошее, что у нас было, за год, проведённый вместе, но я ничего от него в дальнейшем не ждала и не хотела. Валера строил планы на будущее, которые многие женщины восприняли бы с радостью, а я понимала, что предпочту поход в кино с Васей, который съест половину моего попкорна, а потом умчится, то ли на свою ужасно важную работу, то ли на очередное свидание. С Васей как раз всё было просто. Он при каждой встрече сообщал мне, что я красавица и его мечта, тут же расстраивался, что я его не люблю и не питаю ни грамма жалости к его безответным чувствам, и поэтому ему нужно устраивать свою жизнь.

Он больше не может жить одиноким и нелюбимым, он ищет себе спутницу жизни. За прошедшие две недели спутниц было три, и о каждой я знала куда больше, чем хотела бы знать.

А Вася ещё и совета просил. Как девушкам понравиться.

— Ты и так им нравишься, — уверяла я его.

Вася шмыгал носом, вздыхал и задавал риторический вопрос: